ветру. Вьющиеся вокруг меня снежинки засияли, обратившись маленькими звездами. Они стремительно окутали мою правую руку, взобрались по ней и вырвались вперед. Вспыхнул яркий мерцающий свет. Лерка за моей спиной ахнула. Я успела заметить перепуганное и вытянувшееся от удивления лицо Мариана. А черный пес в прыжке взвыл, когда снежно-звездный вихрь окутал его тело и рассеял воздухе. Мгновение, и от жуткого монстра остался лишь рассевающийся по воздуху черный дымок, с мерзким запахом гари. Боль во мне погибла, я чувствовала себя такой сильной и могущественной, как никогда. Это... звучит странно, но именно это я сейчас и чувствовала. Словно мне все было не почем, словно внутри меня внезапно проснулась и разразилась, какая-то неведомая мне стихия, доселе дремавшая в закоулках моей души. Я подняла взгляд и увидела остолбеневшего Мирбаха. Мариан во все глаза таращился на меня, у него дергался левый глаз, он силился что-то произнести, но не мог. Кто-то хлопнул меня по плечу, я вздрогнула, но это оказалась Лерка. Логинова поравнялась со мной, посмотрела на остатки черного дыма, в воздухе и взглянула на меня. На удивление, она оказалась невероятно спокойна, хоть и порядком смущена и напугана. – Знаешь, – проговорила она обманчиво будничным тоном, – а я даже не хочу узнавать, что это всё было... А даже не уверена, что я удивлена, Роджеровна. Я лишь смущенно улыбнулась. К нам, не твёрдой походкой, подошел Мариан. Мы с Лерой уставились на него. – К... – выдавил он. – К-кто ты... мать т-твою... такая?! Кто ты?! Ты... что... ты что наделала?! Как это... Как это вообще... Вообще всё?! Мирбаху явно не хватало выдержки и возможности, чтобы выразить все свои мысли. Зато я была вполне способна четко выражать свое желание и волю: – Мы уезжаем! – заявила я в лицо ошарашенному Мирбаху. – Сейчас же... – Подруга, – Лерка, с фальшивой застенчивостью подёргала меня за рукав. – Ты бы не горячилась... Там всё-таки орава злобствующих бандюков, которые жаждут заполучить тебя в свои загребущие лапы и как бы... – Проблема в том, Лер, – не отводя гневного взгляда от бледного лица Мирбаха, – что здесь, нам может быть ещё опаснее. Логинова покосилась на то место, где ещё секунду назад была темная тварь и пробормотала: – А-а... ну, да... – В-вам нельзя уходить... – замотал головой Мирбах. – Вас же... Вас обеих... Вероника, но как вы... – Всего хорошего, Мариан, – холодно ответила я. Честно, я не знала, что толком делать дальше. И первая же мысль была попросить помощи у Стаса. Чёрт возьми! Нужно было сразу же так сделать! А не сидеть, тут у Мирбаха и ждать, когда все благополучно закончится. А если не закончится? Если... Додумать свою мысль я не успела. Потому что внизу раздался грохот дверей, чей-то топот ног и ругань. Мирбах ещё раз окинул меня шокированным взглядом и, стуча пятками по полу, направился к лестнице на первый этаж. Я тоже пошла за ним, потому что один из голосов – грубый, низкий и пренебрежительный – был мне знаком. Меня всё ещё ощутимо колотила дрожь, и вязкая гнетущая слабость обтягивала всё тело – победа на неведомым существом далась мне нелегко. Я испытывала относительное облегчение, но всё равно не могла объяснить, даже себе, что это было? Как у меня получилось противостоять этому созданию? И как... Последняя мысль мгновенно выветрилась из моей головы, когда я оказалась возле лестницы и, опираясь на деревянную балюстраду, посмотрела вниз. Мне не показалось, голос и правду был мне знаком. Как и один из двух людей, стоящих в прихожей дома. – Мирбах, – чуть ли не приказным тоном пробасил полковник Датский, – что за свистопляска на въезде в ваш дорогучий посёлок? Что это за быки, устроили там стачку? Ты их знаешь? – Знаю... – Мариан нахмурился и посмотрел на юношу, которого Датчанин крепко держал за руку. – Ну, а его ты зачем сюда притащил? – А куда мне было его везти? – в тон Мариану ответил Датский. – После всего того, что он натворил... Тут он заметил движение сверху и поднял взгляд. Я посмотрела в глаза Родиона Датского и увидела, как изменилось его лицо. Мариан быстро обернулся на меня и снова взглянул на Датчанина. – Ты знаешь Веронику Лазовскую? Вы знакомы? – Не очень близко, – пробасил Датчанин, не спуская с меня тяжелого взгляда. – Роджеровна, кто это такой? – опасливо шепнула стоящая сзади Лерка. Я не знала, что ей ответить. Для Стаса Датский – враг, как и для меня. Но сейчас... я не была в этом уверена. Потому что увидела, как занервничал Датский, как на долю короткого мгновения в его взгляде промелькнуло беспокойство. Он был удивлен и встревожен моим появлением в доме Мирбаха. А ещё крепко раздосадован, что я увидела его в доме Мариана. А ведь и правда? Что он здесь делает, и кто этот еле стоящий на ногах парень? – Знакомый, – едва слышно ответила я Лере, думая про себя, что невольно мы с ней ввязались в какие-то опасные интриги между ‘грязным’ следователем и Мирбахом. А может и между ведомством СКР и корпорацией ‘Медеор’ – о масштабах связей можно было лишь догадываться. Датчанин перевёл взгляд на Мариана. – Нужно поговорить и наедине. Голос его звучал отрывисто и недовольно. Он нервничал и теперь я ясно видела это. Это лишь укрепило мою уверенность, что нам с Леркой нужно срочно нужно уматывать отсюда! – Ты нашел... – Мирбах мельком взглянул на парня с перевязанной головой и изможденным лицом. – Нашел то, зачем вы ездили? – Да, – глухо процедил Датский. Кажется, он был раздражен, что Мариан задает лишние вопросы, да еще и при свидетелях. Мариан обернулся на нас с Леркой. – Вы слышали... Въезд в поселок по-прежнему перекрыт бандитами Гудзевича. – Что ещё за Гудевич? – нахмурился Датский. – А-а, – отмахнулся Мариан. – Залётный... Но со связями в Москве. Ваши, кстати, ничего не могут им сделать? Чтобы они убрались отсюда? – Если у этого Гудзевича
Вы читаете Неоновые росчерки (СИ)
