– Ты был с караваном Джема, – вспомнил Гафф. – Вы ушли на Расколотые равнины; я думал, ты погиб. И тусклого осколка не поставил бы на твое возвращение.
– Достаточно мудрая ставка. – Моаш подался вперед, держа руки на коленях. В этом туннеле шум людей снаружи казался далеким, хотя их разделяла всего лишь ткань.
– Парень, почему ты здесь? – спросил Гафф. – Чего хочешь?
– Я просто хочу стать тем, кем был.
– В этом столько же смысла, сколько в шквальном Буреотце, играющем на флейте. Но ты не первый, кто отправился на эти Равнины и вернулся не в себе. Совсем не первый. Это, шквал бы побрал Буреотца, шквальная правда.
– Меня пытались сломать. Клянусь Преисподней, и меня сломали. Но потом он меня собрал и сделал новым человеком. – Моаш помедлил. – А я от всего отказался.
– Ну да, ну да.
– Я всегда так делаю, – прошептал Моаш. – Гафф, почему мы так часто получаем что-то ценное, а потом вдруг начинаем это ненавидеть? Как будто своей чистотой оно напоминает, как мало мы его заслуживаем. Копье было в моих руках, и я проткнул им самого себя…
– Копье? – перебил Гафф. – Парень, так ты солдат, шквал тебя побери?
Моаш вздрогнул, посмотрел на него, а потом встал во весь рост и продемонстрировал свою форменную куртку без нашивки.
Гафф прищурился во тьме:
– Идем со мной.
Старый колесный мастер с трудом поднялся и положил свою деревяшку на табурет. Он повел Моаша, ковыляя, дальше по туннелю из ткани, и они вошли в огороженное пространство в дальнем углу бункера, которое больше походило на комнату. Здесь на поставленных рядом стульях сидели где-то с дюжину людей и вели разговор вполголоса.
Когда Гафф вошел, мужчина у двери схватил его за руку:
– Гафф? Ты должен быть на страже, дурень.
– Я на страже, шквальный ты засранец, – возмутился Гафф, выдергивая руку. – Светлость хотел узнать, не обнаружили ли мы солдат. Ну так вот, я обнаружил шквального солдата, так что иди ты в бурю.
Охранник обратил внимание на Моаша, потом его взгляд метнулся к плечу куртки.
– Дезертир?
Моаш кивнул. Это было правдой более чем в одном смысле.
– Что там еще? – Один из говоривших, высокий мужчина, встал. Что-то в его облике, лысой голове и покрое одежды…
– Дезертир, светлорд, – доложил охранник.
– С Расколотых равнин, – прибавил Гафф.
«Светлорд Паладар, – понял Моаш. – Родственник Вамы. Регент – человек, славившийся своей суровостью. В прошлом он едва не сравнял город с землей, изгнав многих темноглазых, у которых было право путешествовать. Ни один караван не проходил без того, чтобы кто-то не пожаловался на жадность и взяточничество Паладара».
– С Расколотых равнин, говоришь? – повторил Паладар. – Отлично. Расскажи-ка мне, дезертир, какие новости от великих князей? Они знают о моем бедственном положении? Могу я вскоре ожидать помощи?
«Они поставили его во главе», – осознал Моаш, заметив и других светлоглазых. Все были хорошо одеты – не в шелка, разумеется, но в аккуратно пошитую униформу. Отличные ботинки. В задней части этой комнаты имелось достаточно много провизии, в то время как остальные снаружи вынуждены браться за любую тяжелую работу.
У него родилась надежда… Но, разумеется, это глупо. Прибытие Приносящих пустоту не положило конец правлению светлоглазых; те несколько, которых Моаш увидел снаружи, были всего лишь жертвами. Темноглазые лизоблюды на периферии это подтверждали. Солдаты, охранники, несколько избранных купцов.
Чтоб они все провалились в Преисподнюю! Им дали шанс избавиться от светлоглазых, а они лишь с удвоенной силой стали выслуживаться! В тот момент в окружении ничтожеств, принадлежавших к тому же племени, что и он сам, Моаша озарило.
Он не сломлен. А вот все они – да. Все члены алетийского общества, светлоглазые и темноглазые. Может, все человечество.
– Ну? – требовательно спросил регент. – Говори!
Моаш молчал, ошеломленный. Он не был исключением из-за того, что всегда губил дарованный ему шанс. Люди вроде Каладина – вот это исключение! Очень-очень редкое исключение.
И те, кого он сейчас видел, это доказали. Не было никаких причин подчиняться светлоглазым. У них не было ни силы, ни власти. У людей был шанс, а они его бросили в крем.
– Светлорд, сдается мне, с ним что-то не так, – заметил охранник.
– Ага, – согласился Гафф. – Наверное, надо было предупредить: этот шквальный засранец, забери его буря, теперь с причудами.
– Тьфу! – воскликнул регент, указывая на Моаша. – Вышвырните его прочь. У нас нет времени на глупости, если мы хотим восстановить мой город. – Он ткнул пальцем в сторону Гаффа. – Кед, этого высечь – и поставь достойного охранника в следующий раз, а не то и тебе достанется!
Старый Гафф закричал, когда его схватили. Моаш только кивнул. Да. Ну конечно. Именно так они и должны были поступить.
Охранники взяли его под руки и потащили к стене палатки. Там они отвели в сторону ткань и выволокли его наружу. По пути им встретилась растерянная молодая женщина, которая пыталась поделить одну лепешку между тремя плачущими детьми. Наверное, их плач был слышен в палатке светлорда, где хлеб лежал кучами.
Охранники выкинули его обратно на «улицу», которая рассекала огромный бункер надвое. Велели держаться подальше, но Моаш едва расслышал. Он поднялся, отряхнулся и направился к третьему рабочему посту – тому, где набирали людей на тяжелый труд.
Там он вызвался добровольцем на самую трудную работу, какая была, – таскать фургоны с припасами для армии Приносящих пустоту.
46
Когда умирает мечта
Ты ждал от нас чего-то еще? Нам нет нужды страдать из-за чужого вмешательства. Рейз в заточении, и нам нет дела до его тюрьмы.
Мостовик по имени Скар взбежал по одному из уклонов снаружи Уритиру, и его дыхание облачками пара зависало в холодном воздухе, пока он беззвучно считал шаги, чтобы сохранить концентрацию. Здесь, в Уритиру, воздух более разреженный, и оттого бегать было сложнее, хотя он по-настоящему заметил это лишь снаружи.
Он был в полном походном обмундировании: пайка, снаряжение, шлем, жилет и щит, привязанный к спине. Скар нес копье и даже поножи, прикрепленные к ногам. Все это весило почти столько же, сколько и он сам.
Мостовик наконец-то добрался до вершины платформы Клятвенных врат. Вот буря, центральное строение казалось дальше, чем он запомнил. Скар попытался все равно прибавить ходу
