не носила. Пока Крендель царствовал в нашей цифровой крепости и крал потихоньку деньги наших учредителей, никто над стилем и внешним видом не задумывался. Столько лет счастья! Да я должна уже быть благодарна судьбе!
– Я тебя жду! – крикнул мне из коридора Игорь мой Вячеславович, уже бодрый и красивый, с чашкой кофе в руках. Осторожный от природы и наученный горьким опытом, он теперь с чашками кофе ко мне близко не подходил.
– Жди-жди, я никуда не пойду. Я не знаю, что это значит – «прийти как человек». Я никогда не приходила так на работу! – возмущалась я, рассматривая глупые бежевые блузки в стиле Бриджит Джонс и черные юбки-футляры. Как я вообще могла такое купить?
Я и не помню, чтобы я это покупала.
– Ничего себе. В этом ты похожа на учительницу старших классов, – рассмеялся Малдер, делая очередной глоток кофе. – Которую сейчас строго накажет директор школы.
– Вот и поделом, – кивнула я недовольно.
– Попробуй сменить юбку на брюки. А эту… м-м-м… прозрачную прелесть на что-то более тонированное.
– Девятку-баклажан? – хмыкнула я. В результате этого кризиса вещевого самоопределения я разозлилась, достала синие, цвета индиго, вполне приличные (не драные) брюки и черную водолазку с короткими рукавами-фонариками – она показалась мне вполне затонированной.
– Что-нибудь на каблуке? – предложил Малдер после долгих раздумий. Умный, опасливый, ничего говорить не стал против одежды.
– Как скажете, господин историк моды, как я понимаю. Что-то я не узнала вас в гриме.
– Ну, прости. Слушай, очевидно, нужно заняться твоим гардеробом.
– Или моим резюме, – упорно вредничала я. – Найти мне другое место, где меня не заставят носить ходули. Я – программист. А они, как известно, не моются, не красятся и не причесываются. Это наш фирменный профессиональный «лук».
– Ага, – еле сдержал смех Игорь. – Но на каблуках ты совершенно очаровательна. Знаешь, я ведь теперь весь день буду представлять тебя в этих странных ботильонах, но в прозрачной рубашечке и этой черненькой юбке БДСМ.
– Ого! Я не против! – рассмеялась я, ковыляя в сторону лифта. Ходить на каблуках я не умела и не любила. Ботильоны – единственная моя весенняя обувь на каблуках – достались мне от мамы, когда та пыталась превратить меня в Настоящую Женщину. Видимо, и блузку тоже купила она.
В «Муравейнике» мне удалось совершить чудо и не повстречаться с Джонни, с Витей Постниковым, с Машкой Горобец и даже с Сашкой Гусевым до поры – короче, со всеми теми, кто обязательно поднял бы меня на смех за мой нетипичный внешний вид. Я бы и сама подняла себя на смех, чего уж там. Но когда двери лифта на двадцать шестом этаже открылись, вместо дружного коллектива нашего отдела я была встречена грохотом, стуком и вибрацией какой-то гигантской дрели.
– Господи, что это? – проорала я, подойдя ближе к «нашим». Бедная Яночка сидела за своим компьютером в больших наушниках, явно пытаясь оградить свои нежные уши от этого кошмара. Я постучала по ее плечу, и она подпрыгнула, отчего наушники чуть не сорвались с ее головы. Затем она посмотрела на меня так, словно заподозрила в измене.
– Думаешь, поможет? – тут же поинтересовалась она, кивнув на мою водолазку. Я поправила кулончик-пульку, а на самом деле флешку – единственное украшение, одобрено моим королем моды Малдером – и пожала плечами. Рукава-фонарики поднялись и опустились.
– Нас сносят?
– Кабинет ремонтируют! – прокричала Яночка в ответ.
– А где Сама?
– Так вон! – И Яночка ткнула куда-то прямо в центр нашего зала. Я обомлела. Все было Очень Плохо и даже хуже. Черная Королева, сегодня в каком-то умопомрачительном, наверняка расшитом вручную сюртуке в стиле Средневековья, в узких брючках, с ноутбуком в руках, стояла в центре нашего безумия. Она не смотрела на меня (хвала Изготовителю), Черная Королева печатала одной рукой, держала телефон у уха, прижав голову к плечу, и что-то кричала. Она плевать хотела на шум.
Я пригнулась, невольно пытаясь спрятаться за серыми перегородками. С другой стороны зала на нас двигались сразу две уборщицы с пылесосами. Видимо, Черная Королева решила сразу бороться и со внешним видом своего кабинета, и с нашей всепроникающей непобедимой пылью.
– Что делаем? – крикнула я Яночке.
– Черт его знает. Я за тебя протоколы обрабатываю, – и она посмотрела на меня с укоризной. Я кивнула и скривилась – предполагаемое выражение лица, – я сожалею, но что ж тут поделаешь, если я вчера так неадекватно исчезла?
– Слушай, а ты вчера тут не видела непонятную даму за компьютером? Предположительно за Ванькиным? – уточнила я на всякий случай. Яночка посмотрела на меня с очевидным непониманием. Я кивнула, сделала шаг в сторону своего стола, чуть не упала, зацепившись каблуком за ковролин – чертов дресс-код! Прав Малдер, нужно купить какие-нибудь пригодные для жизни туфли на небольшом каблуке. Интересно, а не продают кроссовки на каблуке? Я бы купила. Хотя… они бы все равно не соответствовали имиджу организации.
Как все сложно!
– Я пойду за кофе. Тебе принести? – спросила я Яночку, но та помотала головой и уткнулась обратно в экран. Держится, малышка, за
