Вирр склонил голову.
– А еще я буду ловить слухи о заметных арестах в городе. Если случится худшее и вас схватят, постараюсь сделать все возможное в Надзоре. Это небезопасно, но, кроме всех прочих дел, сейчас очень важно вернуть Седэну память.
Терис чуть заметно улыбнулся.
– Удобно иметь тебя на своей стороне, Вирр. – Он оглянулся на Седэна. – Пожалуй, надо предупредить его, чего ожидать.
Когда Терис, бормоча себе под нос, отъехал, Вирр перевел дыхание и взглянул на Дезию.
– Вот оно как. Все меняется.
Как он ни старался, прозвучало это мрачно. Илин Тор уже явственно виднелся впереди; Вирр различал даже горный проход, в котором лежал Федрис Идри.
Дезия покивала скорее своим мыслям.
– Все меняется, – тихо повторила она.
* * *Седэн оглянулся – Терис тихонько толкнул его в плечо. – Мы подъезжаем к городу, – заговорил человек со шрамами. – Надо обсудить, что делать дальше.
Седэн кивнул.
– Я сам об этом думал.
Юноша уже уяснил, что Терис не ждет хорошего приема в Толе и что его разыскивает Надзор. Как видно, окончание пути ожидалось не легче самой дороги.
– Прежде всего, нам скоро надо отделяться от остальных. В город войдем порознь.
– Почему? – удивился Седэн.
Терис пожал плечами.
– Справедливо или облыжно, но мы обвиняемся в преступлениях, а остальные нет. Элрику с Дезией надо оберегать репутацию, да и для Вирра лучше, чтобы его не связывали с нами. Это было бы не лучшим началом для жизни в Толе, а она и без того непроста.
– О… – Все это звучало разумно, и все же Седэну стало самую малость обидно. Он понимал, что обижаться не на что, однако спутники ведь были его ближайшими – и единственными – друзьями.
Заметив его огорчение, Терис сочувственно улыбнулся.
– Это я так решил и настоял на своем, – пояснил он. – Остальные согласились с моими доводами, но сами этого не хотели.
Седэн открыл рот, чтобы ответить.
И вдруг воздух вспороли пронзительные вопли.
Оба остолбенели, а дорога впереди вскипела и забурлила. Прохожие и проезжие разбегались по полю, шарахаясь от черной фигуры. Фигуры, с трудом уловимой взглядом, как если бы она была тенью в глубокой тени – хотя дорогу ярко освещало солнце.
Вокруг черного силуэта лежали тела – четыре тела, и ни одно из них не шевелилось.
Терис схватил Седэна за плечо, бросил:
– Приготовься. На этот раз бежать некуда. Без тебя нам не отбиться.
Ша’тес уже приближался: ровным, но стремительным шагом. Дезия успела взяться за лук и наложить стрелу; Седэн завороженно проследил ее полет и увидел, как черное создание плавно подалось в сторону, с невероятной быстротой уклонившись от выстрела. Стрела, не причинив ему вреда, стукнула в дорожные камни. Элрик, обнажив меч, пробивался вперед, но Седэн с облегчением увидел, как Вирр перехватил пылкого парня. В этой битве стали не будет места.
Мгновение – и ша’тес остановился в десяти шагах перед ним.
– Тебя предупреждали, Терис Сарр, – прошипел он. Лицо его скрывалось в глубине капюшона, и все же Седэн ощутил на себе его злобный взгляд. – Я говорил тебе: «Отдай его, и никто больше не умрет». А теперь за твою дурость поплатятся спутники.
Седэн закрыл глаза, сосредоточился. Он знал, что делать.
Выступив на несколько шагов вперед, юноша простер к ша’тесу руки и открыл свой тайник.
Толчком выплеснулась слепящая волна желто-белого света. Вот она – сила! Он наслаждался своим могуществом и яркостью мира, он чувствовал, что поступает как должно.
Выбросив из себя суть, Седэн лишь слегка сбил дыхание и расхохотался легкости, с которой дался ему удар.
А потом пошатнулся под обрушившейся на него памятью.
Холодный ветер Талан Гола беззвучно выметал пустые улицы и отзывался ознобом по спине. Он ускорил шаг. В этой уединенной части Гатдел Теса – Затворе – ни одно живое существо не оставалось в живых надолго, и он, как ни верил в свои силы, не стремился выяснить тому причину.
Он обернулся направо: Геллен шел рядом, затерявшись в своих мыслях и как будто вовсе не тревожась тем, куда они попали. Впрочем, он всегда таков. Невозмутим и не проронит лишнего слова, пока с ним не заговоришь; наблюдательный, глубокомысленный. У Чана будет сильный преемник.
– О чем ты думаешь? – спросил он Геллена.
Тот еще немного помолчал, будто не услышал вопроса, и наконец со вздохом отозвался.
– Думаю, что должен быть способ использовать их даже отсюда. Обратить их существование в нашу пользу. Одаренные не представляют, с какой силой связались, создавая этих ша’тесов, – думаю, мы сумеем отобрать у них новую игрушку.
Седэн кивнул – он думал о том же.
– Для этого придется одного из нас отправить на ту сторону.
Геллен на него не смотрел, но Седэн заметил, как чуть нахмурилось его лицо.
– Опасно, Тал’камар, – тихо заметил он.
Седэн, морщась, согласился с ним. Да, опасно. И все же…
– Поддержи меня.
– Я поддерживал тебя уже трижды. Люди начинают шептаться. Он уже подозревает.
– Все равно, – пожал плечами Седэн. – Самим нам не создать ша’тесов, пока не сломлена сила илшара. А к тому времени атака уже начнется. У андаррцев их пятеро. Пятеро! Что, по-твоему, станется с нашими войсками, если мы их не перехватим? – Он помолчал. – Никто, кроме меня, этого не сделает, Геллен. Ты сам знаешь.
Геллен кивнул неохотно, но Седэн не сомневался, что доказал свое. Еще немного они прошли молча, пока Геллен не произнес:
– Знаешь, он уверен, что ты задумал его свергнуть.
Седэн побледнел.
– Что?
Его вскрик прозвенел по пустым улицам, и он поспешно зажал себе рот ладонью. Что бы ни таилось в Затворе, привлекать его внимание совсем не хотелось.
Геллен огляделся кругом – из осторожности, не от страха.
– Эти твои выходы на ту сторону. И ты пренебрегаешь своими обязанностями в Сиранриуме. Да и случай с Нетгаллой говорит не в твою пользу.
Седэн фыркнул. Он не знал, смеяться ему или пугаться.
– Где ты такое слышал?
Они подошли к чугунным воротам; Седэн открыл их легким толчком – нешироко, только чтобы пройти в скрывавшееся за воротами здание.
– Кругом говорят, – отозвался Геллен.
Седэн насупился.
– Без слов ясно, что это неправда.
В некотором смысле ничто не
