— Мочи их, пацаны! — заорал Туман во всё горло и первый открыл огонь из автомата.
Ну и мы дали из всех стволов. Зал мгновенно наполнился стрельбой. Несколько десятков слизняков мы грохнули буквально за несколько секунд, ещё несколько десятков за последующую минуту. Они просто гроздьями падали со стен.
— Отходим быстро! — сквозь грохот стрельбы услышал я голос Тумана.
Как же неудобно стрелять, держа одной рукой факел, а второй поливать из автомата. Правда, одно хорошо, целиться особо не надо, цели везде. Вон их сколько вылезает. Это как в старой хрущёвке на кухне ночью, включаешь свет, а тараканы разбегаются в разные стороны, не знаешь, какого из них тапком бить. Так и тут, только тут эти тараканы не убегают, а прут на тебя. Они слышат страшный грохот, а вот что их убивают, не видят. Думаю, каждый из них понимает, что там мясо, то есть мы, и надо успеть урвать свой кусок пирога. А я пирогом вот совсем становиться не хотел. Хорошо, что у меня автомат на ремне висел, я так и поливал от бедра, потом присел, положил факел на пол, быстро перезарядился и снова огонь. Большой и Няма просто лупят длиннющими очередями по стенам, и слизняки падают с них гроздьями. Нереальный грохот.
Так отстреливаясь, мы быстро дошли до этого входа. Там вон по бокам стоят Апрель и Риф и чёткими одиночными выстрелами отстреливают особо шустрых слизняков. Их факелы валяются на полу.
— Быстрее, быстрее, — замахал нам Туман.
Куда тут быстрее. Эти уроды прут со всех сторон, мне пришлось бросить свой факел в бегущего ко мне слизняка, патроны кончились. Хоть кидал и левой рукой, но попал ему точно в голову. Я даже сквозь грохот выстрелов услышал, как он запищал от боли и схватился за голову. Пока он там лапает себя, я ломанулся к выходу из этой преисподней.
— Гранаты! — заорал Туман.
Точно, у меня есть, три штуки. Отступив на пару метров вглубь прохода, несколько из нас вытащили по гранате и, выдернув кольца, кинули их в этот зал. В свете фонарей я видел большое количество слизняков, которые бежали за нами. И тут гранаты начали рваться в их рядах. Первую десятку буквально разметало взрывами, млять, огнемёт бы сюда, враз бы всех поджарили. Я кинул ещё одну гранату, мало того, что она попала в грудь одному слизняку, так он ещё и скрючился от боли и упал на пол, граната покатилась по полу и взорвалась под ногами у двух других слизняков. Взрыв, не видно, что там, но, думаю, они уже не жильцы.
— Отходим, мать вашу дальше! — заорал на ухо Слива и потащил меня дальше.
Я отстрелял очередной рожок и побежал за ним. Хорошо, что у Апреля опять каким-то образом оказались два факела в руках, и мы достаточно хорошо видели, куда бежать. Вон наши ребята стоят, нас ждут. Хотя нет, там, кажись, тоже уже схватка идёт. Быстро пробежали пару десятков метров. Точно, эти уроды уже обошли нас и встретили с этой стороны.
Глава 7
Пока бежали к нашим ребятам, я видел, что там драка в самом разгаре. А вот и дырки эти снова, из которых вылезают слизняки. Короче, начали мы их мочить, прям игра какая то, кто больше пристрелит или кто больше даст прикладом по башке вылезающему упырю. Вот один лезет, я ему прикладом двинул в голову, второй, этого я пристрелил, и он закупорил собой дырку и свис наполовину в ней. Маленький раздавал хорошие такие тумаки по пытающимся вылезти слизнякам. Большой бил их ногами, Апрель прям в дырки совал оба своих факела, и оттуда раздавался писк и шипение. Так, долбя всех этих уродов, мы пробились к основной куче мале.
— В круг все, быстро! — заорал Туман. — Перезарядиться и огонь. Полукед, ищи выход мать твою, хватит их резать.
Краем глаза я успел заметить, как Ватари и Полукед крутятся среди шести или семи слизняков и рубят их мечами.
— Туда надо, — рубя конечности очередному упырю, крикнул Полукед.
Куда туда, было не понятно, а не, понятно, вон они с Ватари просеку среди тел делают. А Полукед хорошо махает мечом, Ватари натаскал его, и натаскал довольно-таки неплохо.
— На падла! — матерился рядом со мной Слива.
Рядом долбили слизняков Клёпа и Колючий. Апрель вон факел прямо в пасть одному из слизняков засунул. Я успел перезарядить автомат, расстрелял рожок тремя очередями. А тела-то у них точно мягче. Вон как пули прошивают и ближних, и дальних.
— Аааааааа! — заорал кто-то рядом со мной.
Повернувшись, увидел, как на полу на спине лежит наш боец с баржи и держится за живот. Твою мать, у него кишки торчат, и кровь изо рта идёт. И двое упырей уже схватили его и тащат за ноги в дырку. Я подбежал к нему и схватил его разгрузку, парень продолжал орать, не переставая, он всё пытался запихнуть свои кишки назад к себе в живот, млять, он точно не жилец, мы ему тут ничем не смоем помочь.
— Слива помоги, — прохрипел я, пытаясь вырвать из цепких объятий слизняков нашего бойца.
— Иду Саня! — заорал Слива и ринулся ко мне.
Но тут на него сверху прыгнули сразу два упыря, и Слива покатился с ними по полу, страшно матерясь. Собровцы мочили других упырей, остальные все наши дерутся просто не на жизнь, а на смерть. Вокруг меня крики, маты, удары, щёлкают одиночные выстрелы.
— Бей их ногами, — крикнул я этому парню, таща его на себя, — я вытащу тебя, бей, бей!
Было видно, что он в шоке, слабо пытается отбиться от слизняков, я не вытащу его, мне не хватит сил, упыри оказались сильнее. Они вон сволочи уже его ноги затащили в дырку, и оттуда появилась ещё одна рука и впилась ему в левую ногу когтями.
— Ааааа! — снова закричал парень.
Он пришёл немного в себя, посмотрел на меня. У него уже сильно, очень сильно шла кровь изо рта. Он прекратил запихивать свои кишки себе в живот. Трясущимися и окровавленными руками он вытащил две гранаты из своей разгрузки и выдернул кольца.
— Отпусти, — прохрипел он, и у него изо рта снова вырвалась кровь, — я не жилец, отпусти.
Млять, млять, да как так-то. Я не могу его вырвать, мне не хватает сил, его уже по пояс затащили в дырку, и упыри уже рвут его кишки на части. Его глаза закатились, ещё чуть-чуть, и он выпустит гранаты.
— Прости дружище, — прокричал я и отпустил его.
Его тело мгновенно втащили в дырку, и я почувствовал, как на меня что-то упало, вернее кто-то прыгнул на меня. Слизняк. Пока я с ним кувыркался, раздался сдвоенный взрыв, мгновенно всю эту комнату, где мы находились, занесло пылью, кусками плоти, крови, камнями. Упыря, который был на мне, снесло взрывом. Я как ужаленный вскочил на ноги, схватился за автомат и увидел, что он без магазина. Вот и упырь. Уже очухался, присел и готов прыгнуть на меня. Схватив автомат как дубину, я заорал и нанёс ему страшнейший удар в голову, слизняка буквально откинуло от меня на пару метров.
Я уже ничего не понимал, я просто бил их прикладом автомата. Бил по ногам, по рукам. Уворачивался от их когтей и прыжков. Наша стрельба стихла, перезаряжаться некогда, эти прут и их очень много.
— Сюда все, — заорал Риф откуда-то сбоку.
— Риф сзади! — закричал кто-то.
Риф успел присесть, но один из слизняков схватил его за ноги и дёрнул, Риф упал лицом и от удара об пол мгновенно потерял сознание. Тут же подбежал ещё один слизняк, и они, схватив Рифа за ноги, довольно-таки шустро потащили его к дырке. Ну уж нет сволочи, Рифа я вам не отдам. Врезав двоим оказавшимся у меня на пути слизнякам прикладом, я как мог быстро побежал к Рифу. Его башка просто скользила по неровностям, подпрыгивая на них, бронник тут же сполз с него, а эти двое волокли его в дырку. Вот один из них нырнул в чрево своего гнезда, развернулся и уже схватил Рифа за правую ногу, чтобы втащить его туда. Того, который остался снаружи, я снёс прикладом за пару секунд, затем буквально рыбкой нырнул сам в эту дырку, Рифа уже туда затащили. Больно ударился ногами и лицом об камни, но я успел схватиться за Рифа. Твою мать, что там нас тащит-то? Меня вместе с Рифом втащили в дырку, я упирался как мог, но меня утаскивали туда. И в ту же секунду я почувствовал, как меня грубо схватили за ноги и стали тащить назад. Я вцепился в Рифа мертвой хваткой.
