головой, пытаясь ухватить все и сразу. Но ухватывать было почти нечего. Город оказался пустым и скучным. Ни тебе ярмарок, ни уличных представлений, ни гомонящей толпы. Все было тихо, спокойно и сонно. Девушка даже зевнула. Однако на бриг возвращаться так быстро не хотелось, и Тина решила наслаждаться тем, что есть, не отыскивая приключений. Да и где их тут было искать? Тоска-а-а…
Радовало одно: не было не только развлечений, но и поучений. Папенька остался на «Счастливчике», не сопроводив дочь нравоучительными напутствиями, Альена он также оставил на борту, Бонг и не думал читать нотаций, а Дин и вовсе готов был больше слушать, чем говорить. Это Тину вполне устроило. За последнее время она стала такой стыдливой и правильной, что это порой вызывало у нее самой если и не тошноту, то желание взбунтоваться. Ну, может, бунтовать хотелось несколько от иного. Мадемуазель Лоет часто вспоминала время, проведенное на «Алиани», когда рядом был только Альен Литин и когда он отдавал почти все свое время «Сверчку», особенно после Порт-Дайона. И пусть не вина Альена, что он не может, как и раньше, быть рядом подолгу, но желание бунта и обида в душе Тины росли все быстрей, и девушка преисполнилась решимости показать, что не больно ей и нужен какой-то там столичный хлыщ.
— А не перекусить ли нам? — произнес Бонг, глядя на выгоревшую вывеску чайной и кондитерской в одном лице.
Тина подняла взгляд, оценила изображение длинноносой дамы с чашкой в одной руке и пирожным в другой и кивнула. Почему бы и нет? Времени после завтрака прошло уже немало, до вечера она возвращаться не собиралась, а желудок уже подсказывал, что в него давно не отправляли ничего съедобного. Дин возражений также не имел, и лекарь первым поднялся по ступеням, открыл дверь под звяканье колокольчика и исчез в нутре кондитерской, откуда донесся запах ванили и шоколада. Дин улыбнулся мадемуазель Лоет, подал руку, как это было принято в цивилизованных странах, и Тина не стала отказываться от предложенной помощи. Правда, тут же руку она отдернула, представляя, как со стороны смотрится молодой человек, ведущий под руку мальчишку — мадемуазель ведь так и оставалась в мужском наряде. Она замотала головой и шепнула:
— Я вроде как мальчик.
— А походить на девочку. Мои глаза ошибаться, — рассмеялся его высочество.
Девушка хмыкнула, легко взбежала по ступеням и вошла в чайную, отыскивая взглядом Бонга. Лекарь уже сидел за одним из свободных столиков и пытался разговаривать с официантом, не понимавшим ни слова из того, что говорил ему горастанец. Господин Тин перебрал уже несколько известных ему языков, но официант только грустно вздыхал и во все глаза рассматривал мужчину необычной наружности.
— Не понимает? — спросила Тина, присаживаясь напротив лекаря.
— Ничего не понимает, — сокрушенно вздохнул Бонг.
В это мгновение к ним присоединился Дин, и глаза официанта и вовсе разбежались от обилия посетителей с экзотической внешностью. Тина вытянула руку и пощелкала перед носом мужчины.
— Гарпун тебе в печень, любезный, — позвала она, — отомри, дьяволово семя.
Официант вздрогнул и перевел взгляд на мальчишку. Удостоверившись, что ее заметили, мадемуазель Лоет снова заговорила на марантийском:
— Вы меня понимаете? — затем повторила фразу на балорском.
Но официант растерянно улыбнулся и пожал плечами, вновь вернувшись к рассматриванию лекаря и принца. На мгновение у Тины мелькнула мысль, что было бы с официантом, если бы Хон не остался на «Счастливчике» с Альеном… Наверное, и вовсе отдал бы концы прямо на месте. Усмехнувшись, мадемуазель Лоет обернулась, отыскивая взглядом хоть кого-нибудь, кто бы их понял, но в чайной было пусто. Только возле окна сидели два господина, тихо переговариваясь о чем-то своем.
— Господа, вы меня понимаете? — повысила голос девушка.
Мужчины обернулись на ее голос, после обменялись взглядами и один из посетителей вежливо улыбнулся:
— Да, парень, мы тебя понимаем, — ответил он. — Что случилось?
— Доброго дня, — сообразив, что была невежлива, Тина поспешила исправить оплошность. — Вы не могли бы нам помочь сделать заказ, официант не понимает ни слова из того, что мы говорим.
— К твоим услугам, малыш, — мужчина встал со своего места и подошел к их столику, но, как и официант, пробежался внимательным взглядом по горастанцам. — Неожиданно увидеть здесь гостей с далеких берегов.
— Добрый день, — вежливо, но достаточно сухо ответил Бонг, Дин просто кивнул.
— Так вы поможете нам? — нетерпеливо спросила Тина.
— Да, конечно, — мужчина вновь обратил на нее внимание. — Что вы хотели заказать?
Вскоре трое путешественников получили легкие закуски, также входившие в список блюд заведения, пирожные и чай. Господин, столь любезно отозвавшийся на просьбу помочь, попытался завести беседу с Бонгом, но тот повернулся к нему, несколько мгновений смотрел в глаза, а затем негромко произнес:
— Тебя ждут.
Господин моргнул, прерывисто вздохнул и растерянно улыбнулся.
— Простите, меня ждут, — сказал он, поднимаясь со стула, который успел приставить к столику. — Не буду вам мешать, приятного аппетита.
