белоснежными волокнами, выходящими из ее рта, и оплетающими губы. Другой рукой Клаудия схватила Ри за плечо и начала трясти.
— Стефенсон? — Из коридора. — Заключенная, что ты там делаешь? Это не твоя камера.
— Просыпайся! — Клаудия плакала, тряся сильнее. — Проснись, Ри! До того, как ты не сможешь!
Ничего.
— Заключенная Стефенсон? Я с тобой говорю.
— Это офицер Лэмпли, — сказала Клаудия, до сих пор тряся Ри и соскабливая безжалостные белые волокна — Боже, а ведь я была на шаг впереди. — Она мне нравится, разве не так? Не так ли, Ри? — Клаудиа заплакала. — Не уходи, дорогая, слишком рано уходить!
И сначала она думала, что женщина на койке была с этим согласна, потому что ее глаза открылись, и она стала улыбаться.
— Ри! — Сказала Клаудия. — О, слава Богу! Я думала, что ты…
Только улыбка продолжала распространяться, губы тянулись назад, пока улыбка не превратилась в оскал. Ри села, прижала руки к шее Клаудии и откусила одну из любимых сережек Клаудии, маленькое пластиковое лицо котенка. Клаудия закричала. Ри выплюнул серьгу вместе с частью уха, и потянулась к горлу Клаудии.
Клаудия весила больше Ри Демпстер на семьдесят фунтов, и она была сильной, но Ри сошла с ума. Клаудия едва сдерживала ее. Пальцы Ри соскользнули с шеи Клаудии, и ее ногти впились в голые плечи большой женщины, вызывая кровь.
Клаудия начала отступать от нары к открытой двери камеры, Ри вцепилась в нее, как гипс, рыча, скрипя зубами и дергаясь из стороны в сторону, пытаясь вырваться из захвата Клаудии, чтобы наносить ей реальные повреждения. Затем они переместились в коридор, заключенные кричали, офицер Лэмпли ревела, но эти звуки были в другой галактике, другой вселенной, потому что глаза Ри выпячивались, а зубы Ри жевали в дюймах от лица Клаудии, а затем, о Боже, ее ноги запутались, и Клаудия распласталась в коридоре Крыла В с Ри, сидящей на ней.
— Заключенная! — Кричала Ван. — Заключенная, отпусти!
Женщины кричали. Клаудия не могла, по крайней мере, поначалу. Крик набирал силу, и она в нем нуждалась, чтобы остановить сумасшедшую —
— Заключенная, я достаю оружие! Не заставляй меня стрелять!
— Застрели ее! — Кто-то кричал, и Клаудия поняла, что кто-то — это она. Оказалось, у нее все-таки хватило сил. —
В коридоре прогремел сильный взрыв. Большая черная дыра образовалась во лбу Ри, прямо посреди сетки рубцовой ткани. Ее глаза подкатились, как будто она пыталась рассмотреть, кто ее застрелил, и теплая кровь разбрызгалась по лицу Клаудии.
Последним волевым усилием, Клаудиа отпихнула Ри. Ри упала на пол коридора с мягким стуком. Офицер Лэмпли стояла с расставленными ногами и держала перед собой пистолет, зажатый в обеих руках. Дым из дула напомнил Клаудии о белых волокнах, прилипших к пальцам, когда она расчесывала волосы Ри. Лицо офицера Лэмпли было бледным, за исключением фиолетовых мешков под глазами.
— Она собиралась убить меня, — прохрипела Клаудия.
— Я знаю, — сказала Ван. — Я знаю.
Глава 17
На полпути в город, Клинт Норкросс задумался, что заставило его заехать на парковку закусочной
Лэмпли взяла трубку со второго гудка. Голос у нее был запыхавшийся.
— Ван? Вы в порядке?
— Да, но вы ушли прямо перед фейерверком. Слушайте, Док, я вынуждена была кое-кого пристрелить.
— Что? Кого?
— Ри Демпстер. Она мертва. Ван объяснила, что произошло. Клинт, ошеломленный, слушал.
— Иисусе, — сказал он, когда она закончила. — Вы в порядке, Ван?
— Физически не пострадала. Эмоционально ушатана в хлам, но вы позже сможете меня пропсихоанализировать. — Ван издала сильный водянистый звук, продувая нос. — Есть кое-что еще.
