всей концлагерной системы. До 1942 года в первых созданных крупных лагерях евреев практически не оставалось, и вот теперь они вновь оказались в большинстве. Заключенные из оккупированной Польши привезли с собой вести о нацистском «окончательном решении еврейского вопроса». В лагерях вроде Дахау некоторые заключенные-ветераны уже имели представление о происходившем на Востоке. Это стало ясно после того, как из Освенцима и Майданека стала поступать одежда, обувь, чемоданы и другие вещи убитых евреев[2454]. Но только сейчас они узнали страшные подробности о депортациях, селекциях и крематориях. Правда становилась всеобщим достоянием быстро уже тогда, когда новоприбывшие евреи, зайдя в «душевые», начинали кричать: «Не газ! Только не газ!»[2455]
Зарываясь в землю
Начавшееся осенью 1943 года осуществление проекта передислокации секретного производства ракет вскоре коснулось и авиационной промышленности, что потребовало задействования трети всех трудоспособных заключенных[2456]. Когда в конце февраля 1944 года авиазаводы Германии подвергались постоянным бомбовым ударам англо-американских стратегических ВВС (операция «Большая неделя»), имперское министерство авиации запланировало создание десятков подземных объектов. К строительству некоторых из них фактически уже приступили, а в ближайшее время число сооружаемых объектов предполагалось существенно увеличить. 1 марта 1944 года было создано так называемое Командование истребительной авиации (Jagerstab), еще один мощный инструмент координации промышленного производства истребителей и преодоления последствий разрушений авиапредприятий в ходе бомбардировок. Образно выражаясь, он добавил «новые слои» поликратической нацистской диктатуре в ее сумеречные годы.
В круг обязанностей Командования истребительной авиации входило увеличение производства самолетов для обороны воздушного пространства над Германией, ставшего уязвимым для вражеских бомбардировщиков. С самого начала было практически единогласно решено переместить промышленное производство под землю. На совещании, состоявшемся 5 марта 1944 года, Гитлер объявил, что это лишь начало «перевода всех промышленных предприятий Германии под землю». Широко развернулось сооружение подземных промышленных мощностей [2457].
Важную роль в этих планах играли концлагеря. Командование истребительной авиации свело вместе высоких чинов из министерства вооружений, министерства авиации и представителей частных компаний. Не обошлось и без участия СС. «Черный орден» Гиммлера существенно повысил свою значимость, когда в 1944 году авиационный сектор приобрел огромное значение в военной промышленности Германии. Роль СС возросла из-за наличия в распоряжении данного ведомства огромной массы рабов, которую подчиненные Гиммлера торжественно обязались увеличить еще. Дефицит рабочей силы внезапно обострился до крайности. Титанические усилия Заукеля по захвату миллионов новых иностранных рабочих успехом не увенчались, ибо тиски, которыми Германия сжимала континентальную Европу, ослабли. Теперь у СС оставался единственный и последний источник доступной рабочей силы – заключенные концлагерей[2458].
В рамках выполнения задач Командования истребительной авиации СС было поручено взять на себя руководство специальными строительными проектами, поскольку на Альберта Шпеера и его коллег явно произвел впечатление очевидный успех эсэсовцев в создании Доры. Вскоре СС курировали важные проекты по передислокации ряда заводов авиационной промышленности в тесном сотрудничестве с частными подрядчиками. Вблизи новых стройплощадок были созданы подлагеря, и уже к июню 1944 года в них насчитывалось около 17 тысяч заключенных. Кроме того, в упомянутые подлагеря направлялись новые и новые партии узников.
Часть планов предусматривала скорейшую перестройку существующих тоннелей и подземных сооружений. Но вскоре руководство авиационной промышленности убедилось, что это тупиковый путь, ибо обусловленная повышенной влажностью коррозия и теснота производственных помещений негативно отражались на качестве производимой продукции. Исходя из этого, боссы германской авиапромышленности вынашивали надежды на целеориентированные проекты: сооружение обширных новых тоннелей с учетом всех требований будущего производства. Опять же силами СС. Чем ближе Третий рейх подходил к краху, тем более монструозными выглядели эти прожекты в аспекте их размаха, темпов строительства и задействования людских ресурсов[2459].
Одним из самых грандиозных стал проект создания сети тоннелей близ городка Мельк в Нижней Австрии. Там предполагалось размещение завода – под кодовым названием «Кварц» – концерна «Штейр-Даймлер-Пух АГ», активно лоббировавшего этот план и серьезно вовлеченного в его реализацию. Для обеспечения требуемого количества рабочей силы в апреле 1944 года в Мельке был создан филиал Маутхаузена, где в середине сентября содержалось примерно 7 тысяч заключенных. Условия там были неописуемые, постоянно происходили несчастные случаи, поскольку проходка и цементирование тоннелей выполнялись вручную. Здесь погибла почти треть депортированных в этот лагерь заключенных, больше, чем все тогдашнее население соседнего городка Мельк[2460].
Руководителем этой гигантской программы подземного строительства, курируемой СС, был доктор Ганс Каммлер, известный технократ из ВФХА, ранее возглавлявший отдел строительства при имперском министерстве авиации. Каммлер, опытный архитектор, появился в ведомстве Поля еще в 1941 году, где его поставили на руководство строительством (в 1942 году Каммлер был назначен главой отдела С). С тех пор он проявил себя способным управленцем крупных строительных объектов. На новое эсэсовское начальство Каммлер произвел впечатление профессиональными знаниями, опытом работы, энергией и идеологической лояльностью (в НСДАП он вступил в 1931 году, а в СС – два года спустя). Он быстро стал ключевой фигурой нескольких важных проектов –
