Глава 27
— Где она?
— Там.
Вэйлр проследил за указующим перстом своего рулевого и сокрушенно покачал головой.
— Мартышкой была, мартышкой останется, — вздохнул отец, глядя, как дочь карабкается по снастям вслед за матросами.
— Она молодец, — улыбнулся рулевой. — Высоты не боится, ловкая. Была бы парнем…
— Вот! — палец Лоет поднялся вверх. — Была бы парнем, я бы изошел на гордость. А сейчас мое старое больное сердце разбито вдребезги неугомонным сокровищем.
— Да бросьте, капитан, — рядом встал господин Ардо. — Дайте ей хлебнуть то, чего девчонка хочет, она сама угомонится.
— Это точно, — Даэль задрал голову и смотрел на мадемуазель Лоет, уже добравшуюся до парусов. — Запретное всегда слаще. Дайте ей волю, хотя бы пока мы в море. Хочет быть матросом — пусть будет.
— Ага, — Лоет осмотрел по очереди всех трех защитников. — А если ей понравится? Аппетит, говорят, во время еды приходит. Вам с девчонки поумиляться, а у меня за нее сердце болит. Море — не место для женщины. И мне вовсе не хочется, чтобы однажды она вернулась к родным берегам такой же, как я, — он указал на свой шрам, затем гулко сглотнул и закончил севшим голосом: — Или вообще не вернулась.
Ардо скрестил на груди руки, задрал голову, прищуриваясь от яркого солнца.
— Так выдайте ее замуж.
Здоровый глаз Вэя расширился от возмущения. Он издал невнятное восклицание и покрутил пальцем у виска.
— Вот это — замуж? — вопросил капитан. — Не отдам. Рано.
Даэль хохотнул и повернулся к Лоету.
— Со всем моим уважением, Вэй, но девица по законам Маранты считается вошедшей в брачную пору с шестнадцати лет. Девятнадцать — это возраст, когда девушки официально признаются взрослыми. Сейчас самое время озаботиться супругом для мадемуазель Лоет. Или через год она поднимет паруса и снимется с якоря, уже не спрашивая вашего разрешения. Прикуйте ее к берегу брачными узами, дети заставят ее повзрослеть.
— Какие дети, Даэль?! — воскликнул Лоет. — У нее в голове ветер свищет! Она от мужа быстрей даст стрекача, чем из отчего дома.
— Ну, кое-кто способен обуздать этот ветер, — усмехнулся Ардо, глядя на Альена Литина, так же следившего с палубы за девушкой, приложив к глазам козырьком руку.
Лоет проследил за взглядом своего старшего помощника, усмехнулся, качая головой, но тут же нахмурился.
— Мальчишка непробиваемый, и моя мартышка млеет, как только он ей улыбнется. Это бесит. Однако я не могу не признать, что ее прыть утихает, когда он рядом. Но… Дьявол вас всех дери, парни, он же Литин! — последнее капитан произнес слишком громко, и Альен повернулся в сторону разговаривающих мужчин, услышав свою фамилию. Вэй хмыкнул, глядя на него. — И все же кое в чем вы правы. Нужно загрузить Тину, чтобы ей некогда было страдать дурью. Я дам ей то, чего она так хочет. Альен!
Капитан сбежал на палубу, провожаемый взглядами старшего помощника, боцмана и рулевого. Он подошел к Литину, снова бросил взгляд на дочь и оперся рукой на перила борта.
— Мы второй день в море, а вы, господин Литин, пока так и не занялись со своей ученицей. Думаю, больше нет смысла затягивать. Мы с тобой обсудим, что тебе стоит ей дать из своей школы, а что — из моих уроков. Будете заниматься ежедневно; ротозеев уберу, чтобы не лезли со своими шуточками и подначками. Никаких послаблений, чтобы драл с нее три шкуры.
Альен внимательно выслушал, не спуская глаз с капитана. На губах его появилась улыбка.
— Что переменило ваши намерения, Вэйлр? Еще вчера вы просили меня не спешить.
— Загрузим это вертлявое создание так, чтобы на дурь не осталось времени, — усмехнулся Лоет. — С сегодняшнего дня в моей команде новый матрос. — Он сделал шаг в сторону, но снова обернулся. — Говоришь, любит географию и астрономию? Загрузим и разум также.
Альен смотрел вслед удаляющемуся капитану, но оторвался от борта и догнал его.
— Вэйлр, не разожжем ли мы огонь еще больше? — с сомнением спросил молодой человек.
Лоет усмехнулся, и глаза его блеснули бесшабашным весельем:
— Тина — бочка с порохом, к которой тянется горящий шнур под проливным дождем. Или порох все-таки рванет, или ливень затушит запал. Не угадаешь. Но попробовать стоит.
— Возможно, вы правы, — задумчиво ответил Альен. — Только она еще бесится после явления на причале пигалицы Гольдардт.
— Тебя это останавливает? — насмешливо изломил бровь Вэй.
— Нисколько, — ответил Альен, широко улыбнувшись.
