Спящие красавицы

нужно облегчиться или что-то в этом роде, Док?

— Пошел на хуй, — сказал Клинт.

— Видите? Это грубо, — сказал Петерс. Улыбнулся, показывая зубы цвета древесной кукурузы.

Коутс потягивала кофе из кофейной чашки, которую только что наполнила. Кофе был горьким. В любом случае, она сделала еще один глоток. Она испытывала оптимизм. День был апокалиптическим, но ее дочь ехала домой, и она, наконец-то, подловила Дона Петерса. На фоне фекальных курганов иногда мелькала жемчужина или две удовлетворения.

— Ты подонок, и тебе повезло, что мы не можем прямо сейчас дать твоему делу ход в такой степени, какой ты заслуживаешь. — Из кармана своей форменной куртки она извлекла пакет для улик. Она подержала его и встряхнула. Внутри пакета находились две ватные палочки. — Потому что, видишь ли, у нас есть доказательства.

Ухмылка Петерса дрогнула, он попытался придать своему лицу невозмутимое выражение, получилось не очень.

— Это твоя сперма, Донни-бой. С машины с Колой. — Коутс сделала большой глоток паршивого кофе и причмокнула губами. — Как только все уладится, и мы сможем поступить с тобой так, как ты этого заслуживаешь, ты попадешь в тюрьму. Хорошая новость состоит в том, что они держат сексуальных преступников в специальном крыле, так что ты, наверное, сможешь выжить, а плохая — в том, что даже с хорошим адвокатом ты пробудешь там довольно долго. Можешь не переживать, ты все равно увидишь меня на слушаниях по условно- досрочному освобождению. Знаешь ли, я в совете. — Начальник тюрьмы дотянулась до интеркома и нажала кнопку вызова. — Бланш, можешь занести свежий пакетик кофе? Этот ужасен. — Она подождала ответа, а затем снова нажала кнопку. — Бланш? — Коутс отпустила кнопку. — Должно быть, вышла.

Коутс вернула свое внимание Петерсу, сидящему на диване. Его ухмылка полностью стухла. Офицер тяжело дышал, проводя языком по губам, четко прорабатывая последствия ДНК-экспертизы того, чем только что махали перед его лицом.

— Сейчас, — сказала начальник, — просто сними свою форму, и вали отсюда. Сказать тебе, что у нас есть доказательства, возможно, было ошибкой с моей стороны, но я не смогла устоять перед возможностью позлорадствовать. Это дает тебе несколько дополнительных дней, пока молот правосудия не свалится на твою голову. Ты можешь сесть в машину и уехать в Канаду. Кто знает, может быть, ты сможешь затихариться и стать рыбаком.

— Подстава! — Петерс вскочил на ноги. — Это подстава!

Клинт больше не мог сдерживаться. Он шагнул вперед, схватил коротышку за горло, и прижал его к стене. Дон бил Клинта по плечам и лицу, царапал щеки Клинта ногтями. Клинт сжимал сильнее. Под пальцами Клинт чувствовал пульс Петерса, чувствовал, как сжимается его адамово яблоко, чувствовал, как уходят невероятность, разочарование и страх этого дня, выливаясь из-под его рук, как сок из грейпфрута. Мотылек трепетал вокруг его головы. Он оставил призрачный поцелуй на виске Клинта и взвился в воздух.

— Доктор Норкросс!

Клинт загнал кулак в мягкий мешок живота Петерса, а затем отпустил его. Офицер упал на диван и соскользнул на пол, на руки и колени. При этом издавая задыхающиеся звуки: Кхе-кхе-кхе.

Дверь кабинета начальника тюрьмы открылась. Вошел Тиг Мерфи, держа в руках шокер. Влага блестела на щеках Тига, их цвет был бледен; он спросил Клинта, все ли с ним в порядке, но тот в порядке не был, ничего не было в порядке и никому не было хорошо.

— Кхе-кхе-кхе. — Петерс стал отползать подальше от Клинта. Мотылек потерял интерес к Клинту, и теперь кружил вокруг ползущего человека, казалось бы, сопровождая его.

— Мы как раз собирались вызвать вас, офицер Мерфи. — Коутс, все еще за столом, продолжила, как будто вообще ничего не произошло. — Мистер Петерс собирался выйти из кабинета, но споткнулся о складку на ковре. Поможете ему встать? Он может оставить свои вещи в раздевалке. — Начальник тюрьмы поприветствовала Тига Мерфи чашечкой кофе и допила ее содержимое.

Глава 12

1

— Так вот, офицер, вы знаете, что я склонна к приступам гнева, не так ли?

Энджела, стоя на уважительном расстоянии от Будки, задала этот риторический вопрос Ванессе Лэмпли. У Жанетт, стоящей рядом с ней, не было иллюзий: им предстоит тяжелая битва.

За пуленепробиваемым стеклом Будки, широкие плечи сидящей у пульта Лэмпли были опасно изогнуты вперед. Она выглядела готовой прыгнуть прямо через стекло. Жанетт полагала, что в прямом бою Энджела могла бы со многими справиться, несмотря на ее узкие плечи — но только не с Лэмпли.