– Майор Монро Гридли! – отчеканил я. – Немедленно приведите себя в порядок, встаньте по стойке «смирно» и доложите по уставу. Немедленно!
Если честно, я почувствовал, как капли пота под скафандром стекают по шее.
Монро откинулся назад, прислонясь к стенке купола.
– Все так по-армейски, – восхищенно прокомментировал он. – Как там учат новобранцев: есть правильный путь, неправильный путь и армейский путь. Однако есть и другие пути, – тут он захихикал. – Множество других путей.
– Его вывели из строя, – услышал я шепот Тома по телефону. – Бен, Монро можно списывать со счета, крыша у парня съехала напрочь.
– Под тем куполом вовсе не инопланетяне, Бен, – Монро решил поделиться со мной информацией, словно разум внезапно вернулся к нему. – Нет, там вполне себе нормальные люди с планеты Земля. Угадай, откуда.
– Я тебя сейчас пристрелю, – предупредил я его. – Клянусь, пристрелю тебя, Монро! Откуда они: из России, Китая, Аргентины?
Тот скривил рожу.
– Что же такого секретного может быть в тех местах, что ты назвал? Давай, угадывай дальше.
Я одарил его долгим и пристальным взглядом.
– Единственным другим местом…
– Ну разумеется, – сказал он, – ты все правильно понял, полковник. Другой купол находится в подчинении ВМФ. Чертова Военно-морского флота!
ПОСЛЕСЛОВИЕЭто было написано в самом начале пятидесятых годов, когда все были помешаны на государственной безопасности и ловле шпионов (отсюда название рассказа и различные намеки, рассыпанные по тексту), так что казалось, что в следующее десятилетие это сумасшествие обретет совсем уж невыносимые формы. Конечно, вместо этого шестидесятые годы начались с убийства Джона[15], продолжились Бобби и Мартином[16], а закончились фестивалем Вудсток[17]. (Давайте-ка, сами дайте определение слову «сумасшествие».)
И чтобы лишний раз упомянуть о способности научной фантастики прогнозировать будущее, автор хочет подчеркнуть, что назвал дату первой высадки человека на Луне в начале 1953 г.: 24 июня 1967 г. Очень близко, учитывая тот факт, что это было сделано еще до того, как началась космическая гонка, до того, как взлетел спутник!
Нельзя сказать, чтобы этот рассказ воспринимался читателями того времени как предсказание, хотя его сатирические нотки действительно были оценены там, где невозможно было и ожидать. Мне сказали, что его даже зачитали в большой веселой компании Военной академии[18].
Как бы то ни было, прообразом майора Монро Гридли был мой хороший друг, вместе с которым мы несли службу на европейском театре военных действий во время Второй мировой войны. Он-то и был чистокровным индейцем арапахо, много всего рассказавшим мне о Кастере.
Но я никогда не сделался полковником, как Адольф[19]. Так и остался капралом.
Написано в 1953 году, опубликовано в 1954-м
Уинтроп был упрям
Вот в чем заключалась проблема. Вот в чем было все дело.
Уинтроп был упрям.
Миссис Бракс уставилась на трех своих соотечественников из XX века и воскликнула:
– Но он не может! Он тут не один – он должен думать о нас! Он не может бросить нас в этом безумном мире!
Дэйв Поллок пожал плечами под строгим серым костюмом, который совершенно не сочетался с обстановкой комнаты XXV века. Дэйв был худым, нервным молодым человеком, и у него вечно потели руки. В настоящий момент они были совершенно мокрыми.
– Он говорит, мы должны сказать спасибо. Но наша благодарность не имеет для него значения. Он остается.
– И это означает, что мы тоже должны остаться, – заявила миссис Бракс. – Он что, этого не понимает?
Поллок беспомощно развел влажные ладони.
– Какая разница? Он твердо решил остаться. Ему нравится двадцать пятый век. Я два часа с ним спорил. Никогда не встречал такого упрямца. Я не смог его переубедить, и это все, что мне известно.
– Почему бы вам не поговорить с ним, миссис Бракс? – предложила Мэри Энн Картингтон. – Он был к вам мил. Быть может, вам удастся убедить его вести себя разумно.
– Хм. – Миссис Бракс потрогала прическу, которая за две недели в будущем успела растрепаться. – Вы так считаете? Мистер Мид, думаете, это хорошая идея?
Четвертый человек в овальной комнате, полный мужчина средних лет с почтенным лицом, поразмыслил и кивнул.
– Хуже не будет. Может сработать. И мы должны что-то сделать.
– Хорошо. Я попробую.
Миссис Бракс шмыгнула носом в глубине своей заботливой души. Она знала, о чем думают, пусть и не говорят, остальные. Для них они с Уинтропом были «стариками» – обоим перевалило за пятьдесят. Следовательно, у них должно было быть что-то общее; они должны были понимать друг друга.
Тот факт, что Уинтроп был на десять лет старше миссис Бракс, почти ничего не значил для сорокашестилетнего мистера Мида, еще меньше – для тридцатичетырехлетнего Дэйва Поллока и совсем ничего – для двадцатилетней Мэри Энн Картингтон. Им казалось, что один «старик» сумеет образумить другого.
Что они, юнцы, понимали в пропасти, которая отделяла Уинтропа от миссис Бракс еще полнее, чем от всех прочих? Им было все равно, что он замкнутый, холодный старый холостяк, в то время как она – теплая, общительная мать шестерых детей и бабушка двоих внуков, с гордостью отпраздновавшая серебряную свадьбу. За все время в будущем они с Уинтропом едва обменялись десятком фраз: между ними возникла глубокая неприязнь в момент встречи в Вашингтоне, в финале отбора путешественников во времени.
Но… Уинтроп был упрям. Факт оставался фактом. Мистер Мид опробовал на нем свой лучший административный рык. Мэри Энн Картингтон попыталась разбередить его старость своей пышной, ладной фигуркой и дрожащим голоском. Даже Дэйв Поллок, образованный человек, преподаватель естественных наук в старших классах со степенью магистра по какой-то специальности – Дэйв Поллок раскрыл перед ним свою душу, но не смог его переубедить.
Значит, осталась только она. Кто-то должен был заставить Уинтропа передумать. Или они все застрянут в будущем, в ужасном XXV веке. Пусть она ненавидела эту задачу сильнее, чем все прочие, с которыми сталкивалась за свою нелегкую жизнь, выбора не было.
Миссис Бракс поднялась и разгладила дорогое черное платье, которое ее гордый супруг приобрел в «Лорд-энд-Тейлор» за день до отбытия группы. Попробуй убеди Сэма, что ей просто повезло, что она всего лишь соответствовала физическим критериям в послании из будущего! Сэм не слушал. Он наверняка хвастался на весь магазин, рассказал всем коллегам-закройщикам о своей жене – одной из пяти человек, отобранных во всех Соединенных Штатах Америки для путешествия на пятьсот лет в будущее. Будет ли Сэм по-прежнему хвалиться, когда наступит шесть часов вечера, а она не вернется?
На этот раз всхлип пробился сквозь ее пышный бюст и тоненьким свистом вырвался из носа.
– Вызвать телепортер, миссис Бракс? – сочувственно спросила Мэри Энн Картингтон.
– Я еще не выжила из ума, – сердито огрызнулась миссис Бракс. – Для короткой прогулки по коридору мне эта пакость не нужна. Справлюсь.
Она быстро зашагала к двери, прежде чем девушка успела вызвать неприятное устройство,