type="note" l:href="#n_670">[670]. России необходима высокоразвитая, устойчивая, эффективная, современная правовая система. В условиях разбалансированности правовой системы трудно осуществлять различные правовые возможности. Важно, чтобы обеспечивались условия для юридической защиты правового статуса личности; право, законодательство, правотворчество и другие правовые явления не отставали в своем развитии от общесоциальных потребностей, запросов, были бы адекватны динамизму общественных отношений.
Таким образом, перед правом и правовой системой сегодня стоят новые задачи, которые они могут эффективно разрешать при условии их консолидированного состояния. Из всего многообразия вариантов развития права и правовой системы путь консолидации представляется наиболее перспективным, результативным. Поступательное движение права и правовой системы в сторону их консолидации детерминирует системное, целенаправленное правовое развитие Российского государства в интересах страны. Российское право и правовая система в условиях XXI века должны отвечать национальным интересам государства, быть направленными на достижение приоритетов социального, правового и в целом государственного значения. В этих целях важно обеспечить становление стратегии консолидированного развития права и правовой системы.
§ 4. Общеправовая теория маргинальности и стратегии правового развития
Общеправовая теория маргинальности как система знаний, выдвигаемых проблем и гипотез о наиболее общих и специфических закономерностях деструктивного влияния феномена отчуждённости, «пограничности» и неадаптивности (маргинальности), свойственного отдельным субъектам правоотношений, а также об особенностях его воздействия на состояние законности и правопорядка, типологизирует, в рамках одной из гипотез данной концепции, совокупность индивидов, находящихся в маргинальном состоянии (положении) на социально незащищённые и социально неблагополучные, а также социально-опасные группы.
Принимая во внимание определённую условность границ такой дифференциации, отметим, что изучением вопросов защиты и соблюдения прав и свобод малоимущих, пенсионеров, социальных сирот, проблем с невыплатой заработной платы, пособий и др., т. е. всего того что обусловлено рецессивным экономическим положением социально-незащищенных субъектов права, в большей степени занимаются такие отрасли юридической науки как конституционное право, право социального обеспечения, финансовое и налоговое право и т. д. Тогда как маргинальные группы (индивиды) второго и третьего типов вызывают наибольший интерес теории права и государства, криминологии, уголовного и уголовно-исполнительного права, административного права, с точки зрения изучения специфики и особенностей их правовой культуры и правосознания, разнообразных видов отчуждённого и «пограничного» с противоправным поведения, негативно сказывающихся на уровне и состоянии правонарушаемости в российском обществе[671].
В данном контексте необходимо пояснить, что рассматриваемая типологизация в формате общеправовой теории маргинальности, прежде всего, проведена с учетом понимания и объяснения самого научного междисциплинарного понятия «маргинальность».
Российская маргиналистика, формирующаяся изначально в рамках марксистского объяснения феномена отчуждения, в основании понимания маргинальности рассматривала политические и экономические факторы, редуцированные из глубоко идеологизированной сферы позитивизма, дихотомически выстраиваемые из объяснения строения государственности, где базисом является экономика, а надстройкой – право. В связи с чем, к маргинальным группам (индивидам) относились, в первую очередь, социально-незащищённые слои населения.
В зарубежной маргиналистике, начиная с 20-х годов прошлого столетия отчуждение личности понималось и связывалось с «пограничностью», «раздвоенностью», конфликтностью, обусловленными культурными, демографическими, этнокультурными, статусными, биопсихологическими и другими причинами (Р. Парк, Э. Стоунквист и многие другие) и детерминирующими поведение, предрасположенное к совершению правонарушений, в т. ч. преступлений.
Общеправовая теория маргинальности, аккумулировав в себе ранее эклектичное объяснение искомого феномена зарубежными и российскими исследователями, в осуществлении одной из своих задач изучения деструктивных процессов и свойств «пограничности», отчужденности и дезаккомодации к ценностно-нормативному (в т. ч. правовому пространству) субъектов правоотношений, рассматривает не только в широком смысле – культурный, но и социально-экономический факторы, влияющие на изменение мотивационной сферы поведения субъектов права, а также на характер осуществления прав и свобод экономически-рецессивных слоев населения. Для чего нами используется междисциплинарный подход, основанный на опыте методологического плюрализма.
В этом смысле, для разностороннего понимания и объяснения влияния искомого феномена на правовую действительность, междисциплинарный подход выступает синтезирующим конструктом или алгоритмом поиска общего и особенного, движения от абстрактного к конкретному, от простого к сложному и т. д. в построении и производстве знания, обосновываемого при помощи философии и социологии права, истории и политологии права, экономико-правовых, теоретико-правовых и иных научных подходов и направлений в объяснении одного и того же объекта. В нашем случае множественность, порой гетерономных знаний и представлений о феномене маргинальности, и сам факт их многообразия соответствуют современной парадигме социального знания, ориентированной на синтез.
Попытка обоснования интегрального видения и объяснения вводимого нами понятия «правовая маргинальность» основана, в частности, на положении о том, что: «Юриспруденция окажется в выигрыше, если она откажется от весьма удобного, но искусственного монизма, неизбежно ведущего к односторонности, и примерится с более соответствующим многообразию социальной действительности плюрализмом. Речь идет об утверждении в
