таким решительным, капитан Лоет был окружен ореолом ее искреннего восхищения.
Не подозревавший о том, что сейчас его возвели едва ли не до божественного ранга, Вэйлр выдохнул и скинул с плеча начальника порта.
— Сколько он в себя винища влил? Весит, как воз винных бочек, — проворчал Вэй.
— Устали, папенька? — заботливо спросила Тина.
— Ну что ты, дочь, просто решил полюбоваться видом, — усмехнулся Лоет, обводя рукой не слишком чистую улицу.
Начальник порта заворчал, завозился у ног капитана и сел, озираясь бездумным взглядом. Вдруг издал нечленораздельный рев и перевернулся на четвереньки. После чего боднул Лоета под колено плешивой головой. Вэй выругался, ухватил начальника порта за шиворот и рывком поставил на колени. Пьяница воспользовался вертикальным положением, потянулся к ширинке своих брюк…
— Всевышний! — взвизгнула Тина, спешно отворачиваясь.
— Дерьмо собачье, тебя при родах повитуха на пол уронила! — гаркнул взбешенный Лоет, отбрасывая в сторону блаженствующего начальника порта.
— Молчать, сволочь, — четко изрек на марантийском чиновник и повалился лицом на пыльную мостовую.
— Урою, — решил Вэй.
— Папенька, разрешение на стоянку, — спешно напомнила Тина, пока Лоет взводил курок пистолета, который успел вытащить из-за пояса.
— Что за жизнь?! — горестно вздохнул Вэй, убирая пистолет. — Благое дело и то сделать невозможно, все в бумаги упирается. Чиновников придумал дьявол! — патетично воскликнул капитан и, брезгливо сморщившись, вновь вырубил гомонящего пьяницу.
— И докторов, — поддакнула мадемуазель Лоет со знанием дела.
Вэйлр вновь закинул начальника порта на плечо. Тина пристроилась рядом, и отец с дочерью продолжили свой бравый поход. Они прошли мимо полицейского на площади, свернули к порту, но даже не стали пытаться добиться от пьяницы того, что им нужно. Лоет скинул чиновника на землю, огляделся и указал на бочку, стоявшую недалеко от собачьей конуры.
— Тина, сбегай, проверь, что в этой бочке, — велел он.
Девушка кивнула и поспешила выполнить поручение родителя.
— Вода, папенька! — крикнула она, счастливо ощерившись.
— Великолепно, дочь, — ответил ей отец точно такой же ухмылкой.
Подхватив начальника порта, Вэйлр подтащил его к бочке, поставил на землю, ухватив за шиворот, и, кровожадно провозгласив:
— Ванная готова, ваше свинячество, — макнул пьяницу головой в бочку.
— Буль, — ответствовал чиновник.
Лоет тут же вытащил его, выслушал все, что проревел ему начальник порта, и снова сунул головой в бочку. После третьего макания капитан не выдержал и отвесил чиновнику несколько тяжелых пощечин.
— Трезвей, скотина, — раздраженно потребовал Лоет.
— Сам скотина, — в очередной раз обнаружил пьяница знание языков, закончив свой бунт в бочке высокопарным: — Буль-буль.
Преисполненная праведного негодования и желания помочь, Тина отвесила чиновнику пинка, за что удостоилась укоризненного взгляда родителя.
— Со спины не нападают, — поучительно произнес Вэйлр, добыл из бочки чиновника, снова надавал ему по физиономии и сунул обратно.
— Буль.
— Даже он возмущен, — продолжил отец наставлять свое дитя.
— Простите, папенька, — виновато вздохнула Тина.
— Кто ты такой, мерзавец?! — осмысленно заорал начальник порта, когда его снова вытащили на белый свет.
— Готов к диалогу? — осведомился бывший пират.
— Я тебе, собака, такой диа… бульк… В тюрьме сг… бульк. Ты у меня на коле… бульк. Ты еще пожале… бульк. Ну, хватит! Я готов к диалогу.
— Наконец-то, — просиял Лоет и вежливо улыбнулся. — Мы подданные Маранты, прибыли в ваш славный город ненадолго и хотели бы встать на небольшой ремонт. Хотим получить разрешение на стоянку и заплатить налог.
— Так бы сразу и сказали, — проворчал начальник порта, тряхнув головой. — Что за манеры, в конце концов? Черт знает что. — Пес, наблюдавший за всем действом, широко зевнул, похваставшись здоровенными клыками, и ушел в свою огромную будку.
Дальше события развивались быстро. Поддерживаемый Лоетом начальник порта, обнаружив замок на собственной конторе, изложил в доступной форме все, что думает о секретаре и помощнике. Он бранился столь громко и душевно, что капитан «Счастливчика» даже проникся симпатией к чиновнику.
— Хорошая трепка быстро учит подчиненных расторопности, — посоветовал бывший пират.
— Это уж непременно, — согласно кивнул начальник порта. — Нельзя отлучиться на недельку-другую, чтобы перевести дух, как все паутиной
