Пока ехали, Туман уже высчитывал, какое теперь количество людей на аэродроме должно дежурить. Я так думаю, что у нас на аэродроме теперь постоянно будет блокпост. Кто его знает этих пиндосов, сейчас очухаются и решат отомстить. Хотя не факт, уж очень сильно они сегодня по зубам получили, и повторюсь ещё раз, тут их самолётов и ракет нет, тут чисто тактика идёт, а какие они вояки, мы сегодня все видели, это им не аборигенов по горам гонять.
Своей большой колонной въехали на аэродром, когда подъехали к берегу, там полным ходом шла погрузка людей. И вот тут я снял шляпу, около берега натурально стоял флот, наш флот. Сюда мне кажется согнали вообще все посудины, которые у нас были. Баржи, катера, всё стояло тут. И тут мы на коне, вернее, на джипах и грузовиках. Когда мы вернулись, кто-то пальнул в воздух, следом его поддержал другой и пошло-поехало. Палили в воздух все кому не лень. Немцы, которые уже были на баржах, стояли и махали руками, что-то орали. Девчонки наши к нам сразу подбежали, вернее, сначала Волхи, Кайта и Булат. Я опять получил от Светки, ну так, любя, за то, что уехал на войну, а не могу как нормальный человек, сидеть дома или в сервисе. В общем, встреча была очень тёплой. Первые баржи с немцами ушли в речной, ну а мы начали квасить прямо на берегу, благо лагерь уже разбили и поляну такую неплохую накрыли. Баржи за нами и за техникой вернутся только завтра. А и ладно, тут переночуем, первый раз что ли в тачках или в палатках спать.
Вот сейчас я дам волю чувствам, осуществлю так сказать свою мечту напиться в хлам. Тем более уже многие из наших знали, через что мы прошли. Особенно всех впечатлил рассказ про этих слизняков мать их так, кстати.
— Док — позвал я нашего врача, он уже со своими помощниками осмотрел и перевязал наших раненых пацанов и отправил их с баржами в Речной, там за ними будет хороший уход.
— Саня вы откуда столько пленных немцев пригнали? — выскочил из-за стоящих машин Игорь.
— Они не пленные — икнул я — они нормальные люди, только им пришлось с пиндосами долго жить. А кстати ты тут чё делаешь то?
— Да мы сейчас с ребятами скатаемся на ваше поле боя, Апрель сказал там много тачек разбитых, вон мои орлы наверняка снимут с них ещё что-нибудь — он кивнул на человек 20 слесарей, которые с деловым видом грузились в несколько джипов с прицепами.
— Там трупов много дружище — предупредил я его — их никто не убирал. Вечером там у зверей будет пир на всю пустыню.
— Они с охраной поедут — садясь рядом со мной и Светой сказал Апрель — Туман выделил им бойцов. Крот туда едет тоже и Мага на Плаще, отобьются если что. До темноты ещё несколько часов, успеют наверняка что-то с тачек снять.
— Ну ну — кивнул я и в очередной раз погладил Булата, который верно лежал около меня.
— Чё хотел Саш? — подошёл ко мне уставший док.
— Во док — тут же я переключился на него.
Игорь махнул рукой и побежал к готовым отправляться джипам и грузовику. То, что они сейчас с них что-нибудь снимут, я даже не сомневался. На вранглере я прокатился кстати, мне понравилось. Честно говоря, я не ожидал от этой машины такой резвости. Прокатился я на трёхдверном, мотор 2.7, 200 лошадок, хорошо едет. Но больше меня впечатлила его подвеска. Погонял я тут по аэродрому со Светкой на нём, даже пару раз прыгнуть умудрился, ни одного пробоя подвески. Не козлит после приземления, не рыскает из стороны в сторону, ничего. Очень достойный аппарат, теперь мне стало понятно, за что его так любят американские копы.
— Док что можешь сказать по ранам пацанов? — хитро спросил я у него.
— Если бы я не знал, что все эти раны и царапины они получили вчера, то сказал бы, что всему этому несколько дней точно. Особенно у Рифа вон вся морда как у Шарапова. Зина его всё суетиться около него — док улыбаясь кивнул на сидящего в раскладном стуле Рифа — как король прям какой.
Это да, около Рифа стоял стол, на столе куча закусок, рядом его девушка из Киженя, матросы его, все стараются что-то подать и принести. В натуре как король какой. Сидит довольный, лыбиться. Но ему правда досталось, я видел его тело, когда его док осматривал и раны его обрабатывал, сплошные полосы и от того, что его волокли по полу пещеры и жилет задрался и в дырке этой, когда я его схватил его поцарапать успели.
— Мне Полукед уже сказал про слизь, которую выделяют эти слизняки и скажу тебе, что мне интересно. Думаю, наш сластёна прав и эта их слизь способствует очень быстрому заживлению.
— Только не говори мне — вцепилась мне в руку Света — что ты опять в эту пещеру полезешь. Док, вам мало? — Светка нахмурилась и недобро так посмотрела на дока. Что было мало, мне было не совсем понятно. Толи гибель наших пацанов там, толи наших приключений.
— Светик, я его и не тащу туда — как можно мягче сказал док — но эта их слизь, очень быстро заживляет раны. А специфика нашей жизни тут такова, что без хороших лекарств ну никак. Ты сама неоднократно видела, какие ранения получают ребята. Взять того же Рифа — он снова кивнул на него — я тебе как профессиональный доктор скажу. Если бы не эта слизь, то у Рифа по всему телу остались бы большие рубцы, а так их практически не будет. Я конечно понимаю, что шрамы украшают мужчину, но когда их немного, а так он весь в них был. Видать хорошо его там царапали и волокли по полу.
— Не то слово — вздохнул я вспомнив эту картину.
— Всё равно его я больше в пещеры эти не пущу — сказала Света и ещё сильнее сжала мне руку.
— Светик больно — взмолился я.
— Ой извини.
— Я думаю, что среди наших ребят найдутся те, кто захочет туда слазить и взять в плен несколько этих слизняков — улыбнулся я — теперь они будут более подготовлены и думаю в самую жопу, прости Свет, в самое их гнездо лезть не нужно будет. А тебе док двоих скорее всего достаточно будет для первичного осмотра.
— Да — кивнул док — поймаем двоих, я на месте уже разберусь, как с них эту слизь собрать и как она должна храниться. Думаю, что со своими ребятами мы решим этот вопрос.
— И кто же у нас такие психи? — с интересом спросила Света — чтобы лезть в эти пещеры.
Я засмеялся и молча ткнул пальцем в сторону.
— Да уж — закивала головой Света — эти точно полезут.
А показал я на один из костров, около которого сидели наши мушкетёры и жарили на нём огромную рыбу.
— С ними немцы что ли двое? — удивлённо спросила Света увидав, как от мушкетёров отделились два парня и пошли к огромной куче заготовленных дров.
— Ага, Мамуля и Одуван — сказал громко засмеявшись Апрель.
— Они им уже и кликухи дали? — так же засмеялся док.
— Ага — ответил я — и походу эти двое скорешились с нашими мушкетёрами — о том, как они добили пленных пиндосов я умолчал.
— Ну теперь у Грача пять мушкетёров — продолжал смеяться док.
— Чё ржёте? — спросил подошедший к нам Туман со стаканом в руке и сел на бревно.
— Да думаем кого в пещеры за слизняками отправлять — ответил я — док хочет из их слизи мазь сделать.
— Мушкетёров наших — тут же ответил Туман — кого же ещё.
Мы разом засмеялись.
— Я не против с ними пойти — вытирая слёзы от смеха произнёс док — вы им только скажите, что слизняки эти живые нужны. А то я о них уже наслышан, пленных они предпочитают не брать.
Снова взрыв хохота.
— Ну да ну да — покивал головой Туман — они сильно расстроились, когда узнали про слизняков в пещере и что их там не было. Там бы нам Котлета со своей бензопилой точно бы помог.
— Мамуля, Одуван — раздался над нашим временным лагерем крик Упыря — рыба готова. Идите сюда пацаны похаваем.
— Точно их теперь пятеро стало — вздохнул Апрель.
Мы улыбались и наблюдали, как эти двое немцев весело прут к костру нарубленные дрова. Вообще тут с нами осталось много немцев, ну тех, которые с нами вчера и сегодня в боевых действиях участвовали. Со слов ребят, немцы показали себя хорошими бойцами. Их хоть и было немного, но никто из них не струсил, никто не отступил, у первого отряда даже до рукопашной с американцами дошло. Немцы бились наравне с нашими хлопцами. Над лагерем раздавалась вперемешку русская и немецкая речь. Нормальные пацаны, шпрехают только не по-нашему и думаю, что в наши ряды точно вольётся несколько десятков немецких бойцов. Ну а язык, языку их нашему обучим. Япошки вон въехали в наши реалии, нормально общаются, правда они сначала русский мат впитали в себя, а потом уже по-нашему балакать начали. Ну ничего, у нас вся жизнь впереди.
