— Конечно, этирн, — ответила я. Представила, как было бы хорошо пнуть его сейчас под колено, а потом с размаху залепить увесистый подзатыльник.
И в тот же миг сильный порыв ветра ударил дуэргара под колени, сшибая с ног, а сверху обрушился холодный поток воды.
Я мстительно улыбнулась, развернулась молча и пошла прочь.
Оказывается, эти элементали настоящее сокровище — они просто читают мои желания!
***
Эту ночь мы провели у костра. После всего случившегося Райзен попытался проявить благородство и получить прощение. Он наломал толстых еловых лап и смастерил из них нечто вроде лежака. Потом застелил сверху той тряпкой, в которую превратился его сюртук, и пожелал мне спокойной ночи. Я молча улеглась, не собираясь говорить даже "спасибо", потому что обида еще не прошла. Оба мужчины остались сидеть у костра, время от времени подкидывая ветки. Я несколько минут непроизвольно прислушивалась к их разговору — кажется, они обсуждали, кому из них дежурить первому — а потом, как в яму, провалилась в глубокий сон.
И снова мне снился таинственный грот и сотни шелки, играющих в прохладной воде. В этот раз я уже знала, что являюсь одной из них, а потому мне не было страшно, наоборот, я испытывала желание познакомиться и подружиться с ними.
Милые существа, так похожие на небольших и юрких тюленей, кувыркались и плескались в воде, издавая веселые крики. Они окружили меня, смешно шевеля усатыми мордочками и помахивая ластами, будто в приветствии. Сильные, гибкие тела скользили в воде так близко от меня, что я чувствовала их мягкие прикосновения к своим ногам.
Какое-то время мы кружились в хороводе, и мне казалось, что они долго ждали меня, рады увидеть и хотят, чтобы я осталась с ними навсегда. Но я не могла остаться! Я все еще была человеком, и коралловое ожерелье, не дававшее мне обернуться, теперь душило меня, как удавка.
Я почувствовала, что устаю и направилась к мраморному парапету. Шелки застрекотали, заволновались вокруг меня. Заплывая вперед, они пытались мне помешать, но я уже не могла оставаться в воде. Мое человеческое тело казалось тяжелым и неповоротливым, оно ослабло, замерзло и тянуло меня ко дну.
Выбравшись из воды, я растянулась на парапете, стуча зубами от холода. А вот мои новые друзья чувствовали себя вполне сносно. Скинув шкурки, они предстали передо мной в виде прекрасных юношей и дев и опять, как и в прошлый раз, усадили меня на возвышение, а сами расположились у моих ног. И опять зазвучала странная песня, от которой кружилась голова и темнело в глазах, а девушки-шелки принялись расчесывать мои волосы серебряными гребнями.
— Я не могу остаться с вами, — прошептала я во сне, качая головой. — Вы должны меня отпустить.
Но они лишь загадочно улыбались и продолжали петь.
Перед глазами поплыл туман. Я поняла, что сейчас потеряю сознание — это во сне, а в действительности сорвусь с лежака и рвану в сторону моря, обезумев от желания погрузиться в соленые волны.
— Прекратите! — закричала я, вскакивая с мраморного сиденья. — Я не могу остаться! Отпустите меня!
Но мне опять не дали уйти. Шелки окружили меня плотным кольцом, надвинулись, загоняя в воду. Я лихорадочным взглядом обшарила грот. С трех сторон плескалась вода, и лишь с четвертой белел широкий мраморный выступ, на котором мы сейчас стояли. Если здесь и был выход, то он, скорей всего, располагался под водой.
Неужели мне придется нырять? А если выход из грота очень глубоко и мне не хватит дыхания? Я не могла так рисковать, но и проснуться тоже не получалось. Сон был слишком реальным. Прикосновения, запахи, звуки — ничто не говорило о том, что я сплю. И в какой-то миг мне показалось, что умерев в этом гроте, я умру и там, в лесу возле костра.
Шелки пели и улыбались, а в их глазах горел пугающий фанатичный огонь. Один из них, с блестящими карими глазами и улыбкой безумца на устах, первым толкнул меня в сторону воды. Я пошатнулась и отступила на шаг, вскинула руки для защиты, но не могла противостоять целой толпе. Они загоняли меня, как дикого зверя, а от их улыбок по спине продирал мороз.
Не устояв на скользком мраморе, я свалилась в воду. И тут же рядом со мной спрыгнули с парапета несколько шелки в человеческом обличии. Они нырнули в глубину, и я почувствовала, как их цепкие пальцы стальными захватами смыкаются на моих лодыжках. Меня с силой дернули вниз. Я заорала, и мне в легкие хлынул поток воды. Горько-соленой, отдающей водорослями, вызывающей тошноту…
… Я вынырнула из воды, отфыркиваясь и надрывно кашляя, и в этот момент кто-то затряс меня за плечи с такой силой, что я едва не прикусила язык. Открыв глаза, я с удивлением обнаружила, что лежу на своем импровизированном ложе, в двух шагах горит костер, а надо мной склонились дуэргар и фомор с неописуемым выражением на лицах. Они выглядели так, будто действительно волновались за меня. Но стоило им поймать мой взгляд, как демон тут же отодвинулся, исчезая в темноте, а фейри скептично приподнял бровь.
— Ты кричала, — пояснил он, отпуская мои плечи.
Только теперь я поняла, что уже не сплю.
— Спасибо, — прошептала, облегченно вздыхая. Это сон, всего лишь сон, ничего страшного — повторила про себя, как заклинание.
— Не расскажешь, что тебе снилось?
— Обычный кошмар, — буркнула я, отворачиваясь, потому что все еще злилась на него.
— Милая, давай ты не будешь меня обманывать? — Райзен бесцеремонно уселся на ложе и придвинулся так близко, что я почувствовала, как он касается бедром моей ноги. — В твоем положении не бывает ничего обычного, особенно кошмаров. Кто знает, может это твое прошлое стучится к тебе в обход амулета?
Я невольно потянулась к горлу. В конце концов, что мне терять? Райзен пообещал помочь с поисками мага, так к чему эти детские игры в молчанку?
— Мне снятся шелки, которые хотят меня утопить, — пробормотала я, упорно отводя взгляд.
— Это первый раз?
— Нет, с самого детства. Они снились мне каждый раз, когда на море поднимался шторм. Но утопить они меня пытаются только последние ночи.
Дуэргар мягко, но властно ухватил меня за подбородок и заставил поднять голову. Наши взгляды встретились на мгновения, но я тут же опустила ресницы.
— У тебя на руке сильнейший артефакт, который может наслать как сон, так и смерть, — услышала я. Райзен наклонился так низко, что я чувствовала его дыхание на своей щеке. — Но у него есть еще одно назначение. Он может открыть тебе тайный смысл твоего сна.
— Что это значит? — нахмурилась я, чувствуя неловкость от такой близости.
— Ты же не знаешь, почему тебе это снится, ведь так? Это может быть что угодно: воспоминание из твоего прошлого, видение из будущего, насланный кошмар, призванный отпугнуть тебя, или просто твое разыгравшееся воображение. Пока ты не узнаешь точно, он будет мучить тебя.
Я несколько минут молчала, слушая спокойное дыхание Райзена и мерный стук его сердца. Мое собственное сжалось от сожаления — глупо скрывать от себя самой, что не смотря ни на что меня тянет к этому проходимцу. И откуда он только взялся на мою голову! Все мои беды начались с того момента, когда я встретилась с ним.
— Ну, о чем задумалась?
Я вздрогнула от звука его голоса и отстранилась, когда его пальцы скользнули по моей щеке, убирая выбившуюся прядь.
— Если я обращусь к эриллиуму, мне опять придется поделиться с ним жизненной силой?
— Конечно, — в темноте сверкнула клыкастая усмешка.
— Тогда обойдусь.
— Что ж, — дуэргар отпустил меня и встал с ложа, — это должно быть только твое решение. Никто не будет приказывать тебе. Но помни, сны иногда скрывают намного больше, чем кажется на первый взгляд.
Я почувствовала холод, когда он отодвинулся от меня. Холод и одиночество. Этот мужчина был единственным, кто действительно мог мне помочь. Он не бросил меня, когда я нуждалась в защите, укрыл от королевских псов, выстоял на Темных тропах против стаи сумеречных демонов, он пытался спасти меня даже когда солнце причиняло ему неимоверную боль… И он поклялся мне, поклялся, что не оставит без поддержки. Да, он наглый, самоуверенный и беспринципный, но не смотря ни на что, я чувствую тепло рядом с ним. Чувствую себя защищенной. Так может, стоит попробовать ему доверять?
