В 9 утра все собрались в 30 километрах от Тауса в условленном месте.
– Итак, повторяю ещё раз, – сидя на капоте багги перед нами, сказал Туман, – распределяемся по точкам, ждём открытия ворот. Общаемся только по зашифрованному каналу, ждём гостей. Как только появятся, смотрим, сколько их, и я скажу, какой из трёх вариантов применяем. Старайтесь рожами своими не светить, это на тот случай, если у них будут тепловизоры. Полукед, ты включай свою чуйку, мало ли чего учуешь раньше нас.
Сластёна только кивнул.
– Всё мужики, по коням, выдвигаемся на точки.
Глава 16.
17 марта, утро, пустыня.
Место, которое нам указал Гера, было довольно-таки неплохим. Вернее, этот круг, радиусом 300 метров, где по его подсчётам, должны были открыться ворота с земли. Были скалы, камни, песок. Мы разбились на три группы и обосновались на скалах вокруг, так как, сколько нам тут предстояло сидеть, никто из нас не знал. Машины замаскировали с противоположной стороны скал, натянув на них маскировочные сети, которые полностью их скрывали. Пока доехали до этих мест, пока выгрузились, прошло около пятидесяти минут. Гера всё это время сидел в прицепе и смотрел за показаниями своих приборов.
– Гера, ну чё там? – услышал я голос Грача в рации.
– Ждём, – зашипела маленькая пластиковая коробочка, лежащая передо мной на камне.
Я в этот момент разглядывал в бинокль довольно таки большую площадь перед нами. Чуть дальше левее и сидит Гера с пацанами и Туманом, чуть правее от нас Грач со своими. Ну я и тут со своей личкой. Так прошло ещё несколько часов. Хорошо, у нас так же были маскировочные сети и то, что мы тут были заранее: и места выбрали и сети натянули. Сейчас хоть в теньке в этих скалах сидим, а не жаримся на солнце.
– Мля, жарища-то какая, – простонал Клёпа, растёкшись по камням.
– Да уж, – прислонившись спиной к камню, поддержал его Няма, – я бы сейчас с удовольствием искупался или хотя бы в душ сходил.
– Господи, да когда они уже эти ворота-то откроют? – сказал Слива, отпивая из фляги, – полдня тут уже сидим, а этих всё нет.
– Может они и не придут? – предположил Колючий. – Может фигня всё это с воротами.
Только я хотел ему ответить, что ждём дальше и хватить ныть, как мы все разом услышали в рациях голос Геры.
– Мужики, кажется, сейчас ворота откроются, смотрите все внимательно.
– Не высовываться никому, – тут же сказал Туман.
Мы как ужаленные подскочили со своих мест, Клёпа настолько быстро дёрнулся, что наступил на Сливу. Похватали бинокли и растеклись с ними по камням. Всё-таки хорошо, что у нас тут тенёк и нам не так жарко, и блика от биноклей не будет. Все тут же заткнулись и стали до боли в глазах всматриваться в лежащую перед нами пустыню. По самой этой площади мы ходить и ездить не стали, чтобы не оставлять следы, объезжали, делая большой круг. Сейчас песок перед нами был девственно чист. Мне кажется, тут вообще много лет не ступала нога человека, животные-то понятно дело бегали, а вот человек нет. И место это находится далеко от маршрутов, которые используют Крот и его ребята для поиска попавших сюда людей. Тут вообще глухое место, как в тайге. Случись что, и тебя тут никто и никогда не найдёт. Интересно, какая сейчас будет реакция у тех, кто увидит, в каком месте откроются ворота? И вообще, они сразу выйдут или ещё какое-то время будут думать.
– Северо-запад, на три часа мерцание, – быстро сказал Митяй ещё через часа полтора. – Полукед засёк, не я.
Вот же блин, наш сластёна ещё и глазастый. Ну да, он же всегда первый усики скатов в песке видит. Я хоть на зрение и не жаловался никогда, но с Полукедом мне не сравниться.
Все разом перевели свои бинокли туда. Точно, вон какое то мерцание над землёй. Тут и так, правда, над песком мерцание от раскалённого воздуха, но это точно другое. Оно вон на высоте нескольких метров, думаю. Блин, далеко, метров 250-300 точно есть, хоть бинокли у нас хорошие, всё видно. Риф катер из своего речного облака притащил, а там оказалось около двух десятков морских биноклей в упаковках. А морской бинокль, это вам не хухры-мухры, даже военный сухопутный и то не каждый с морским сравнится, там на порядок линзы лучше.
Нам Риф по ним даже небольшую лекцию провёл, когда раздавал их сейчас. Семикратное увеличение, это морской стандарт. В бинокле используется система впрыска сухого азота. Это необходимо для ясной видимости в тумане и в любых других условиях, от арктических холодов, до пустынной жары, в которой мы сейчас и находились. В общем, от минус 40 до плюс 80 он себя показывает просто великолепно. Ну и плюс наполнение сжатым азотом обеспечивает отсутствие запотевания. Ну и само собой, прочный и лёгкий корпус, воды, пыли и грязи не боится, да его и в руках держать удобно, и компас на его корпусе есть, причём компас со стабилизатором, его ненужно настраивать и калибровать, и всяких магнитных полей он не боится, всегда будет точно показывать направление. Есть, конечно, и более мощные бинокли, с кратностью от 10 и выше. Но чем больше кратность, тем сложнее его держать в руках, дрожать картинка будет. Конечно, есть куча моделей с электронной стабилизацией, но у нас были достаточно неприхотливые модели.
Где на этой планете находился север, а где юг, естественно никто не знал, и есть ли тут, например, пингвины и белые медведи, тоже не понятно, но север, запад, юг, восток уже давно определили, как, без понятия, но мы этими направлениями уже давно пользуемся. Большой медведицы тоже нет, луны тоже нет. Да вообще известных звёзд нет ни одной, и созвездий нет. Зато в ночном небе видны две какие-то планеты, по типу нашей луны, одна больше, вторая меньше, правда, их вместе редко видно, но бывает. Явно не наша земля, и находимся мы хрен пойми где во вселенной. А вот солнце одно, и жарит оно тут не по-детски. А ещё, когда совсем жарко днём, бывает видна ещё одна планета, не солнце, а именно планета. Я очень далёк от всей этой астрономии, но даже я понимаю, что нахожусь в жопе мира или, как один раз сказал Слива, мы в жопе космоса и будем ждать, когда к нам прилетят зелёные человечки на своих летающих тарелках. Услышавшие это мушкетёры, тут же сказали, что надо будет у зелёных человечков отжать их летающую тарелку и полетать на ней. На последовавший вопрос Грача, как они будут ей управлять, и как будут общаться с инопланетянами, Котлета и Мамуля сразу показали свои бензопилы.
Мне тут же вспомнились слова Грача, когда он рассказывал нам про мушкетёров, ну, когда они у нас только появились, и нам всем было интересно, что они из себя представляют. Тогда Грач сказал, что влипнуть с ними в неприятности раз плюнуть, и они могут ради прикола захватить атомную станцию, чтобы просто посмотреть, как там всё крутится и вертится. Так что зелёным человечкам, если они тут у нас появятся, я точно не завидую. Эти балбесы и тарелку их сопрут, и человечкам зубы выбьют, если они у них будут, конечно, и ещё чего-нибудь учудят. Да уж, я прям представил эту картину. Привязанные инопланетяне и вокруг них наших мушкетёров, двое с бензопилами, а остальными с кувалдами. Странно, что Туман и Грач мушкетёров сейчас сюда не взяли, ну ладно, им виднее.
Меж тем и мерцание становилось сильнее, и площадь, которую это самое мерцание занимало, тоже увеличивалась. Я, конечно, вот так не могу сказать, какие там размеры, но то, что ворота стали больше, факт. Мы даже дышать перестали, все пялились в бинокли. Через пару минут площадь ворот перестала увеличиваться. Дальше минут 10, наверное, всё было тихо. За это время никто из нас не проронил ни звука.
Затем мы все увидели, как на треноге, на высоте в пару метров над песком выдвинулась небольшая указка с утолщением на конце.
– Походу, видеокамера, – тут же прошептал Клёпа.
Точно видеокамера, вон как она из стороны в сторону смотрит. Так продолжалось ещё несколько минут, за это время, к камере присоединилось ещё пару указок. Одна была с каким-то утолщением, по типу микрофона, третья ещё с чем-то на конце. Потом все три указки резко исчезли в воротах, их прям рывком назад втянули.
