между существами, наделёнными волшебной кровью, привели к вырождению их как класса. Много сотен поколений спустя этот ген стал проявляться вновь, но исключительно у тех, кто являлся потомком мага, ставившего эксперименты над природой и позволявшему природе властвовать над своим телом. Отсюда и появилась своего рода мутация, дающая ребёнку либо возможность управлять каким-либо природным явлением в определённом радиусе (в зависимости от номера), либо простое чувство комфорта в этой стихии.

Сэр Никсон как можно внимательнее рассмотрел снимки, вклеенные в альбом. Совсем маленькие ребята, по словам Джонаса, не все шли самостоятельно. Их Первый номер обладал самой важной, по мнению древних, стихийной силой — огнём. Даже по не совсем качественному кадру ему удалось разглядеть бойкость и, видимо, задиристость маленького Даниэля. Пролистав ещё раз другие папки, сэр Никсон нашёл непонятную, но интересную закономерность — все Первые номера казались старше своего возраста. Он не особо верил взглядам, но их глаза определённо смотрели на мир иначе.

Толстая папка Red Sky Holy внушала ему опасения. Судя по докладу Джонаса, их Первый номер был убит буквально за несколько минут до Освобождения, и он, Джонас, полагал, что это было сделано специально, дабы сила не доставалась никому; сам же сэр Никсон не был так уверен, что это не было случайностью или ошибкой, ведь существа со сверхъестественными — или противоестественными, как посмотреть — способностями не так просты, чтобы люди могли их запросто уничтожить. А цель Анны Браун была в строго противоположном — взрастить и воспитать, так что ситуация с его точки зрения приближалась к случайной.

Но это было не главное, что интересовало сэра Никсона в данной папке. Генетика RSH показалась ему самой противоречивой, что потом впоследствии не раз доказывал капитан Сноу. Половина крови считается «светлой», половина — «тёмной». Это так называемые редкие браки ангельских и демонических семей, божественных, если речь идёт о низких рангах пантеона. Из-за редкого сочетания и возраста — RSH были старшими среди воспитанников Анны Браун — их способности сильнее остальных. Конечно, всему есть своя цена, и в случае RSH она такова: как они сами могут влиять на злых духов, так и злые духи могут с меньшими потерями занимать их тела в качестве сосудов.

Среди них были ребёнок неопределённого сильного демона и младшей богини мира, ребёнок богини домашнего очага и бога войны, ребёнок низкоразрядного демона и местной богини света. И все они теперь попали в мир, где пока не было ни богов, ни демонов — во всяком случае, они не показывались людям и не сходили в мир людской для создания семьи.

Всё это слишком сложно для понимания простого человека, подумал сэр Никсон. Но как отчасти ответственный за происходящее, он обязан попытаться понять.

Открыв глаза, он потерял все картинки прошлого, видя перед собой несколько молодых и бодрых лиц; и, пожалуй, на долю секунды он действительно нашёл те внешние отличия, которые принято искать между людьми из разных миров.

Однако они до сих пор стояли во дворе.

— Да, — промолвил сэр Никсон, разрывая паутину тишины, сотканную им же. — Пожалуй, можно и на улице. Если ваше здание совсем разрушено…

— Не совсем, — вмешался Шон. — Теоретически, первый этаж с другой стороне ещё можно занять. Я проверил. Там даже есть немного кофе.

Он так старался, чтобы это не прозвучало виновато, что сэр Никсон согласился и на кофе. В конце концов, он приехал не ради дома. Стены всегда можно отстроить заново, если они необходимы.

Отметив, что девушки с ними нет, сэр Никсон ещё раз осмотрел состав спецгруппы, пока Саймон возился с джезвой. Он не стал объяснять Хоуку цель своего визита, не столько из-за конфиденциальности, сколько из-за отсутствия конкретной цели; да и в этом не было нужды, поскольку встреча есть встреча и её суть раскроется лишь за пять минут до конца, и, хорошо зная отца Лаватейна, сэр Никсон не сомневался, что его не будут тревожить лишними расспросами. Хоук оправдал его ожидания, без комментариев ожидая начала разговора. Остальные равнялись на шефа, не совсем понимая, чего они ждут, но всё-таки помалкивая.

— Хорошая мебель, — начал издалека сэр Никсон. Кожаные диваны выглядели как новенькие — он не знал, что дальними комнатами ребята не пользуются вообще.

— Возможно, но она нам не нужна, — отозвался Хоук. — Министр Азалия был слишком щедр, когда отвешивал нам это здание по доброте душевной. Когда разберёмся с главной проблемой, я попрошу перевода в какой-нибудь бизнес-центр.

Эйдену было всё равно, куда ездить, Кайл лихорадочно вспоминал отличия бизнес-центра от нормального офиса, а Шон не удержался:

— В эту стеклянную многоэтажку? И как я буду крушить стены?

— Я рассчитывал, что к тому моменту ты перестанешь крушить стены, — пробормотал Хоук.

— Это ты только что раздраконил наш двор к чёртовой бабушке, так что планы следует немножко пересмотреть.

— Кофе, — вклинился Саймон. Он был настолько в тему и не в тему одновременно, что растерялись абсолютно все.

— Не нервничайте, расслабьтесь, я приехал с дружеским визитом, — сказал сэр Никсон, взбалтывая кружку; пена неравномерно распределилась по поверхности, источая приятный тёплый кофейный аромат. — Собственно, о дворе… мне понравилось. Под главной проблемой вы подразумеваете Пришествие? — Шеф кивнул, вежливо держа в руках свою чашку, но желая в любой момент от неё избавиться. — С нашей стороны проблем не будет. Органы безопасности постараются не причинять неудобств, я же лично проконтролирую эвакуацию.

— Спасибо за поддержку.

— Совет Генералов будет лишь каплей в море людей, готовых вас поддержать, — улыбнулся сэр Никсон. — Но всё-таки я тут не за этим. Просьба может звучать немного странно, и я надеюсь, что ничем не нарушу менталитет людей из другого мира.

На лицах бойцов отразилась тень непонимания, и Эйден заметил:

— Вы, кажется, второй человек за всё это время, который подумал об этом.

— Думаю, первым был наш нынешний президент. — Сэр Никсон посмотрел в сторону двери, ведущей в развороченный холл, и убедился, что туда ещё можно выйти. — Если это возможно, позвольте мне поговорить наедине с каждым из вас.

***

Шон определил степень собственного напряжения по прямой спине, и учитывая, что в последний раз он следил за осанкой почти год назад, будучи телохранителем предыдущего президента, это была достаточно высокая степень. Сэр Никсон представлял собой абсолютно неизведанный объект и относился к категории служащих, про которых Хоук говорил что-то вроде «слушайся его и не рыпайся, брякнешь что-нибудь не то — порву на лоскутки». В отличие от

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату