– …все это я изложил в своем докладе, – гном указал на пухлую пачку листов слева от капитана. Когда он успел извести такую уйму бумаги – уму не постижимо! Не иначе, как прошлой ночью. Днем-то Торк почти все время болтался у меня на виду – и совершенно точно ничегошеньки не писал!
– Больше мне сказать нечего!
Человек бы непременно добавил «в свое оправдание», подумал я. Ну а гном… промолчал.
– Что ж… – Макинтайр покосился на шедевр гномской литературы под своим локтем, и, похоже, особой радости его лицезрение капитану не доставило. – Очень хорошо, мистер Торк. Чувствуется, что вы все трое, э-э… превосходно поработали. Думаю, ваша деятельность будет вознаграждена по достоинству… во всяком случае, полковник Смигл, получивший вчера депешу из Потомакской армии, намекал на нечто… э-э, в этом роде.
– Судя по его словам, – произнес мистер Келлер, до этого момента тихо сидевший в углу, – вам удалось произвести впечатление на самого генерала Хукера.
Вот мистер Йоахим не изменился совершенно. Тот же сюртук-брюки-туфли цвета грязного песка, те же тщательнейше, один к одному расчесанные на пробор волосы, – интересно, а не раннюю лысину он спрятать пытается? – разве что на локтевых нашивках потертости заметно добавилось… на две-три амбарные книги, прикинул я, ну или на полдюжины фолиантов поменьше.
– Так что я бы не стал исключать даже медаль, м-м-м… хотя здесь могут возникнуть некие сложности с конфиденциальностью.
Видеть лицо Торка с моего стула не получалось, но я готов был держать пари десять к трем на все мое жалованье – вид у гнома сейчас неописуемо дурацкий! Он-то, бедолага, пребывал в святой уверенности, что наша деятельность в Глуши может быть вознаграждена по достоинству в лучшем случае пинком под зад. А в худшем – иском о нанесенном ущербе.
– Впрочем, – наклонившись, капитан чем-то щелкнул – выдвинул нижний ящик, решил я, – сгреб гномье творчество со стола и, судя по продолжительному шелесту, запихал его хорошо вглубь.
– Это все – договорил он, вынырнув обратно, – сейчас не важно!
Тут уж я не выдержал и, вскочив со стула, сменил позицию – встал сбоку от стола Макинтайра. Ну да, точно, как и предполагал: мало того, что глаза у Торка сделались точь-в-точь как в день нашей с ним встречи, с пятидолларовик размером, так еще и нижняя челюсть отвисла. Презабавнейшее зрелище, а уж редкое какое – хоть в летописи заноси, не сходя с места: гном ошарашенный, одна штука. Думаю, подобного эффекта можно добиться, разве что аккуратно тюкнув коротышку дубиной по башке. Только удар должен быть сильный, как у тролля… а у троллей, как известно, с аккуратностью проблемы. В землю на пять футов они вобьют запросто, а вот дозировать – фиг вам! То ли дело мы, великаны…
– Н-н-не важно?!
– Именно так. – Макинтайр встал. – Конечно, разоблаченный вами шпион успел немало, а мог бы причинить еще куда больше вреда делу Союза…
– Кстати, – с любопытством спросил Вайт, – он… она и в самом деле была порученцем сенатора Уэйда?
– Хвала Господу – нет! – Одна только мысль о вражеском агенте, получившем доступ к секретам на столь высоком уровне, заставила капитана болезненно скривиться. – Письмо, предъявленное этой… этим «лейтенантом Нибсоном» оказалось фальшивым.
– Расчет, – снова встрял в разговор Йоахим, – явно строился на «приязни», которую наши военные питают к Комитету по ведению войны и всему, что исходит от него. «Лейтенанта Нибсона» сочли шпионом – но шпионом наших собственных политиков. Связаться же лишний раз с Комитетом, дабы проверить его полномочия, к сожалению, никому даже в голову не пришло.
– Так что это была дерзкая, отлично спланированная, но все же… – Макинтайр продемонстрировал нам мизинец, – «одноразовая» акция. Нашей же основной задачей, как вы помните, является устранение куда более опасной угрозы. И я очень рад сообщить вам, джентльмены, что – благодаря исключительным способностям мистера Келлера – у нас в скором времени появится возможность эту задачу решить!
Мы дружно, будто по команде, принялись вглядываться в мистера Келлера, пытаясь разглядеть даже не знаю что: то ли нимб и крылья, то ли рога, копыта и хвост.
– Вы несколько преувеличиваете мои заслуги, капитан, – виновато улыбнулся Йоахим. – Во-первых, дело вовсе не в каких-то присущих мне «исключительных способностях», а, скорее, в невероятном везении…
– Удачливость, – Торк, похоже, сумел оправиться от шока, – входит в число трех самых необходимых для контрразведчика способностей!
– Во-вторых же… – Келлер с легким укором оглянулся на Макинтайра, – я все-таки поостерегся бы пока говорить о решении задачи. К нам в руки попал лишь кончик нити. Это шанс, не спорю, но настолько зыбкий, что говорить о каких-то там заслугах, на мой взгляд, явно преждевременно…
– Вот уж ни хрена подобного! – забывшись на миг, «командным» голосом рявкнул капитан. – Да, всего лишь след, да, всего лишь шанс, да, чертовски зыбкий!.. Но это, тролль вас забодай, первый реальный шанс наступить агенту Зеркало на хвост и поджарить его чертову задницу!
После этого заявления в помещении воцарилась тишина, которую полминуты спустя нарушили какие-то странные звуки. Повернув голову, я увидел, что аплодирует мистер Белоу – медленно, сосредоточенно и с очень-очень задумчивым видом.
– Браво, – негромко произнес драу, – великолепная формулировка, капитан. Даже и добавить нечего!
Гарри и Салли
На первый взгляд, открывшаяся им панорама принадлежала самому обычному вирджинскому поместью. Да и на все последующие – тоже. Тенистый парк, в глубине которого притаился белый двухэтажный особнячок, левее, отгороженные плотным рядом странных пирамидальных деревьев, просматриваются куда менее благородно выглядящие строения: конюшня, амбар, еще какое-то приземистое здание с яростно дымящей трубой – словно под крышей затаился паровоз. Ну а вокруг парка-островка, насколько хватало глаз, тянулись от горизонта до горизонта зеленые владения мистера Хлопка – поля, поля, поля…
– Ну что там? – нетерпеливо спросил Салли.
Гарри опустил трубу и с неодобрением покосился на толстяка. Сам он полагал, что чем ближе ты к цели, тем как можно меньше следует спешить. Торопливость же – верный шанс в самый последний момент провалить задуманное. Салли же в последние дни словно с цепи сорвался… и виной тому, как подозревал шулер, были сердобольные южанки.
План Гарри удался на все двести процентов – и сказать, что жители Юга сочувствовали двум раненым героям, значило бы очень сильно преуменьшить. Известие об очередной победе Ли сработало будто поднесенная к пороху спичка, распахивая перед мошенниками двери любых домов – от плантаторских особняков до фермерских лачуг. За честь
