Тина досадливо поморщилась — она стихов не любила. И волосы у нее были короткие, и одежда на ней была мужская. А еще она бранилась, как сам дьявол, и дралась, как уличный мальчишка. Тут же вспомнилось, как она избивала шарманщика, и краска бросилась в лицо юной мадемуазель. Как же глупо, должно быть, она выглядела! Дьявол… то есть о, Всевышний! Конечно, представить, что вот это вот белокурое воздушное создание будет кому-то чистить рыло, было просто невозможно. Скорей, она бы повалилась в красивый обморок.
— Эмил, ты здесь! — Тина вздрогнула и подняла голову.
Оказалось, что в своих размышлениях девушка перестала слушать беседу и не заметила, как Альен обернулся и увидел ее. На губах молодого человека тут же появилась приветливая улыбка, но ее Тина не заметила, потому что устремила испытующий взор на спутницу Литина. Рассмотрела и готова была заскрежетать зубами. Эта Лусита была просто прелестна!
На свежем юном личике играл милый румянец, яркие зеленые, как у отца, глаза были полуприкрыты золотистыми ресницами, но даже они не скрывали радостный блеск. Пухлые розовые губы обнажали в улыбке белоснежные зубки. В руках Лусита сжимала небольшой томик. Должно быть, Альен застал ее за чтением, разумеется, «случайно». От этой мысли Тина почувствовала незнакомую обжигающую волну. Она пробежала по телу и заставила пылать ее щеки, далеко не от стыда. Мадемуазель Лоет была в бешенстве.
— Какой милый ма-альчик, — протянула Лусита, стараясь произнести слово верно. — Почему он красный?
Тина едва не зарычала. Альен поджал губы, внимательно следя за метаморфозами, происходившими с его мадемуазель Таинственность. То, что она злится, молодой человек заметил сразу; это немного удивило его. Он понял, что девушка готова ответить на вопрос Луситы, и поспешил заговорить первым:
— Госпожа Нарсиа, позвольте представить вам моего воспитанника — Эмил Мулер. Эмил, познакомься с дочерью нашего любезного хозяина — госпожа Лусита Нарсиа…
— Мамзель, — прервала его Лусита, — зовите меня мамзель.
— А кто это? — насмешливо спросила Тина.
— Мадемуазель, Эмил, — чуть досадливо пояснил Альен.
— Почему он быть красный? — решила настоять на ответе мамзель.
Тина открыла рот, но Литин опять оказался быстрей.
— Эмил смущен, — ответил он с улыбкой. После бросил быстрый взгляд на мадемуазель Лоет и закончил: — Он никогда не видел столь красивой девушки.
— Чего? — опешила Тина.
— О-о, — протянула Лусита и кокетливо стрельнула глазками в сторону мадемуазель Лоет, едва не вызвав этим нервный смешок последней.
— Разумеется, — серьезно продолжил Альен. — Эмил прожил большую часть своей жизни при мужском монастыре, и я решил спасти мальчика от суровой жизни среди братьев. Бедняжка был совершенно изможден тяжелой работой.
— Вы очень добрый, — восхищенно произнесла легковерная Лусита, а мрачная Тина подняла взгляд на молодого человека и увидела, что он веселится. — Ты должен быть благодарен свой наставник, мальчик.
— По гроб не забуду, — пообещала мадемуазель Лоет, не сводя многообещающего взгляда с Альена.
Мужчина отвернулся и закашлялся, пряча смех. Это окончательно выбило Тину из колеи. Она подошла к нему и с силой ударила свернутыми чертежами по спине. Литин резво обернулся.
— Муха, — изрекла Тина. — Назойливая.
Она помахала рулоном, задев по носу мамзель Луситу. Та вскрикнула и отпрянула в сторону.
— Эмил просто пытается быть вежливым, — поспешил заверить госпожу Нарсиа Альен.
— Он не осторожность! — воскликнула белокурая девушка, коверкая слова от возмущения еще сильней. — Идемте одни, Альен. Идемте от этот нехороший Э-эмил.
— Простите, но я несу за него ответственность, — развел руками молодой человек. — Эмил пойдет с нами. Не волнуйтесь, прелестная Лусита, он не помешает нашей с вами беседе.
— Дьявол меня дери, если я пророню хоть слово, — заверила Тина.
Лусита схватилась за сердце, а приступ кашля у Альена был в этот раз дольше и громче. Когда мужчина успокоился, он обернулся к обеим дамам, осмотрел их и протянул руку, предлагая ее Лусите, но та не успела воспользоваться любезностью господина Литина, потому что между ними уже стояла Тина, угрожающе помахивая чертежами. Альен закусил губу, фальшиво вздохнул и снова развел руками на возмущенный взгляд зеленоглазой блондинки.
Они некоторое время шли в молчании. Лусита злилась, Тина хранила на лице каменное спокойствие, а Альен раздумывал над странным поведением своей таинственной мадемуазель. Ее агрессивность была необъяснима и необоснованна. Такое поведение напоминало… ревность. Литин тут же взглянул на «воспитанника», отыскивая новые признаки своего открытия, но девушка была все так же невозмутима, и Альена посетила шальная мысль.
