человек, она не должна долго раздумывать, а хватать то, что ей предлагают, пока парня у нее не увели. Такие люди на дороге не валяются.
Меня не обижало, что Большая Элиза вмешивается в мои дела. Мне даже нравилось, что она взяла меня под свое крыло.
Я заинтересовалась ее планами на будущее и однажды прямо спросила об этом.
Элиза пожала плечами.
– Может, поступлю работать в одну из этих новых больниц, о которых столько говорят. Теперь-то я определенно могу сказать – опыт у меня имеется. А может, вернусь к своему прежнему ремеслу. Кто знает, как жизнь повернется.
– Ну, а где вы будете жить, когда вернетесь на родину?
– Да найду где-нибудь комнатенку. Их всегда полно сдается.
– Послушайте, Элиза! А что если вам пожить с Генриеттой и со мной? В доме, который я снимаю, есть свободная комната.
– Да вы что! Жить в вашем доме? Вы, наверное, свихнулись. Да как вы можете приглашать такую, как я, к себе домой?
– Моя дорогая Элиза, я привыкла сама выбирать своих гостей и обычно приглашаю тех, кто мне нравится.
Она рассмеялась.
– Да нет, когда мы вернемся домой, все будет по-другому. Здешние друзья не обязательно ими останутся. Тут мы все равны, работаем вместе. А вот когда приедем в Лондон, разбежимся в разные стороны.
– Не разбежимся, если сами этого не захотим, Элиза, а я хочу, чтобы вы погостили у меня, пока не решите, что намерены делать дальше. Мы могли бы вместе поступить на работу в больницу.
– Да вам совсем не нужно заниматься такой работой – вы ведь собираетесь замуж за доктора Фенвика.
– Элиза, я прошу вас поехать с нами. Мы могли бы навестить Этель в деревне.
– Да, это было бы славно.
– Значит, решено.
– Ну что с вами поделаешь! – усмехнулась Элиза и тут же нахмурилась. – Надеюсь, что у вас и доктора Фенвика все будет хорошо.
– Такие дела второпях не решаются.
– Вы знаете, одно время мне казалось, что вы неравнодушны к этому доктору Адеру… как и Генриетта.
– К доктору Адеру? Да что вы! Он держится обособленно и высокомерно…
– Да это неважно. Но вот что я вам скажу – он плохой человек и к тому же слишком много о себе понимает. Для него в мире существует только он сам, всемогущий доктор Адер.
– Я думаю, что вы правы.
– И все же должна признаться – в нем что-то есть. Небось, женщины по нему с ума сходят. Видали, как он смотрит на всех своими жгучими глазами? А то, что он бывал на Востоке и все такое… Сразу чувствуется, что он прожил интересную жизнь.
– Похоже, что он и на
– Да такой, как он, произвел бы впечатление и на каменную стену! А вот Генриетта меня беспокоит. У вас-то есть разум, вы кое-что в жизни повидали. Вы ведь уже были замужем и знаете, что это не одни только забавы и развлечения. А Генриетта на самом деле еще совсем ребенок. Она такая чистая… Как Этель, но только в другом роде, если вы понимаете, что я хочу сказать.
– Я думаю, что Генриетта в состоянии сама о себе позаботиться. Она действительно выглядит легкомысленной и немного кокетливой, но на самом деле она достаточно умна и практична.
– Ну, уж не знаю. Иногда девчонка может потерять голову от мужчины, а с таким мужчиной, как наш доктор, ничего нельзя сказать заранее.
– Но не думаете же вы, что доктор Адер и Генриетта…
– А кто может поручиться, что этого не будет? Ведь стоит ему пошевелить пальцем, и она пойдет за ним на край света. Небось заметили, как она вся светится, когда он рядом… да что рядом – даже если кто- нибудь просто упомянет о нем. Скажи он ей хоть слово, и она ради него бросит все. Только принесет ли это ей счастье…
– Элиза, вы неправы. Генриетта, напротив, часто видится с месье Лабланшем.
– Приятный мужчина… как и доктор Фенвик. Но почему-то женщины, у которых в голове ветер, не всегда выбирают приятных мужчин. А уж я знаю, о чем говорю.
Неужели то, что она сказала, – правда? Этот вопрос теперь постоянно мучил меня.
По мере приближения дня нашего отъезда Генриетта становилась все более задумчивой и грустной. Она подолгу молчала, что было на нее совсем не похоже. На мои неоднократные вопросы, что с ней случилось, она, как правило, отвечала, что все в порядке. Но я была убеждена, ее что-то гнетет.
Наступил вечер накануне нашего отплытия. Мы не знали точно, в какое именно время покинем Ускюдар, но нас предупредили, чтобы мы были готовы в любую минуту подняться на корабль.
В тот день я встретила доктора Адера. Мне показалось, что он меня искал. Мы прошли в знакомую
