— И не спорь, он от этого звереет, — наставлял Кузнечик.
Альен переводил взгляд с одного матроса на другого, затем усмехнулся и поднялся на ноги.
— Да что вы, право слово, будто на смертельный поединок меня отправляете. Меня фехтованию обучали с малых лет. Конечно, у капитана опыта больше, так я затем и иду к нему, чтобы перенять его мастерство. Выживу, — улыбнувшись, закончил молодой человек.
Мужчины поднялись со своих мест вслед за ним, скорбно вздохнули и направились к сходням. Самель рывком прижал к груди Альена, шмыгнул носом и прочувствованно произнес:
— Ну, ты держись, парень. Даже капитана можно пережить. Терпи, раз уж взялся. Он мозгляков не любит. Дашь слабину, и все — пиши пропало, век уважать не будет. Пусть лучше орет и жалит — значит, считает за равного, на прочность испытывает. Уж я-то его выучил.
— Спасибо, — улыбнулся Литин, хлопнув кока по спине ладонью.
Самель еще раз вздохнул, покачал головой и поспешил за товарищами. Альен прихватил саблю и поднялся на палубу. Лоет уже сидел на своей излюбленной бочке, подтянув колено к груди, и ехидно поглядывал на молодого человека.
— Что, дяденьки слезки утирали, Советы давали? Не бойся, мальчик, бить больно не буду.
— Порой знания и навык приходят через пот и боль, — усмехнулся Альен. — В любом случае упорство и трудолюбие всегда приводят к намеченной цели.
Вэйлр соскочил с бочки, одернул рубаху и скрестил руки на груди, с интересом разглядывая молодого человека.
— Сынок, запомни: я не люблю тех, кто бросает дело на полпути. Если решился связаться со мной, то придется идти до конца, пока я не признаю, что ты родился с саблей в руке. Иначе не стоит и затевать. Я готов дать тебе разрешение на занятия с Тиной, считай, что мне понравились твои слова…
— Вэйлр, я хочу учиться у вас, — прервал его Альен. — Я не привык бросать затеянное дело. Если вы передумали, я приму это, но сам отступать не намерен.
— Это был твой выбор, — нацелил на него палец Лоет. Затем указал на саблю, которую держал в руке Альен. — Это оставь на борту, она тебе пока не понадобится. Когда сможешь выдержать мою атаку, тогда разрешу взять игрушку поострей. А пока… — он ухмыльнулся и достал из-за бочки две палки. — Держи. Или это роняет твою честь?
— Вы считаете, мою честь так легко уронить какой-то палкой? — насмешливо спросил Литин. — Она устойчивей, чем вам кажется.
— Сейчас проверим, — осклабился Лоет и первым направился к сходням. — За мной.
Вахтенные подтянулись к борту, предвкушая представление. Рыбаки, еще не зная, что затевают иноземцы, пока просто поглядывали на двух мужчин, вооружившихся палками. Учитель и его ученик спустились со сходней и замерли друг напротив друга. Лоет молчал и не двигался с места, словно решал, что делать дальше. Альен ждал.
— Значит, так, — Вэйлр сделал шаг в сторону, — все эти поклоны и расшаркивания можешь забыть, я не сторонник «Кодекса поединков» и прочих церемоний. Кланяться будешь дамам, — говорил капитан «Счастливчика», обходя по кругу Литина. — Это было первое правило. Теперь второе… — Лоет выкинул руку вперед, и Альен охнул, хватаясь за плечо, на которое обрушилась палка. Вэй обошел его, снова становясь спереди. — Правило второе?
— Нападаете без предупреждения, — немного хмуро ответил Альен, выпрямляясь.
— Поправка, — капитан постучал палкой по раскрытой ладони, — любое нападение происходит без предупреждения, кроме дуэли. Но такой дурью в мире, куда ты попал, мальчик, никто не занимается. Учитывая, кто сидит у нас на хвосте, а Ржавый от нас не отстанет, тебе придется быть готовым в любое мгновение обнажить клинок. Ржавый же является единственной причиной, по которой я позволил тебе заниматься с моей дочерью. Я хочу, чтобы Тина могла постоять за себя не только на кулаках. И учить я буду тебя за вас обоих, ты меня понял?
Но прежде чем Альен успел ответить, Лоет сделал новый выпад. Молодой человек ушел в сторону, парируя удар.
— Понял, капитан, — произнес Литин.
— Неплохо, но…
Новая атака обрушилась на Альена. Вэй не щадил, но и не нападал в полную силу, он приглядывался, оценивал, подмечал, а после…
— Дьявол, — охнул Альен, падая на одно колено и хватаясь за живот.
Удар палкой пришелся в солнечное сплетение, выбив воздух из легких молодого человека. Учитель не пожалел силы, вложенной в это выпад. Лоет опустил палку и усмехнулся:
— Убит.
— Еще трепыхаюсь, — сипло усмехнулся Альен и напал сам.
Контратака вышла стремительной, отчаянной и… закончилась новым ударом, теперь в бедро и снова в плечо. Литин упал на колени, шипя сквозь стиснутые зубы, и наградил учителя испепеляющим взглядом. Вэй присел рядом, опираясь на палку. На его губах играла кривая усмешка, но злорадства не было.
— Правило третье, Альен, — произнес Лоет. — Противника не жалеют, даже если он старше, твой учитель и отец девицы, на которую ты засматриваешься. Или ты работаешь в полную силу и показываешь все, чему тебя учили, или будешь ходить в синяках, потому что я не люблю жалость.
