проходящей из Рима в Малую Азию. Три недели апостол Павел пробыл в Фессалонике, уча по субботам в синагоге. Он приводил свидетельства Писаний, что Мессии надлежало пострадать и воскреснуть из мертвых. Некоторые иудеи уверовали; к Церкви присоединилось также множество разделявших иудейскую веру язычников (они назывались «боящиеся Бога» или «чтущие Бога») и знатных женщин.
Но иудеи настроили толпу против миссионеров — приведя некоторых из христиан к городским правителям, толпа кричала, что те «поступают против повелений кесаря, почитая другого царем, Иисуса» (Деян 17:7). Во избежание конфликтов ученики ночью спешно отправили Павла и Силу в Верию. Несмотря на то что апостол проповедовал в Фессалонике совсем недолго, там сложилась сплоченная община; впоследствии Павел писал ее членам: «Вы стали образцом для всех верующих в Македонии и Ахаии» (1 Фес 1:7).
Иудеи Верии были более открытыми и рассудительными, чем в Фессалонике, и многие поверили в Иисуса, тщательно исследовав Писания. Но в Верию пришли фессалоникийские иудеи, желая и здесь чинить апостолам препятствия (Деян 16:10–14), и тогда христиане проводили Павла к морю на корабль, направляющийся в Афины. Сила и Тимофей задержались в Верии.
Апостол Павел в Афинах — проповедь в ареопаге
Будучи в Афинах — культурном центре античного мира, — Павел проповедовал в синагоге и на рыночной площади; он был потрясен огромным количеством изображений всевозможных языческих богов. Обратив внимание на нового религиозного учителя, некоторые философы — стоики и эпикурейцы — заинтересовались и пригласили Павла выступить с речью в афинском ареопаге[447]. Собравшиеся в своем большинстве намеревались просто удовлетворить свое любопытство и послушать о некоем новом экзотическом учении.
Речь апостола, отразившая его такт и уважение к аудитории, по праву может считаться образцом миссионерской речи. За отправную точку Павел взял увиденный им в Афинах жертвенник с надписью «неведомому богу» (Деян 17:23)[448]. Он говорил именно об этом Боге, Которого набожные афиняне
Представления о воскресении мертвых и будущем суде были чужды афинянам, и они не приняли всерьез слова проповедника. Однако после речи апостола несколько человек подошли к нему и приняли христианскую веру (Дионисий Ареопагит, Дамарь и пр. — Деян 17:34).
Деятельность апостола Павла в Коринфе
Из Афин Павел прибыл в Коринф, другой древнейший греческий город. Коринф был административной столицей провинции Ахайя; он находился на Истмийском перешейке между Ионическим и Эгейским морями. Через перешеек перетаскивали волоком многочисленные корабли, и город представлял собой значимый торговый узел империи. В Коринфе проводились известные в Греции спортивные игры, называющиеся Истмийскими. Более всего Коринф был известен своим храмом богини любви Афродиты. Храмовые жрицы призывали почтить богиню участием в ритуальном блуде; распущенность жителей города даже вошла в поговорку[450].
Тем не менее миссионерская работа Павла, Силы и Тимофея оказалась успешной, и именно в Коринфе они пробыли дольше всего — около полутора лет (Деян 18:11). Как и во всех других путешествиях, Павел зарабатывал на жизнь ремеслом: он изготавливал палатки, вероятно, кроил ткань. В Коринфе он познакомился с супружеской парой, занимающейся тем же делом, — иудеями Акилой и его женой Прискиллой, которые ранее были вынуждены покинуть Рим из-за указа императора Клавдия[451], — и остановился у них. Вначале Павел рассказывал об Иисусе Христе в синагоге, но затем, столкнувшись с ожесточенным неприятием иудеев, решительно объявил, что отныне «обращается к язычникам», и стал проповедовать в доме прозелита Иуста.
В книге Деяний отмечается, что Христос не оставлял Павла без поддержки. «Господь же в видении ночью сказал Павлу: не бойся, но говори и не умолкай, ибо Я с тобою, и никто не сделает тебе зла, потому что у Меня много людей в этом городе» (Деян 18:9–10). В Коринфе сформировалась большая община, в которой преобладали язычники, но иудеи также вошли в нее — в частности, крещение принял начальник синагоги Крисп. Враждебно настроенные иудеи напали на Павла и привели его на суд к проконсулу Ахайи Галлиону[452], обвиняя в том, что он «учит людей чтить Бога не по закону». Однако беспристрастный правитель не пожелал их слушать: он сказал, что внутренние религиозные споры иудеев находятся вне
