— Правда, я бегу из Нью-Йорка. Нью-Йорк, индекс 212, город развлечений, Большое Яблоко. Нашу шайку там все знают.
Второй полицейский приоткрыл дверцу, чтобы его было слышно, и сказал:
— Вам известно, что вы ехали со скоростью восемьдесят пять миль в час?
— Честное слово, не заметил. Наверное, не посмотрел на спидометр. Меня Вагнер завел.
— Какой еще Вагнер? — Норман Брюстер с опаской заглянул в машину. — Где он?
Майкл указал на радио:
— Музыка. Рихард Вагнер. Горячит кровь.
— Выключите эту чертову балаболку.
Майкл повернул ручку приемника.
— Ваши права.
Майкл вытащил водительское удостоверение, протянул его Норману и подумал, что старший полицейский не вмешивается в разговор, чтобы поглядеть, как Брюстер справится один. Брюстер стал разглядывать права в свете карманного фонарика.
— Отметок нет, — разочарованно протянул он. — Повезло. Это ваше первое нарушение?
— Инспектор, я не хотел нарушать правила, — мягко сказал Майкл. — Дорога пустая, вот и поддался соблазну. У меня сегодня особый день. У вас бывают особые дни?
— Вы пили, мистер? — спросил Брюстер, направив луч Майклу в лицо.
— Еще как!
— А, — торжествующе сказал Брюстер, довольный, что дело приняло серьезный оборот. — Управление автомобилем в состоянии опьянения.
— Если честно, — сказал Майкл, — четыре часа назад я выпил перед обедом бокал мартини, а потом еще две чашечки кофе. Между прочим, с кем имею честь?
— Инспектор Брюстер. У нас нет времени препираться с вами целый вечер.
— Норман, — зевая, сказал старший полицейский, — он не похож на государственного преступника.
— Фред, — обиженно отозвался Брюстер, — вы же сказали, чтобы я сам разобрался.
— Ладно, ладно, — сказал Фред.
— Дайте техпаспорт, — приказал Брюстер.
Майкл порылся в перчатнице, но не нашел документа.
— Извините, — сказал он, — видно, я оставил его в Нью-Йорке.
— Куда вы ехали? — угрожающе спросил Брюстер, точно подозревая Сторза в намерении пересечь канадскую границу.
— В Грин-Холлоу. Я слышал, это чудесное место с чистым воздухом и честной полицией.
— Мне не нравится ваш тон, — с важным видом сказал Брюстер. — В Грин-Холлоу вас кто-нибудь знает?
Майкл чуть не поддался соблазну сказать, что его знает Норман Брюстер, но решил еще немного продлить комедию.
— Да вроде никто.
— Вы готовы дать кровь на анализ? — сказал Брюстер голосом, который ему, видно, ставили в полицейской школе.
— При виде крови я падаю в обморок, — ответил Майкл.
Второй полицейский вздохнул.
— Норман, через десять минут нам сдавать дежурство, — напомнил он.
— Вы же сказали, я сам должен все выяснить, я это и делаю, — произнес Брюстер и добавил: — По инструкции.
— По инструкции чертовски долго, — сказал Фред, — ну ладно, продолжай.
Брюстер вытащил резиновый шарик.
— Вы согласны подвергнуться алкогольно-респираторному анализу? — еле сдерживая себя, сказал он и метнул свирепый взгляд в сторону товарища.
— Право не дышать гарантировано конституцией, — с ехидством произнес Майкл.
— Выйдите из машины, — заорал Брюстер.
— Норман, Норман, — мягко сказал старший полицейский.
Майкл вылез из автомобиля.
— Пройдитесь по прямой, — рявкнул Брюстер.
Майкл сделал несколько маленьких шажков.
Разочарованный Брюстер закусил губу.
— Хорошо. Теперь прочитайте на память алфавит в обратном порядке.
— Не выношу салонных игр. В том колледже, где я учился, ни один профессор философии не был в состоянии это сделать. А вы сами смогли бы?
— Это к делу не относится, — раздраженно сказал Брюстер. — Меня ваши профессора не интересуют.
— Давайте послушаем вас, — вежливо, но настойчиво предложил Майкл. — Если сумеете, ставлю каждому по бокалу.
— Он какой-то чокнутый, — сказал старший полицейский. — Выпиши ему штраф, и поехали.
— Вы слышали, что он сказал? — громко спросил Брюстер. — Обещал нас угостить, если мы его отпустим. Может, он еще деньги начнет совать? А потом жди «телегу». Ну и плевать, что поздно. По-моему, если он не пьян, значит, накурился травки или еще чего-нибудь, это я выясню.
Он повернулся к Майклу, который лениво облокотился па крышу «порше».
— Вы, мистер, кажется, любите рисковать?
— Забавно, — улыбнулся Майкл, — вы повторяете слова моей жены. Бывшей. Почти бывшей.
— Я вам докажу, что нельзя безнаказанно дурачить инспекторов. Слыхали когда-нибудь о жестокой полиции?
Майкл с удовлетворением отметил, что Брюстер понизил тон до сарказма.
— Только не на горнолыжном курорте, — заметил Майкл. — Здесь я самый дорогой и желанный гость — турист.
— Фред, — сказал Брюстер, — я отвезу его в участок и хорошенько погляжу, что он везет в своей шикарной машине.
— Дерьмо, — выдвинул предположение Фред, отставший от Нормана на целый век.
— Руки, — приказал Брюстер и вполне профессионально защелкнул наручники. — Вы арестованы, мистер.
— Это интересно, — произнес Майкл.
— Я посажу его к себе, — сказал Брюстер, — а вы поезжайте в этом игрушечном автомобильчике.
— Пожалуйста, не перепутайте скорости, — бросил через плечо Майкл, когда Брюстер подтолкнул его к полицейской машине. — Вам доводилось управлять машиной без автоматической коробки передач?
Чистейшее мальчишество, радостно подумал Майкл, вспоминая школьные проделки, и полез в заднюю часть полицейского автомобиля, отгороженную решеткой от сиденья водителя. Брюстер, задыхаясь от праведного гнева, сел за руль, завел мотор, тронулся; Фред последовал за ним в «порше». Они проехали щит с надписью «Добро пожаловать в Грин-Холлоу, штат Вермонт», и Майкл сказал:
— Триумфальное возвращение.
Брюстер, чертыхнувшись себе под нос, просигналил — по середине дороги ехала девчонка на велосипеде. Майкл усмехнулся и весело помахал ей скованными руками.
Оказалось, что полицейское отделение переведено в новое здание. Когда Майкл жил в Грин-Холлоу, оно находилось в другом месте. Небольшой симпатичный домик в колониальном стиле соседствовал с городским банком. В нем не было угрюмой мрачности, типичной для любого нью-йоркского полицейского участка, служившего архитектурным воплощением всего разнообразия совершаемых преступлений, а также суровости и изощренности наказаний.
За высокой стойкой сидел пожилой полисмен в двухфокусных очках. Брюстер снял с Майкла наручники и сказал дежурному:
— Составьте протокол, Генри. Нарушение скоростного режима. Мы остановили его при восьмидесяти пяти.
— Нехорошо, нехорошо, — проговорил Генри.
— Ничего тут смешного нет, — обиженно отозвался Брюстер. — Еще не все. Неуважение к полиции — как вам это нравится? Похоже, он управлял автомобилем в нетрезвом состоянии.
— Ну и злодей, — сказал Генри. Казалось, он сам весь день не просыхал. Он сразу понравился Майклу, и Сторз улыбнулся ему. Генри подмигнул в ответ. Видно, служебное рвение молодого Брюстера было предметом насмешек в отделении.
— Отметьте, — с важностью сказал Брюстер, — что при задержании он предлагал взятку.
Фред, молчаливо подпиравший стенку, громко вздохнул.
— Один бокал? — удивился Майкл. — Дешево, ребята, себя цените.
— Придержите язык за зубами, мистер, — громко потребовал Брюстер и тронул Майкла за плечо. — Пройдите сюда.
Он отвел Сторза в соседнюю комнату с рядом запирающихся шкафчиков. К ней примыкала камера. Вполне комфортабельная «одиночка» сверкала чистотой.
Входная дверь распахнулась, и в отделение ввалился плотный мужчина с обветренным лицом, одетый в грубую куртку
