Если мужик — борись до конца. Прочь вежливость, этикет, воспитание и манеры. Понял?
— Да, — кивнул Литин.
— Выругайся, — велел Вэйлр. — Давай, парень. Так, чтобы я покраснел.
— Зачем? — удивился Альен, поднимаясь на ноги. — Я поня… Дьявол вас дери, капитан! — вскрикнул он, вновь падая от нового предательского удара.
— Правило четвертое: я говорю, ты исполняешь, — ледяным тоном отчеканил Лоет, нависая над молодым человеком. — Выругайся.
Альен Литин никогда не злоупотреблял бранью. В общем-то, он совсем не бранился. Мог, конечно, в сердцах использовать нечто вроде «черт знает что», но не больше. Со времени его знакомства с Тиной Лоет словарный запас бранных слов молодого человека несколько пополнился, но ими он также не спешил пользоваться. Такт Альен всегда считал одной из отличительных черт воспитанных людей. Однако… если надо:
— Дьявол вас дери, — повторил господин Литин и едва успел увернуться от приближающейся палки. — К дьяволу, капитан, я выругался! — И вновь Лоет напал, не жалея ни сил, ни коварства. — Капитан, вашу мать, что вы от меня хотите?! Чтобы я обложил вас? — Выпад, выпад, выпад, удар. — К дьяволу, Вэй!
Очередной выпад закончился ударом по спине, и Альен взорвался, вкладывая всю душу в брань. С его языка потоком полились слова, которые он не употреблял даже мысленно. Молодой человек забыл про такт, этикет, воспитание. Забыл, что перед ним стоит человек, превосходивший его по возрасту в три раза, забыл, что этот человек является отцом Тины. И когда поток брани иссяк и Альен перевел дух, Вэйлр довольно ухмыльнулся:
— Запомнил это чувство? И чтоб только так и дрался. А вот теперь приступим всерьез.
— Всерьез? А до этого были шутки? — воскликнул молодой человек.
— До этого мы учили правила. Выдохнул? Вперед!
Никогда еще Альен не попадал под лавину. Его обучал один из лучших учителей фехтования в столице, дорогой и искусный. Он поделился со своим учеником всем, что знал сам, он был настоящим мастером, но… мастер никогда не участвовал в настоящих драках, и разница между мастерством дуэлянта и мастерством пирата оказалась неимоверно велика. Альен ушел в оборону и, сколько бы он ни старался, контратаковать не выходило. Лоет, казалось, был разом в нескольких местах, и его короткое:
— Ранен. Ранен. Тяжело ранен. Убит. Убит. Убит. К дьяволу, Литин, мертвецы шевелятся быстрей тебя. А ты же уже трижды мертвец, тогда ползай дальше. Убит. Ранен. Ранен. Убит.
— Ч-щерт, — шипел молодой человек, получая удар за ударом. Вэй сделал обманное движение, снося с ног своего ученика, и Альен выкрикнул в сердцах: — Гарпун мне в печень!
— Всего лишь палку, мой мальчик, — расхохотался бывший пират и подал руку, помогая ему подняться на ноги. — На сегодня достаточно. Я увидел все, что хотел. Кто тебя обучал?
— Мастер Эберли, — хрипло ответил Альен, роняя палку и упираясь ладонями в колени. — Лучший учитель фехтования в столице.
— Для столицы, может, и лучший, — усмехнулся Вэй. — Но его школа годится только для дуэльных танцев. Больно?
— Жить буду, — скривившись, ответил Литин, выпрямляясь.
— Ты все еще хочешь у меня учиться? — полюбопытствовал капитан.
— Больше, чем раньше, — на губах молодого человека появилась кривая ухмылка. — Я почти разваливаюсь, но готов признать: я восхищен. Никогда не видел, чтобы так дрались.
— Дальше будет хуже, — пообещал Лоет. — Бонг облегчит твои страдания, когда вернется. Пока отдыхай, парень. Будем учиться сначала. Да, на оплеухи я скор, на слова невоздержан, так что не обольщайся. Добрым я был только сегодня.
Альен ничего не ответил, только усмехнулся и тряхнул головой, отбрасывая со лба влажную от пота прядь. Тело тут же возмутилось столь резкому движению, и молодой человек скривился, тихо зашипев.
— Можешь сходить в город, — невинно заметил Вэйлр, поглядывая на своего ученика.
— Благодарю, — кивнул Альен. — Пожалуй, сначала переведу дух.
— И то верно, — покладисто согласился капитан. — Если хочешь всплакнуть…
— Идите к черту, — беззлобно огрызнулся Литин, поднимаясь по сходням.
Лоет осклабился и последовал за ним под взглядами вахтенных матросов и рыбаков.
Глава 25
Алгардт ничем не поразил воображения мадемуазель Лоет. Сейчас, когда не нужно было никого искать, тащить и приводить в чувство, Тина вертела
