— Подожди-ка, Урсула, — сказала Микаэла своей спутнице по коксопутешествию и направила
Она ехала со скоростью менее десяти миль в час, когда ударила по нему, но все закончилось удовлетворившем её столкновением. Парень-байкер сидел за столиком у окна, с горой еды на подносе, сложенной перед ним. Он оглянулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Микаэла отъезжает от его железной лошадки, которая теперь выглядела как мертвый пони. Она могла видеть, как его губы двигаются, когда он бежал за дверь, с покрытым секретным соусом Биг Маком в одной руке и молочным коктейлем в другой,
Три минуты спустя, она вернулась на трассу, дико смеясь, зная, что эйфория не будет длиться долго, и, желая принять еще одну дозу, чтобы продлить удовольствие.
На пассажирском сиденье, ватный шарик, покрывающий существо, которое когда-то было Урсулой Уитмен-Дэвис, подстраивался под ритм изгибов федеральной трассы, слегка дрожа на ровных участках, и подпрыгивая, когда шины попадали в небольшие выбоины. Это был отчасти самый лучший, а отчасти самый худший попутчик в мире.
Когда-то Микаэла уже встречала девушку, подсевшую на метамфетамин, которая верила, что если спокойно сосредоточиться и искренне поверить, то ты мог бы превратиться в солнечный луч. Эта милая, искренняя девушка сейчас, вероятно, спала, покрытая белой паутиной. Микаэла подумала о собственном покойном отце: старом добром папочке, который сидел ночью рядом с кроватью, когда чего-то боялся, — или, по крайней мере, это то, о чем рассказывала ей мать. Микаэле было три года, когда он умер. Она не могла вспомнить его как живого человека. Микаэла, несмотря на работу над носом, несмотря на чужую фамилию, была настоящим репортером. Она могла анализировать факты, и одним из фактов об Арчи Коутсе, который она знала очень хорошо, было то, что он был помещен в гроб и зарыт в землю кладбища
В Моргантауне ей пришлось заправить бак
Парень был блондином, с короткой стрижкой, в белой футболке и синих джинсах. Ей не слишком часто нравились мужчины, но внешний вид этого худого викинга пришелся ей по душе.
— Спасибо, — сказала она. — Как вы здесь?
— О-о, — сказал он, — не беспокойтесь обо мне, леди. Не беспокойтесь обо мне. Вы умеете этим пользоваться?
Она последовала за наклоном подбородка к сумочке Урсулы, которая покоилась на бедре женщины в коконе. Рукоятка револьвера выступала из её распахнутого рта. Как оказалось, эта мисс Уитман-Дэвис была знатоком стрелкового оружия, а не только собак.
— Не совсем, — призналась она. — Подруга знала, что мне предстоит дальняя поездка и одолжила его мне.
Он одарил её суровым взглядом
— Безопасность превыше всего. Убедитесь, что курок не на взводе, если перед вами нет опасности. Направьте его на середину тела Мистера Проблемы — центр масс — и спускайте курок. Не отпускайте и берегите грудь, так как будет отдача. Вы сможете это запомнить?
— Да, — сказала Микаэла. — Центр масс. Не отпускать и беречь грудь. Понятно. Благодарю. И поехала. Она услышала голос Викинга:
— Эй, а я вас часом не видел по телевизору?
Около часа ночи пятницы она наконец-то приехала на окраину Дулинга. Дым от лесного пожара катился через Западную Лавин, когда она в темноте вела
У ворот она вышла из машины и нажала красную кнопку вызова.
Мора Данбартон сидела в своей камере Крыла В с тем, что осталось от Кейли, не мертвой, но мертвой для этого мира. Ей снились сны внутри этого саванна?
