– Сэр, прошло всего две недели, – напомнил Сигзил.
– Верно, однако Сил считает, что некоторые «подходят», хотя она не говорит, кто именно, поскольку, по ее же словам, может ошибаться. – Каладин взмахом руки указал на новичков. – Я попросил Хала послать мне новую партию желающих, поскольку решил, что чем больше людей у нас будут, тем выше шансы найти новых учеников. – Он помедлил. – Я не предупредил, что они не должны быть светлоглазыми. Видимо, стоило.
– Сэр, не вижу причин, – вмешался Скар и указал пальцем на одного из соискателей. – Это капитан Колот – славный малый. Он помогал нам с разведкой.
– Просто будет неправильно, если в нашем отряде появятся светлоглазые.
– Кроме вас? – уточнил Скар. – И Ренарина. И, ну, любого из нас, кто получит собственный клинок, и кроме Камня, – сдается мне, у своего народа он светлоглазый, пусть у него и темные…
– Ладно, Скар, – перебил Каладин. – Понял. Так или иначе, у нас осталось мало времени, прежде чем я улечу вместе с Элокаром. Я бы хотел нагрузить рекрутов посильнее, посмотреть, сумеют ли они на самом деле дать клятву. Есть идеи?
– Спихнуть их с плато, – предложил Камень. – Тех, кто полетит, берем.
– Есть серьезные предложения? – опять спросил Каладин.
– Давай я отработаю с ними кое-какие построения, – предложил Тефт.
– Неплохая идея. Буря свидетельница, хотел бы я знать, как Сияющие решали вопрос с приемом новичков. Были ли у них какие-то кампании по вербовке, или они просто ждали, пока кто-то сблизится со спреном?
– Но от этого он не стал бы оруженосцем, – заметил Тефт, потирая подбородок. – Стал бы полным Сияющим, верно?
– Хороший довод, – признал Сигзил. – У нас нет доказательств, что оруженосцы – это те, кто сделал шаг к превращению в полных сияющих. Может, мы всегда будем вашей командой поддержки – и в этом случае важен не конкретный навык, но волевое решение. Не исключаю – решение спрена. Его выбирают, он служит – а потом начинает втягивать буресвет.
– Ага, – поддержал Скар, испытывая неудобство. Все посмотрели на него. – Первый, кто скажет что-нибудь утешительное, получит по роже. Или под дых, если я не дотянусь до шквальной физиономии дурня-рогоеда.
– Ха! – воскликнул Камень. – Ты мочь ударить меня по физиономия. Я видеть, как высоко ты прыгать. Когда ты так делать, то быть почти такого же роста, как обычный человек.
– Тефт, – велел Каладин, – ступай и прогони этих потенциальных новобранцев через построения. А остальным скажи, чтобы следили за небом; я переживаю, как бы не случились новые рейды против караванов. – Он покачал головой. – Что-то не складывается с этими рейдами. Паршуны из военных лагерей, по всем донесениям, ушли маршем в Алеткар. Но с чего вдруг эти Сплавленные продолжают нас грабить? У них нет войск, которые могли бы воспользоваться преимуществом, то есть вызванными ими проблемами со снабжением.
Скар покосился на Сигзила, тот пожал плечами. Каладин иногда разговаривал вот так, не похоже на них. Капитан обучил их построениям и владению копьем, и они могли с гордостью называть себя солдатами. Но на самом деле сражались всего-то несколько раз. Что они знали о стратегии и тактике на поле боя?
Командиры разделились. Тефт побежал трусцой тренировать потенциальных рекрутов. Каладин занялся обучением Четвертого моста полетам. Они отрабатывали приземление, а потом носились наперегонки в воздухе, строем летали туда-сюда, привыкали быстро изменять направления. Было трудно не замечать светящиеся линии, которые вспыхивали в небе.
Скар помогал Каладину, пока тот надзирал за рекрутами, выполняющими построение. Светлоглазые ни разу не пожаловались из-за того, что очутились в одном строю с темноглазыми. Каладин и Тефт… точнее, все они… вели себя так, словно каждый светлоглазый в каком-то смысле был королем. Но куда чаще они занимались обычными работами; впрочем, стоило признать, что платили им за тот же самый труд больше, чем темноглазым.
Каладин бросил взгляд на Четвертый мост в небе.
– Скар, мне вот интересно, – проговорил он. – Насколько важными будут для нас построения дальше? Можем ли мы придумать новые, чтобы использовать их в полете? Все меняется, когда враг может атаковать со всех сторон…
Примерно через час Скар отправился за водой и удостоился добродушного подтрунивания от тех, кто спускался, чтобы утолить жажду. Он не возражал. Стоило быть повнимательнее в те моменты, когда Четвертый мост тебя не мучил.
Остальные взлетели через некоторое время, и Скар проследил взглядом за тем, как они взмыли в небеса. Сделал большой глоток напитка, который Камень предложил на этот раз в качестве освежающего, – рогоед называл его чаем, но на вкус это было вареное зерно – и вдруг почувствовал себя бесполезным. Неужели эти новички начнут светиться и кто-то из них займет его место в Четвертом мосту? Неужели его переведут на другую должность, пока кто-то иной будет смеяться с командой и слышать насмешки из-за своего роста?
«Пошло все в бурю, – подумал он, отбрасывая кружку. – Ненавижу себя жалеть». Он не унывал, когда Черные шапки его отвергли, и не станет унывать сейчас.
Скар покопался в кармане в поисках самосветов, решив еще немного потренироваться, как вдруг заметил, что на валуне неподалеку сидит Лин и наблюдает за тем, как рекруты отрабатывают построения. Девушка ссутулилась, и по осанке он читал досаду. Да уж, знакомое чувство.
Скар положил копье на плечо и неторопливо подошел к ней. Остальные разведчицы отправились освежиться; Камень расхохотался, когда одна из них что-то ему сказала.
– Не присоединишься? – спросил Скар, кивком указав на марширующих мимо рекрутов.
– Я не знаю построений. Никогда не участвовала в отработках – даже шквальное копье никогда в руках не держала. Я ношу послания и выхожу в разведку на Равнинах. – Она вздохнула. – Похоже, недостаточно быстро учусь, верно? Он набрал новых людей, раз уж я потерпела неудачу.
– Не говори ерунды, – бросил Скар, садясь рядом с нею на валун. – Тебя никто не выгоняет. Каладин просто хочет набрать как можно больше рекрутов.
Она покачала головой:
– Все знают, что мы теперь живем в новом мире – мире, где ранг и цвет глаз не имеют значения. Это нечто славное. – Она посмотрела в небо, на людей, которые там тренировались. – Скар, я хочу быть частью этого. Так сильно хочу!
– Ага…
Она перевела взгляд на него и, наверное, прочитала правду в глазах. То же самое чувство.
– Вот буря. Скар, я не подумала. Тебе, должно
