Она сражалась из последних сил. Удары Ральфа становились все опасней и опасней. На взгляд Ингельда жить неко оставалось не больше минуты.
— Зачем вы пришли сюда? — холодно спросил он. — Вы решили умереть?
— Ингельд!
Очередной удар инура выбил из ее ослабевших рук клинок и неко с жалобным криком упала на пол. Кое-как доползла она до Ирии и прикрыла сестру своим телом.
— Это ее не спасет! — зарычал Ральф. — Я убью вас одним ударом!
Он взмахнул секирой и тогда Ингельд вновь вскинул руку. Ральфа ударило об стену один раз, другой, третий. Наконец Ингельд удовлетворенно кивнул и инур рухнул на пол.
— Инелия, добей этого бешеного пса, — тихо сказал Ингельд. — А я займусь братцем. Карнелийца не просто убить.
Инелия закивала и, выхватив из-за голенища нож, подскочила к стонущему Ральфу.
— Остановись!
Незнакомый голос, прозвучавший в зале, был настолько слаб, что Инелия не сразу расслышала его. А расслышав, не поверила своим глазам. У входа стояла обнаженная девушка, едва прикрытая плащом, и смотрела прямо на нее.
— Кто ты? — Ингельд нахмурился, оглядывая хрупкую фигурку с головы до пят.
— Вы мне не нравитесь. Уходите.
Инелия коротко хохотнула и взмахнула ножом. Но прежде, чем она успела коснуться горла инура, из глаз девушки ударили молнии. В груди неко взорвалась обжигающая боль и она упала без чувств. Мгновенно учуяв ее, инур шевельнулся и, превозмогая боль, потянулся к ее шее.
Вздрогнула Ирия, приходя в себя, с криком бросилась к сестре, вцепилась в руки инура, а поняв, что ее сил не хватает, зубами впилась инуру в ухо...
— Уходите! — повысила голос Мара.
За ее спиной очнулась Кира и округлила глаза. От Мары веяло сейчас магией такой силы, что Кира могла только позавидовать.
Ингельд скрипнул зубами. В нем все еще бушевала сила Рога, он все еще был способен на многое, он мог убивать и убивать, но его тело... Его уже трясло от напряжения, еще чуть-чуть и он просто рухнет замертво!
Ингельд примиряюще вскинул ладони, выдавил улыбку.
— Хорошо, мы уйдем.
Его взгляд переметнулся на неко. Инелия по-прежнему лежала без сознания, рядом яростно возились Ирия и Ральф, вцепившись друг в друга руками и зубами.
Ингельд исчез, и тут же появился возле неко. Швырнул визжащую и брыкающуюся Ирию на одно плечо, бесчувственную Инелию на другое, а затем оглянулся на Мару.
— Еще увидимся, — прошептал он, прежде чем раствориться в воздухе.
Глава девятнадцатая
Облокотившись о перила балкона, Кира с тоской вглядывалась вдаль. Туда, где за широкой полосой парка просыпался город. В Аламаре начинался самый обычный день. Как будто ничего не случилось. Как будто не рухнули башни. Как будто не было ужасной бойни во дворце. Как будто на престоле по-прежнему находился король Гериан.
Конечно, были торжественные похороны и тысячи горожан искренне скорбели о смерти королевской четы. Был траур и были приспущены флаги. Но прошло несколько дней и жизнь в городе вернулась в привычное русло.
И только Кире уже не суждено было вернуться к прежней жизни. Она отвернулась, чтобы Роланд и Ральф не заметили ее повлажневших глаз. Сколько бы лет ей не было, она теперь королева. А королевы не плачут. Во всяком случае, на людях.
— Что случилось с башнями, Кира? — мягко спросил Роланд. — Почему они рухнули?
— Думаю, дело в Аламаре. Или теперь уже в Маре.
— Хочешь сказать, это его сила подпитывала магией башни?
— Наверное. Но точно не знает никто. Наши лучшие маги погибли во время боя с Ингельдом... Они приехали на Совет магов, чтобы защитить нас от безумия Аламара. Но беда пришла откуда не ждали... Аламар же, получается, опять спас нас. Пусть даже в облике ничего не помнящей девушки. Жаль, конечно, что в облике Мары его силы оказалось недостаточно, чтобы поддержать башни, но я благодарна ему или ей. Если бы не она...
— Да, я недооценил Ингельда, — горько признался Роланд, потрогав свежий шрам на лице.
— А Мара действительно невероятна, — заметила Кира. — Она поставила тебя и Ральфа на ноги за пару дней, излечила ужасную рану Селены, кстати, как она?
— Немного хандрит, — буркнул Роланд.
Это было мягко сказано. Очнувшись, Селена потребовала объяснений и Роланд рассказал все. Об устроенной во дворце бойне, и о том, как была ранена Селена. Умолчать на этот раз об Эльвире было невозможно и он был вынужден поведать о ней с самого начала.
Известие о существовании Эльвиры потрясло Селену. Несколько дней девушка провела в молитвах. Все это время она постилась и ни с кем не разговаривала. Но и потом, вернувшись к обычной жизни, Селена пребывала в крайне подавленном состоянии, навещая королевскую часовню чуть ли не каждый час.
