– Зачем об стену? – удивился крот. – Мы и так обойдёмся.
Этого Септимий уже не услышал: страшный удар, обрушившийся на затылок, единым духом вынес его из текущей реальности.
Крот посмотрел на распростёртое тело. Почесал нос.
– Мариус, ты не перестарался? – поинтересовался он у жирафа.
– Ничего, он крепкий, Карл, – жираф аккуратно положил кувалду на относительно чистое место.
– Ну тогда вбивай, – разрешил крот. – Только антисанитарию не разводи, нам ещё воспаления не хватало.
Жираф помотал головой. Присел на задние, сбалансировался, сжал-разжал кулаки, так похожие на копыта, и принялся разминать пальцы. Добыл из попоны нечто вроде круглого зеркальца с дыркой и вставил себе в глазницу.
Крот устроился поудобнее. Он любил смотреть, как другие работают.
– Кости толстые, Карл, – пожаловался жираф, поднося к козлиной голове длинный блестящий предмет.
– Накерни, – посоветовал крот. – Какой всё-таки длинный костыль… Сантиметров десять будет. Ты ему там ничего не проткнёшь ценного?
– В крайнем случае он сдохнет, Карл… – Мариус сосредоточенно водил блестяшкой, что-то ей время от времени подковыривая. – Ага-ага, вот где-то здесь можно попробовать, Карл… – он достал салфетку, плюнул на неё и аккуратно протёр грязную шерсть.
– Ты не пробуй, ты точно делай, – подал крот очередной полезный совет. – Сосуды смотри не задень.
– На хуй иди, пожалуйста, Карл, – пробормотал жираф, примериваясь и занося кувалду.
Раздался уверенный сухой стук. Блестящий предмет вошёл в козлиную башку. Не мешкая Мариус вторым ударом загнал его туда полностью. Брызнуло немного крови, тут же впитавшейся в шерсть.
Несчастный козёл, не приходя в сознание, заплакал – совсем по-детски: тоненько, жалестно.
– Худо тебе, рогатенький? – крот потрепал козла по щеке. – Ничего-ничего, будет хуже.
Глава 36, в которой наш пилигрим упускает чуть ли не из рук нечто, ценности чего покуда не разумеет
18 октября 312 года от Х.
Страна Дураков, Зона, северо-восточный сектор.
Вечер.
ИНФОРМАЦИЯ К РАЗМЫШЛЕНИЮ
Кровососы чтят свою историческую память и традиции. В их число, однако, входит и своеобразный индивидуализм, отрицающий многие формы взаимодействия субъектов, характерные для полноценного общества. Как ни парадоксально это звучит, но мы вынуждены констатировать: упыри культурны, но не цивилизованны… Это накладывает непреодолимые ограничения на развитие общности – но, как утверждают сами кровососы, «кровушку из горла пить в одиночку слаще».
Кларентина фон Махер-Задок. Зона как социальный организм // Экстремальная социология. Вып 2. Понивилль: Изд-во Понивилльского ун-та. 271. С. 20.
Что-то прекрасное начиналось там, вдалеке – но всё ближе, ближе. Что-то чудесное сияло, наступало, всходило – неземной восторг, от которого кружилась голова и сладко щемило в груди. Базилио потянулся к этому сияющему счастью и проснулся.
Несколько секунд понадобилось ему на сведение зрения в оптический диапазон. За это время он успел осознать, что находится в незнакомом месте под открытым небом. Это его слегка обеспокоило, но именно что слегка: никакой опасности кот не чувствовал. Вокруг было тихо, пусто, сиротливо.
Наконец Баз сдвинул очки на лоб и огляделся. Он лежал в круглом гнезде, свитом из пиниевых ветвей, кустарника и мха. Ветви уже успели подгнить, дно было сыроватым и пахло болотом. Базилио уловил запах птичьего помёта и природный аромат кровососов, почти выветрившийся. Похоже, то было старое упыриное лежбище, давно покинутое.
Располагалось оно в промоине меж корнями огромной пинии, закрывавшей небо своей заледеневшей кроной. С ветвей свисали тонкие блескучие сосульки. Но внизу было бесснежно и относительно тепло.
Чувствовал себя Базилио как-то ни так ни сяк: не то чтобы совсем скверно, но уж точно и не на пять баллов. Голова была относительно ясной, желудок тоже вроде бы не бунтовал, но во рту сильно сушило, а яички побаливали. Последнее обстоятельство наводило на мысли о каком-то непотребстве, а то и блядстве. На всякий случай кот подвигал проводом в кишке. Всё было в норме, раздражения не чувствовалось. Перс с облегчением вздохнул: что б там ни было, мужскую честь он сберёг.
Что-то на краю зрительного поля зацепило внимание. Кот резко обернулся и увидел рядом со своим гнёздышком какой-то свёрток и пузатое лукошко. К нему был прислонён хрустальный бокал.
Базилио сначала занялся корзиночкой. В ней была вяленая репа, щучья икра в плоской раковине и пузатая бутылка, судя по толщине стекла и мюзле на пробке – с шампанским. Отдельно лежали две банки поняшьей сгущёнки, кристалл от насекомых и «зажглянка», завёрнутая в вощёную бумагу. На самом дне виднелась сложенная вчетверо бумажка, исписанная мелким аккуратным почерком.
«Dear Buzz, – читал кот, аккуратно пригубливая из бокала и закусывая икорочкой, – наше вчерашнее общение доставило мне истинное удовольствие, и я надеялся его продолжить, в т. ч. потому, что хотел уточнить некоторые моменты. К огромному сожалению, тому помешали обстоятельства непреодолимой силы. Неподалёку от Сонной Лощины провалился в болото редчайший амарантовый длинношеееед, истинное украшение Зоны, а также – last not least – мой старинный приятель. Ситуация не терпела ни малейшего промедления, так что мне пришлось бросить всё и бежать впереди собственной тени. Предупреждая вопросы: всё завершилось благополучно, длинношеееед спасён, а это письмо – вместе с небольшим презентом, которому Вы, надеюсь, сейчас воздаёте должное – доставил бэтмен.
Возможно, Вы удивлены и обеспокоены некоторой экстравагантностью нашего расставания. Объяснюсь. En aucune manière не хотел бы быть понятым превратно, но я не показываю дороги к моему дому никому, кроме особо доверенных лиц. В Вашем случае, дорогой Базилио, эта предосторожность – увы, увы – особенно уместна. Видите ли, как утверждает мой скромный опыт, существа с Вашей проблемой (я имею в виду цыганское счастье) имеют особенную склонность попадать в ситуации, когда у них возникает искушение обратиться ко мне за содействием. Своё отношение к этому я Вам уже изложил. Впрочем, если такая ситуация и в самом деле наступит, я окажу Вам необходимую помощь – при том непременном условии, что Вы придёте не с пустыми руками. Что мне нужно, я уже говорил. Если возникнут сомнения или захотите поторговаться, загляните в „Щщи“. Вы, конечно, понимаете, к кому следует обращаться. Но я от всей души надеюсь, что это Вам никогда не понадобится.
Передайте Карабасу, что я помню про тот случай в Альпах. Нет уз святее товарищества, так что я займусь его проблемой. К сожалению, обещать ничего не могу, так как интересующая его персона в последнее время практически утратила остатки вменяемости и коммуникабельности. Но я сделаю всё возможное.
Об обратной связи Ваш шеф пусть не беспокоится. При необходимости я сам его найду в нужном месте и в нужное время.
Присматривайте за Хасей: регулярно кормите её сами и не позволяйте ей питаться чем попало. Особенно берегите её от слоупоков и диких лосей: многие из них заражены генитальными паразитами. В остальных случаях не мешайте ей пастись, девочке нужен белок. А также – забота, ласка и сгущёнка.
Счастливого пути.
Искренне ВашД. О. А.»Кот допил второй бокал, налил себе третий –
