Он замолчал, тяжело дыша, и с какой-то яростной тоской уставился на приближающихся парней в синей форме. Две шеренги, по полсотни в каждой – похоже, рота.
Первым шел барабанщик – голубоглазый парнишка лет шестнадцати, никак не больше. Впрочем, большая часть солдат в колонне по части растительности на лице недалеко ушли от драммера. Да и браво вытянувшийся в седле лейтенант – тоже[61].
Молодые. Веселые.
И я вдруг с пронзительной четкостью осознал, что преподобный А.К. Уиллер сейчас видит этих солдат перед своей госпитальной палаткой… лежащими на пропитанных кровью и гноем носилках…
…или…
Мы стояли на обочине, а они шли мимо нас, и почему-то мне казалось, что идут они так уже давным-давно. Целую вечность.
Там-пам-тарам-пам-пам! Там-пам-тарам-пам-пам! Мы идем, чеканим шаг! Пусть боится злобный враг! Там-парам-пам-там-парам-пам! Пусть бежит он со всех ног! Видя блеск наших штыков! Там-пам-тарам-пам-пам!
– Раненным в грудь, живот или голову, – хрипло сказал клерик, – санитары дают воду и морфий. И оставляют лежать на поле боя. Потому что имеют приказ – в первую очередь выносить с ранениями конечностей. Тех, у кого больше шансов… на исцеление. А уже потом – всех… прочих.
– Хороший жилет из…
– Замолчите, – драу произнес это вроде бы и тихо, но в ушах у меня разом зашумело. Магия, не иначе.
– Замолчите, бригадир-лейтенант, – повторил мистер Белоу. – Если не можете сказать что-нибудь умное, лучше не говорите ничего.
Я как-то даже и без особого ужаса подумал, что сейчас Торк ответит – вот переведет дух от эдакой наглости, да и ответит. Ох, как ответит – небу жарко станет!
А потом темный эльф его убьет.
И пытаться мешать ему я не стану.
Торк промолчал.
1863, лагерь Потомакской армии, Гарри и Салли
– Когда-нибудь Трой все-таки выйдет из себя и прибьет тебя, – Гарри зевнул. – А я даже не стану пытаться ему мешать. Наоборот, возможно, и помогу… если вдруг случится чудо и ему понадобится чья-то помощь.
– Спасибо, Гарри, – тролль, наклонившись, медленно помешивал варево на костре. – Но, во-первых, я пока не собираюсь прибивать Салли, а во-вторых, не думаю…
– Да-да, я превосходно знаю, как вы оба меня любите, – перебил его толстяк. – Даже и не сомневался в ваших чувствах. Но все же, прежде чем вы окончательно решите спровадить меня в этот котел, могу я получить ответ на поставленный мной вопрос? А? Ведь даже распоследние гоблы перед этой процедурой интересуются последним желанием своего будущего ужина!
– Однако спрашивают они вовсе не для того, чтобы исполнить его. Это всего лишь одно из проявлений их специфического чувства юмора, – тролль на миг задумался и добавил: – Насколько известно мне.
– Дикари, одно слово, – буркнул Салли.
– Ты лучше уточни, – шулер отложил в сторону масленку и принялся тщательно вытирать измазанные пальцы, – на который из вопросов жаждешь услышать ответ. А то ведь, пока я снаряжал барабан, ты их задал не меньше дюжины.
– Не кривляйся, а? Ты отлично понимаешь, что главный вопрос, который меня интересует: как долго мы будем торчать здесь?!
– Пока не надоест.
– Что-о?!
– Видишь ли, друг мой Салли, – осклабился шулер. – Ты, конечно, удивишься, но мне вдруг начало нравиться армейское житье. Взять, к примеру, кормежку… – Гарри выразительно похлопал себя по пряжке ремня. – Я прибавил фунтов пять, не меньше, да и ты отнюдь не выглядишь исхудавшим. А особенно, Салли, мне нравится то, что я могу приказать тебе заткнуться, а ты, – шулер ткнул пальцем в нашивку, – не посмеешь ослушаться старшего по званию.
– Да, сэр, так точно, сэр, – пробормотал толстяк. – Будет исполнено, мистер капрал.
На некоторое время у костра воцарилась тишина, нарушаемая лишь потрескиванием веток в огне и тихими щелчками. Гарри вслушивался в эти щелчки с таким сосредоточенным видом, словно прокручивал не барабан «кольта», а ручку сейфа с армейской казной.
– А если серьезно… не понимаю, Салли, какого гобла ты дергаешься, будто и впрямь на сковородке? Благодаря армии мы без проблем и, заметь, за счет федеральной казны преодолели добрых три четверти пути.
– И затем намертво застряли. Гарри, ну чего мы ждем?! Приказа о твоем производстве в генералы? Или ты непременно жаждешь блеснуть перед здешней публикой в роли принца датского? Слышал, ты разговаривал об этом с самим полковником…
– Разговаривал. Кстати, ты зря столь низкого мнения о здешней публике. В одиннадцатом корпусе, к примеру, ставят «Короля Лира», и знаешь кто? Сам Альберо…
– Альберто Хьюз? – удивленно вскинулся толстяк. – Он-то что забыл в армии?
– Проигрался в пух и прах, теперь прячется от кредиторов. Это я к тому, – пояснил Гарри, – что нашему полковнику тоже бы хотелось устроить у себя театр не хуже.
– И ты польстился? Что, теперь мы будем до конца войны гастролировать вместе с армией? Гарри… нет, я не спорю, твоя идея завербоваться была хороша…
Шулер и тролль озадаченно переглянулись.
– Вообще-то мысль подал именно…
– …и пока она себя оправдывала, но сейчас-то… тут же всего ничего, – Салли махнул рукой в сторону рощи, за которой, по его предположениям, находился Ричмонд. – Выбрать ночку потемнее, и тихонько…
– …заполучить горсть свинца от пикета ребов, – закончил шулер. – Хотя, скорее всего, ты и не доберешься до их берега Раппаханока. Оборотни тебя сожрут куда раньше.
– Оборотни? Какие же, к оркам, оборотни?
– Из первого Виннипегского[62]. А ты, – удивленно глянул на партнера Гарри, – и вправду «сумел» не заметить, что вокруг лагеря по ночам шныряет чертова уйма патрулей? Они ловят шпионов и дезертиров – только боюсь, Салли, ты вряд ли сумеешь убедить их, что не являешься первым… и уж тем более – что не собираешься стать вторым.
В этот момент, будто специально для придания словам шулера большей убедительности, из соседней рощи донесся протяжный вой. Ему ответил другой, затем к дуэту присоединился третий, четвертый…
Толстяк разом побледнел и, дрожа, принялся кутаться в пончо – словно надеялся, что пропитанная каучуком ткань обеспечит ему надежную защиту от зубов и когтей. Его напарник заулыбался и, расстегнув еще одну пуговицу на мундире, почесал живот.
– Я д-думал, это в-всего-навсего в-волки…
– Обычные волки, – задумчиво сказал Трой, – также умеют передавать своими песнопениями немало информации. Но в данном случае, насколько я могу различить, мы имеем дело с армейским кодом. Гарри прав – вам не выбраться ночью из лагеря.
– Нам? – недоверчиво повторил шулер. – А тебе? Хочешь сказать, зеленый, тебе эти песики не страшны?
– Полагаю, что я бы справился с ними. Если, – тролль покосился в сторону
