никогда не поздно. Ведь девиз клана «Все сражаются за одного вождя и один вождь решает за всех», а отдельные паршивые овцы в любом стаде встречаются. Вот их надо выжигать каленым железом и электромагнитными излучениями. А несчастного маленького Люма за что лишать жизни? Тем более что двуглазыми шамами не разбрасываются.
Руго заблокировал в памяти малыша все воспоминания о его отце и отдал на воспитание своей сестре. Та усыновила Люма, вырастив его, как родного сына. Но Люм, в итоге, не оправдал надежд. Вырос оболтусом из категории тех существ, про которых в народе говорят: «Дури много, а ума мало». И своей глупостью и разгильдяйством уже достал Руго до печенок.
Последний случай, когда Люм, закосив под больного, не захотел руководить операцией по поиску золота, исчерпал чашу терпения вождя. Узнав о смерти Лыса и Гука, он подумал – лучше бы этот лоботряс погиб вместо Лыса. Тот, по крайней мере, был сметлив и никогда не отлынивал от сложных поручений. А этот лишь небо коптит…
Ну, ладно. Что ни делается, все к лучшему. Теперь Люм либо реабилитируется за все предыдущие косяки, либо, наоборот, подпишет себе смертный приговор.
Однако судьбоносность решения, принимаемого вождем, заключалась не в том, что оно влияло на судьбу Люма. И уж тем более не в том, как использовать Тимура и выручать ли его самку из лап дампов. Подобные вещи являлись для Руго второстепенными по сравнению с возможностью рассчитаться с изменником Пуго. Тот, нарушив незыблемые законы клана, кроме прочего нанес Руго личное оскорбление, поэтому должен был понести кару. Суровую. И неотвратимую.
– Руго, ты там, случайно, не заснул? – не выдержав долгого молчания, поинтересовался Тимур. Он, конечно, понимал, что процесс размышлений могущественного «мозгоправа» лучше бы не прерывать. Но сильно нервничал из-за затянувшейся паузы. – Мне некогда ждать. Алену, между прочим, в любую секунду убить могут.
– Заткнись, – прошипел Люм. – Заколебал уже со своей самкой, глупый хомо. Не видишь, что вождь думает? Не смей ему мешать.
– Тебе тоже слова не давали, чувырла, – со злостью отреагировал Тимур. Однако развивать мысль не стал, заметив, что Руго и глазом не повел в ответ на склоку, затеянную Люмом. Видимо, и впрямь шибко задумался старший шам. Интересно бы узнать, чего замышляет?
На самом деле общий замысел у Руго сложился еще накануне вечером. Узнав от Тимура о том, что Пуго жив, вождь понял – судьба дает ему редкостный шанс поквитаться с предателем. Только вот действовать нужно быстро и точно – иначе хитрый и подлый, как лисошакал, братец наверняка ускользнет.
В первую очередь, решил Руго, требуется установить местонахождение Пуго, заодно проверив информацию Тимура. Ведь тот видел изменника неделю назад, и сведения могли устареть.
Сказано – сделано. Получив приказ вождя, Люм в сопровождении двух младших шамов отправился ночью на разведку. Подобравшись к становищу дампов, «двуглазый» и его помощники приступили к ментальному прочесыванию местности. Общая задача состояла в том, чтобы вычислить количество «мусорщиков» и разведать систему охранения. А вот особое задание (о нем знал лишь Люм) заключалось в поисках Пуго.
При ближайшем рассмотрении выяснилось, что в логове обитает огромное количество «мусорщиков», часть из которых, к тому же, перемещалась по территории как муравьи. В итоге точное число дампов разведчики так и не определили, остановившись на диапазоне триста пятьдесят – четыреста.
Впрочем, приблизительность цифры не имела принципиального значения. Десятком дампов больше, десятком меньше – какая разница? Достаточно знать, что всего около четырехсот – значит, из этих данных и надо исходить, готовя штурм становища.
Однако штурм имел смысл лишь в том случае, если в логове находится Пуго. Изначально предполагалось, что изменника вычислят без особого труда – ведь по активности коры головного мозга шамы могут обнаружить любое существо, в том числе любого своего сородича. При этом (важная особенность!) гиппокамп шамов излучает оранжевое свечение, не свойственное другим человекоподобным. Чем выше уровень шама, тем сильнее и ярче свечение, излучаемое его мозгами. Так что – не перепутаешь.
Но на деле вышло так, что Люм, по его словам, искал Пуго всю ночь. Возможно, сказалось то, что «трехглазый» находился в окружении огромного количества дампов, и излучения их мозгов создавали помехи. Возможно, имелись какие-то иные причины.
«Какие именно причины? – насторожился Руго, слушая утром доклад Люма. – Уточни, что ты имеешь в виду?»
«Ну, не знаю. – Люм замялся. – Я подумал, что Пуго мог установить специальные экраны в своей спальне. Ну, чтобы его никто не вычислил по излучению мозга во время сна. Он же мог опасаться преследования, верно?»
«Наверное, мог, – согласился Руго. – Это резонно. Но ты его все-таки обнаружил?»
«Да. Под самое утро. Я уже думал, что Пуго там нет вовсе. И вдруг засек около развалин яркое оранжевое свечение. Так бесподобно мог светиться лишь мозг старшего шама. Видимо, Пуго провел ночь в какой-то изолированной комнате, а под утро выполз на улицу. Тут я его и засек… Кстати, параметры ауры очень схожи с твоим свечением, вождь».
«Еще бы, – пробормотал Руго. – Мы все-таки близнецы… Ну, теперь держись, братец».
Страшная месть – вот о чем мечтал последние сутки вождь шамов. И не просто мечтал – составлял планы. Внезапное возвращение Тимура подтолкнуло Руго к реализации намеченного. Не понаслышке зная об изворотливости и коварстве Пуго, он понимал, что может натолкнуться на отчаянное сопротивление. Но не собирался отступать.
