Спящие красавицы

— Работа двух свингующих придурков, которых нужно замести, прежде чем они кому-нибудь еще навредят, — сказала Ван. — Тебя нужно подлатать, Рэд.

Она подошла к заправке Шелл, почувствовав себя бодрой впервые за несколько дней. Она знала, что это не продлится долго, но пока это происходило, она намеревалась покататься на адреналине. Автозаправочная станция была открыта, но без присмотра. Ван нашла десятигалонную канистру в гаражном отсеке, заполнила её с помощью одного из насосов, и оставила двадцатку на прилавке рядом с кассой. Мир может кануть в лету, но она была воспитана в необходимости платить по счетам. Она вернулась к квадроциклу, залила бак и отправилась из города в направлении, откуда приехали братья Гринеры.

10

Похоже, у Кента Дейли намечалась очень плохая ночь, а ведь еще не было и восьми часов. Он только повернул на Шоссе № 31 и ускоренным темпом начал движение к автобусам, блокирующим Западную Лавин, когда был сбит с велосипеда и упал на землю. Его голова врезалась в асфальт, и перед глазами замелькали яркие огни. Когда они ушли, он увидел дуло винтовки в трех дюймах от своего лица.

— Черт побери! — Воскликнул Рид Бэрроуз, помощник шерифа, который свалил Кента. Рид находился на посту в юго- западной точке розы ветров Терри. Он опустил оружие и схватил Кента за перед рубашки. — Я знаю тебя, ты парень, который кидал петарды в почтовые ящики в прошлом году.

Мужчины бежали к ним от нового, усовершенствованного блокпоста, Фрэнк Джиари впереди всех. Терри Кумбс плелся сзади, слегка виляя. Они знали, что произошло в городе; уже было с десяток звонков на десяток сотовых телефонов, и они легко могли видеть огонь посреди Дулинга с этой высокой точки. Большинство из них хотели направить туда свои задницы, но Терри, опасаясь, что это была диверсия, с целью вытащить женщину, приказал им вернуться и занять свои места.

— Что ты здесь делаешь, Дэйли? — Спросил Рид. — Я мог бы тебя застрелить.

— Мне поручили передать сообщение, — сказал Кент, потирая затылок. Кровотечения не было, но там образовался большой синяк. — Для Терри или Фрэнка, или для них обоих.

— Какого хрена происходит? — Спросил Дон Петерс. В какой-то момент он надел футбольный шлем; его глаза, спрятанные в тени сетчатой маски, были похожи на глаза маленькой голодной птицы. — Кто это?

Фрэнк оттолкнул его в сторону и опустился на одно колено рядом с парнем.

— Я Фрэнк, — сказал он. — Что за сообщение?

Терри тоже припал на колено. Его дыхание благоухало перегаром.

— Ну же, сынок. Сделай сигнал смерти… глубокий вдох…[357] и соберись.

Кент собрал свои рассеянные мысли.

— Эта женщина в тюрьме, особенная, у нее есть друзья в городе. Много. Двое из них схватили меня. Они сказали вам прекратить то, что вы делаете и уйти, иначе полицейский участок будет только началом.

Губы Фрэнка растянулись в улыбке, которая была совершенно не к месту. Он повернулся к Терри.

— И что вы думаете, шериф? Мы будем хорошими мальчиками и уйдем?

Маленький Лоу и сам не был кандидатом в Менса,[358] но при этом обладал достаточной хитростью, позволявшей ему держать шайку-лейку Гринеров на плаву почти шесть лет, прежде чем он и его брат, наконец-то, были арестованы. (Лоу винил во всем свою щедрую натуру; они позволили этой пизде, Макдэвид, которой едва ли исполнилось двадцать, ошиваться с ними, и она их заложила, став стукачом.) У него было инстинктивное восприятие человеческой психологии в целом и мужской психологии в частности. Когда ты говорил мужчинам, что они ничего не должны делать, они это обязательно делали. Терри не колебался.

— Никуда мы не уйдем. Выступаем на рассвете. Пусть взрывают хоть весь чертов город.

Люди, которые собрались вокруг, завизжали ура!!! так хрипло и так дико, что Кент Дейли вздрогнул. Чего он хотел больше всего — довезти свою больную голову домой, запереть все двери и заснуть.

11

Все еще на адреналине, Ван стукнула в дверь Фрица Машаума так сильно, что та чуть не сорвалась с петель. Длинные пальцы руки, которые выглядели так, будто в них было слишком много косточек, оттянули в сторону грязную занавеску. Щетинистое лицо выглянуло наружу. Через минуту дверь отворилась. Фриц открыл было рот, но Ван схватила его и начала трясти, как терьер крысу, прежде чем он успел хоть что-то пикнуть.

— Что ты им продал, мерзкое маленькое дерьмо? Это была ракетная установка? Это была она, не так ли? Сколько тебе заплатили эти ублюдки, за удовольствие взорвать полицейский участок в центре города?

К тому времени они были внутри, Ван грубо тащила Фрица через его захламленную гостиную. Он слабо бил левой рукой по одному из ее плеч; другая его рука находилась в самодельной петле, которая, похоже, была сделана из простыни.

— Прекрати! — Кричал Фриц. — Прекрати, женщина, мне уже повредили чертову руку эти два кретина!