Чтоб оно так же корежило тех, по чьей милости мы угодили в эту историю!.. Пришлось как-то справляться с мышечными спазмами, затем перемещаться по-пластунски в непроглядной темноте туда, куда тянуло с еще пущей силой. Не будь сенсоров, греметь бы мне под фанфары в тот распахнутый люк, рассчитанный, похоже, на средних размеров грузовик… А так – ничего, аккуратно стекла вниз до половины, повисела, принюхиваясь и прислушиваясь, и, мягко толкнувшись задними лапами, приземлилась на все четыре.
Здесь давило еще сильнее. Дыхание давалось мне с таким трудом, что начали болеть реберные мышцы и диафрагма. К тому же сам воздух был какой-то странный, с большим количеством незнакомых запахов. Зато в сенсорном поле прояснилось, даже чересчур – от мертвенно-белого свечения заломило в глазницах, что не помешало озадачиться увиденным. Я находилась на одной из верхних полок бесконечного стеллажа, границы которого терялись, растворяясь в мутной колышущейся дымке. Массивные объекты справа и слева от меня оказались неподвижными телами вполне антропоморфных пропорций. На остальных полках – та же поклажа плотными штабелями…
По цветовой гамме видимого в сенсорном поле они больше всего напоминали гербарий, поскольку были выжаты (или выпиты?!) практически досуха… Меня скрутило так, что стало больно даже думать и моргать! Судя по всему, это был склад кандидатур для пополнения армии мертвецов. Здесь их доводили до кондиции путем досушки и консервации – отсюда и давление, и повышенная сухость воздуха, и примеси в нем, от которых першение в горле, резь в глазах и зуд на открытых участках кожи… Но если меня принесло в эту… зомби-кухню, значит… Дин тоже мертв?!! От этой мысли впору было самой досрочно расстаться с жизнью… Лапы подо мной не подкосились только потому, что я уже передвигалась медленным ползком, но вот сердце сжалось до того болезненно, что сознание спешно собралось перебазироваться в местечко поспокойнее…
От выпадения в массивный осадок меня удержала вовремя посетившая мысль: если позволю себе отключиться, меня отсюда вытаскивать будет некому! Да и то, что медальон вдруг раскалился так, что обжег через густую шерсть, ничуть не подпалив ее при этом, тоже сыграло свою роль.
Это заставило встряхнуться и откопать среди обрывочных мыслей, беспорядочно скачущих по извилинам, одну более-менее разумную: если уж мужнины дела совсем безнадежны, зачем тогда высшие силы с помощью моей хваленой интуиции привели сюда?! Следующее умозаключение добавило пессимизма: затем, чтобы забрать его тело из этого мерзопакостного местечка и предать достойному погребению на родной земле… Нет, мы так не договаривались! Сделка была за не просто найти, но и вернуть все на круги своя, так что нечего тут!!!
В процессе невеселых размышлений я продолжала ползти вдоль своей «полки», машинально тщательно сканируя каждую попавшую в пределы досягаемости особь независимо от размеров и внешности. Логика была проста: скорее всего, мой возлюбленный где-то среди последних поступлений на этот склад, а изменить его внешность чисто из вредности додумалась бы даже я…
Периодически сенсорную систему от чужой боли зашкаливало так, что и «скрытое зрение» отказывало на время. Оказывается, не все «новобранцы» попали сюда мертвыми, некоторые были живы в достаточной степени, чтобы чувствовать происходящие необратимые изменения, но в недостаточной – чтобы помочь себе хотя бы умереть… Что я могла для них сделать?! Правильно. Благо для того, чтобы прекратить мучения, хватило и возможностей тигриной анатомии…
Я в который раз прокрутила в уме то, что могла бы высказать беловолосой колдунье-садистке при личной встрече, добавила несколько свежих словесных комбинаций и собиралась продолжить эту занимательную гимнастику для ума, когда попал на сенсоры очередной объект. Знакомая фигура, не менее знакомые переливы серебра в области головы… и стопроцентное отсутствие живого свечения вокруг застывшего силуэта!..
Я сама не умерла на месте только потому, что в последний момент успела выхватить главное из увиденного после того, как своевольно включилось глубокое сканирование. У этого несчастного было вполне обычное человеческое сердце… И, во-вторых, мое собственное сердце только учащенно забилось, а ведь все возможные реакции сверхчувствительного организма на любые изменения в состоянии супруга были мной изучены досконально еще в первые дни знакомства! Нет, хвала богам и всем, кому положено… да и остальным до кучи, – это был не Дин!
Прочие детали проявились чуть позже, окончательно убедив меня в том, что жертвой стал один из соплеменников Ледяного Короля, причем даже не из числа принадлежащих к правящему клану. Оставалось только посочувствовать несчастному и попытаться найти его родных, если – когда! – мы сможем выбраться отсюда…
Ощущение опасности резануло по сенсорам словно раскаленной косой. Похоже, нас все-таки засекли! Собираю остатки сил, распускаю «поисковую сеть» во всю возможную ширь – все то же, в том же качестве и количестве… Интуиция безмолвствует как подпольщик на допросе – нашла время отмалчиваться! Направляюсь к люку, пытаясь все-таки сообразить, с чего, собственно, меня вообще сюда понесло. Может, как раз для того, чтобы убедиться, что Ледяного Короля нет среди мертвых? Так об этом недвусмысленно толкует «маячок» в мочке левого уха…
Как и с какой попытки удалось-таки совершить решающий прыжок на такую высоту, помню смутно. Более четко в памяти запечатлелся следующий момент: я, запаленно хватая тяжелый плотный воздух распахнутой пастью, подбираю под себя дрожащие от напряжения лапы, трясу головой, чтобы сфокусировать взгляд на светлом пятне впереди, рычу от ярости, когда «картинка» начинает снова расплываться, и все-таки делаю рывок вперед…
Очередное воссоединение со своим сознанием происходило дольше обычного, а уж насколько противнее!.. Бесчувственное состояние тем и хорошо, что не ощущаешь ни этой жуткой тошноты, ни рези в отекших глазах, ни жжения в пересохшем горле, ни тянущей боли в мышцах, ни…
– Еще этого не хватало!
– Ну и пожалуйста! – Подруга перестала нализывать мой нос и отвернулась, надувшись. Правда, ненадолго.
– Ты как?!
– Бывало и получше, – пришлось признать во время очередной попытки принять вертикальное положение. – Ч-ч-черт!.. И давно я тут половичок изображаю?!
– С полчаса, не меньше. – Норка пересела ближе, подпирая боком шатающуюся меня. – Думала, ты уже вообще никогда не очнешься!
– И поэтому решила подправить мне форму носа?
– Хорошо, в следующий раз таки устрою тебе пару пощечин – когтистой лапой! – фыркнула напарница, подмигивая. – Или просто укушу за что придется! Лучше скажи – все действительно так плохо, как мне кажется? – И пояснила в ответ на мой вопросительный взгляд: – Перед самым твоим возвращением в коридоре был какой-то шум, словно что-то просыпалось, но
