Комментарии к русскому переводу романа Ярослава Гашека «Похождения бравого солдата Швейка»

Этот момент решил завязку короткого романа.

Возможно, толчок фантазии Гашека, превратившей романного поручика Лукаша в необыкновенно влюбчивого человеком, дала история подлинной любви и женитьбы армейского командира Гашека Рудольфа Лукаса, ставшей следствием его пребывания в Бруке-над-Лейтой.

Там в ресторане «У эрцгерцога Альбрехта» он встретился с офицерами Девяносто первого полка.

Возможно, и даже скорее всего, речь идет о ресторане «Эрцгерцог Франц Фердинанд» («Hotel Erzherzog Franz Ferdinand»), см. комм, выше ч. 2, гл. 3, с. 396. Впрочем, Йомар Хонси (JH 2010) указывает, что еще одним заведением «только для офицеров» в Бруке была «Немецкая кофейня» («Deutsches Kaffehaus»).

В весьма приподнятом настроении он пошел в маленькое кафе «У креста Св. Стефана»

Еще одно из множества заведений в Бруке-Кирайхиде, до сей поры не идентифицированное. Св. Стефан – небесный покровитель Венгрии, см. комм., ч. 2, гл. 4, с. 421.

занял отдельный кабинет

В оригинале здесь очень редкий для Гашека, но стилистически вполне уместный французский – chambre séparée (kde zašel do malého chambre séparée). По-чешски, как справедливо пишет Гула (BH 2012), отдельный кабинет – odděleny pokojík. А впрочем, бесспорный чех Богумил Грабал не без удовольствия употребляет в своем маленьком романе «Я прислуживал английскому королю» («Obsluhoval jsem anglického krále») в сходном контексте именно chambre séparée (а já jsem se začervenal a řekl, ne, já chci večeřet v chambre séparé): a я весь закраснелся и сказал, нет, я хочу отужинать в отдельном кабинете.

«Здесь в отелях это будет неудобно. Придется везти ее в Вену, — подумал поручик. — Возьму командировку».

Командировка в оригинале: vezmu si komandýrovku – еще один русизм, как многие подобные у Гашека, из большевистского прошлого. Миколаш Затовканюк (MZ 1981) отмечает, что на этом месте должен был бы быть ходовой у чехов в австрийской армии немецкий дериват – komandýrka. А чисто чешский вариант – служебная поездка (služební cesta).

Стоит отметить, что все прототипы романных персонажей от Яна Ванека до Ганса Биглера сходятся в одном – уж кем-кем, а волокитой и бабником реальный Рудольф Лукас точно не был.

С. 405

Найти Шопроньскую улицу и дом номер шестнадцать было бы не так трудно, если бы навстречу не попался старый сапер Водичка, который был прикомандирован к пулеметчикам, размещенным в казармах у реки.

Пулеметчики в оригинале: štajeráků (sapér Vodička, který byl přidělen к «štajerákům»). Это очередной немецкий дериват от Steiermark, то есть штириец, некто из австрийской земли Штирии. Иными словами, сапер был прикомандирован к штирийскому полку. Отдельных пулеметных подразделений в австрийской армии не было.

Обдумывая эту ситуацию, Бржетислав Гула (BH 2012) приходит к выводу, что из трех имевшихся в австро-венгерской армии штирийских пехотных полков (27-го, 47-го и 87-го) Водичка мог быть прикомандирован только к одному из первых двух, поскольку 87-й комплектовался исключительно из словенцев, а в хорватских (словенских) полках официальным языком был вовсе не обязательный общевойсковой немецкий, а свой хорватский, чеху Водичке, очевидно непонятный.

Несколько лет тому назад Водичка жил в Праге, на Боище, и по случаю такой встречи не оставалось ничего иного, как зайти в трактир «У черного барашка» в Бруке

Улица nа Bojišti называлась На Боище в ПГБ 1929, почему пролезло сюда, вместо измененного ПГБ и везде в новом переводе применяемого На Боишты – вопрос, наверное, к редактору. В любом случае, дело выглядит так, как будто бы Швейк встретил соседа. Еще одно подтверждение тому, что