И тут на полу я увидел много крови и следы волочения, млять, они тело утащили. Подошёл к этому месту, быстро посмотрел, куда ведут следы, так и есть, на высоте сантиметров двадцати от пола была дырка, следы туда и вели. Сволочи, спёрли нашего пацана. Разозлившись, я выдернул из разгрузки гранату, выдернул чеку и, что есть силы, запулил её туда в дырку.
— Граната! — заорал я и, пригнувшись, закрыл уши руками и открыл рот.
Громыхнуло знатно, из дырки вылетели камни, пыль, песок и куски мяса.
— Ты охренел? — заорал Туман.
— Они пацана нашего в дырку уволокли, — ткнул я пальцем в ту сторону.
— Двоих, — подключился Апрель, стоя около другой дырки и выпуская туда пол рожка, — я не успел помочь.
— Давайте, мать вашу, дальше отходите, — заорал Большой, — они тут со всех сторон лезут!
— Саня, сзади! — внезапно закричал Слива.
Я успел пригнуться и сделать пару шагов вперёд. Обернувшись, увидел, как Слива пристрелил ещё одного слизняка, который пытался укусить или схватить меня сзади.
— Пошли, пошли, вперёд! — раздался голос Ватари, — Полукед проход нашёл.
Толкаясь, перепрыгивая через трупы слизняков, которых мы уже успокоили навечно, и прикрывая друг друга, периодически стреляя в дырки, убивая лезущих к нам сюда новых гадов, подбежали к небольшому разлому, около которого стоял Ватари и ждал нас. Сзади Ватари валялось несколько убитых слизняков. Двоих или троих наших ребят тащили другие мои товарищи. Вот и раненые появились
— За мной все, — вынырнула из прохода голова Полукеда и тут же нырнула назад.
— Пошли, — хлопнул Туман по плечу Апреля, который поддерживал Рифа. Некоторым из нас таки досталось, вон у Клёпы бровь рассечена, у Нямы разгрузка порвана, у Тумана штаны.
— Быстрее, мать вашу! — снова заорал Большой и стал стрелять длинными очередями по этому коридору, по гнёздам, по всем этим дыркам, следом присоединился я, Слива. Этих слизняков было очень много.
Наконец я предпоследним пролез в этот пролом, следом протиснулся Большой, его пулемёт застрял, зацепился за выступ.
— Давай, Большой, — захрипел я от натуги, схватил его за разгрузку и стал тянуть на себя.
Практически сразу сзади ему на спину прыгнул сначала один, а потом второй слизняк. Ещё когда у меня такой один на спине катался и хватал меня своей рукой за шею, я обратил внимание, что он действительно весь склизкий какой то, скользкий, прям блевануть хочется после таких обнимашек, а ещё лучше напиться в хлам.
— Саня, ремень! — заорал Большой, отмахиваясь от пытающихся укусить его слизняков.
Господи, ну и вонь же у них из пасти. Я быстро перекинул свой автомат за спину, вытащил из ножен нож, быстро перерезал ремень этого пулемёта, Большой вырвался из временной западни и ввалился в этот проход с двумя висевшими у него на спине этими мутантами, или кто они там были. Одному я тут же врезал с ноги в голову, второму влепил прикладом в лоб подбежавший Маленький, а Слива с Клёпой выпустили у нас над головами по магазину из автоматов, буквально изрешетив штук пять или шесть слизняков, которые просто лезли за нами в этот проход.
— Вставай Большой! — заорал Маленький, добивая прикладом мутанта.
У кого-то из нас был фонарь, и вон кто-то сзади с факелом стоит, некогда разглядывать, так что тут у нас было довольно-таки светло. Большой взревел, вскочил на ноги, схватил за ногу и руку другого мутанта, моего, которого я в голову ударил, и, подняв его над собой как пушинку, резко переломил его об своё колено, пипец, раздался треск, и слизняк тут же обмяк, но этого Большому показалось мало. Он снова схватил его как куклу и, перевернув вниз головой, со всей силы врезал его башкой в пол.
— Большой, хватит, — снова заорал Маленький, — ещё контрольный ему сделай!
— Я сделаю им сейчас всем контрольные, — зло сказал Колючий, и мы все отчётливо увидели у него в руках по гранате. Он мгновенно выдернул кольца и ловко выкинул их через пролом в коридор, одну налево, другую направо.
— Ложись! — заорал я.
Едва мы упали, прикрывая голову, как громыхнуло два взрыва, ох там сейчас и куча мала из мяса и костей. Почему-то мне вспомнилась та картина на этой зимней базе с теми тремя разорванными бандитами. Когда Слива на лестницу гранаты кинул, и там бандюков этих разорвало. Только тут в коридоре, скорее всего, похлеще всё было, но проверять я точно не пойду, ну его нах, задницу быстро откусят, в прямом смысле слова.
Глава 6
Взрывы двух гранат на некоторое время остановили этих тварей от проникновения в этот коридор, в котором находились мы. Думаю, что там многих из них просто контузило, и пока они очухаются, мы успеем сделать лыжи, добежать до канадской границы.
— Валим, — кашляя и отплёвываясь, прохрипел Слива.
Помогли друг другу подняться и пошлёпали по этому коридору дальше, один факел у нас потух, но был ещё один и последний фонарик, который, мне кажется, был уже на издыхании. За нами прибежал Ватари и один из бойцов с баржи, хорошо, что они сначала голос подали, а то мы бы их пристрелили с испугу, правда, у бойца в руках фонарик был, но, один хрен, тут темно.
— Пошли, пошли, — начал боец торопить нас.
До наших ребят мы добежали меньше чем за минуту, они все стояли и ждали нас в очередном небольшом помещении, какое-то углубление и там была вода. Наш факел добавил света, и мы увидели, как Апрель перевязывает Рифа, Туман крутится во все стороны с автоматом, Полукед набирает воду в лежащие около него фляжки, а другой боец с баржи просто приложился и пьёт из этой небольшой лужи. Пока было время, мы быстро утолили жажду, а водичка холодненькая, вкусная.
— Куда дальше, Полукед? — спросил у него Туман, когда мы все перезарядились, перевязались и были готовы к дальнейшему бою или прорыву, это уже как получится.
У нас были потери, мы потеряли два человека, двоих бойцов с баржи, их тела утащили эти слизняки, очень я надеюсь, что моя граната разорвала того пацана, которому шею прокусил этот упырь, и он был уже мёртв. Как пропал второй, я даже не видел.
— Туда, — уверенно показал Полукед на ответвление, уходящее дальше.
Как он, блин, тут вообще ориентируется? Я отчётливо видел несколько проходов, вон даже на высоте полутора-двух метров ещё один проход есть, а Полукед тянет нас именно в этот.
— Оттуда ветер свежий дует, — тут же пояснил он, словно прочитав мои мысли, — там выход на поверхность должен быть.
— Последний рывок, пацаны, — подбодрил нас Туман, — не боись, прорвёмся.
— Я готов, — резко сказал Большой и, отпихнув в сторону замешкавшегося Маленького, шагнул со своим тесаком наперевес к Полукеду, который только ждал команды, чтобы шагнуть в эту зияющую дыру. Чёрную, пустую, из которой дул холодный и противный ветер, дырку. Млять, меня уже немного отпустило после схватки, и страх снова вернулся. Когда дрались там сейчас и отстреливали этих слизняков, бояться было некогда, сейчас водички попили, чуток отдохнули, вот страх и вернулся.
— Пошли, — коротко сказал Туман.
Полукед тут же нырнул в дырку, за ним Большой, следом Ватари ну и мы все остальные. Собровцы прикрывали спину, и, кажется, на прощанье они успели тут поставить пару растяжек. Вот же, блин, диверсанты, мать их. Я тут боюсь, думаю, есть ли у меня седые волосы на жопе или нет, а эти минируют всё подряд. Вот что значит люди, которые вдоволь навоевались в том мире.
Шли, не знаю, сколько, часов на руке у меня уже не было, потерял где-то. Я отдал свою лёгкую куртку на факелы. Факелы мы, кстати, тоже успели наделать, тут костей нам уже больше попадалось. Брезгливость ушла, были тут и человеческие кости, и кости животных. Получается, мы практически в самом гнезде этих слизняков. Очень интересные особи. Видимо, они ночью выходят на поверхность, вслепую охотятся и тащат жертву сюда. Пипец. Да что же это за отморозки такие?
Рядом послышался звук раздираемой ткани, фух, это Слива разорвал свою куртку на полоски и, высунув язык, старательно наматывает на свой факел полоски ткани. Тут же завоняло загоревшейся синтетикой, ничего, потерпим, главное отсюда выбраться. От количества наших факелов стало светло, как днём. Пока шли, крутили бошками на 360 градусов. Через несколько минут, сзади громыхнуло, походу, растяжки Собровцев сработали, больше там нечему взрываться. А это означает, что эти мутанты, или кто они там, вылезли в комнату с родником и идут по нашим следам, соответственно нам надо поторапливаться.
