большинства основателей классической науки (и даже Эйнштейна) наука была попыткой выйти за рамки мира наблюдаемого, достичь вневременного мира высшей рациональности - мира Спинозы. Но, может быть, существует более тонкая форма реальности, схватывающая законы и игры /подчеркнуто мною - M.M./, время и вечность'. В рамках обрисованного понимания детерминационных зависимостей, разумеется, не может быть конституирована идея возможности однозначного прогноза относительно будущих состояний системы, исходя из наличного ее состояния. Собственно уже в предшествующий постмодернизму период развития неклассической философии были высказаны идеи о фундаментальной сопряженности между собой феноменов аутокреативности объекта и его ускользания от прогноза, построенного на основе предполагаемой линейности и, соответственно, однонаправленности процесса его функционирования. Так, применительно к феномену 'хюбрис' (см. Хюбрис) Аренд отмечает, его связь 'безграничной продуктивности' и 'неотъемлемой от него непредсказуемости': данная непредсказуемость 'есть не просто вопрос неспособности предвидеть все логические последствия какого- либо акта' ('в этом случае электронный компьютер был бы способен предсказывать будущее'), но лежит в самой основе самоорганизации hybris. Аналогично, поворот от модернистской философской программы (см. Модернизм) к постмодернизму ознаменован известным тезисом Э.Ионеско: 'И весь мир предстал… в необычном свете, - возможно, в истинном своем свете - как лежащий за пределами истолкований и произвольной причинности'. В рамках классического постмодернизма данная идея становится одной из фундаментальных. Так, например, Р.Барт, последовательно проводя идею нелинейности, фиксирует применительно к тексту то обстоятельство, что возможные семантические версии его прочтения (варианты означивания) как 'игра письма являются принципиально непредсказуемыми, т.е., по Р.Барту, 'текст не следует понимать как нечто исчислимое'. Постмодернистская идея трансгрессии также основана на идее невозможности не только предсказать, но даже выразить в наличном языке феномен перехода к тому, что не детерминировано (линейно не причинено) наличным бытием и в рамках последнего мыслится как 'невозможное' (см. Невозможность). В целом, как фиксируют Лиотар и Ж.-Л.Тибо, 'релятивизм' в результатах познания не должен считаться критерием неадекватности примененной когнитивной стратегии, ибо является выражением 'самой реальности', основанной на экстремальном 'релятивизме как норме'. Вместе с тем, постмодернизм далек от тотального отрицания линейной версии детерминизма, - речь идет лишь о лишении его статуса тотальности. Подобно тому, как синергетика усматривает возможность линейных участков внутри общего нелинейного процесса, точно так же и постмодернизм допускает линейность как частный (экстремальный) случай и, соответственно, аспект нелинейности. Так, в терминологии Деррида это формулируется следующим образом: 'суверенность не уклоняется от диалектики. Отсюда не упраздняя динамического синтеза, она вписывает его в жертвование смыслом, отводя ему там особую роль'. Аналогично и концепция нонсенса Делеза (см. Нонсенс) открыта для интерпретации в свете сформулированной синергетикой модели соотношения так называемых 'детерминистических' и 'индетерминистических' участков самоорганизационного процесса. - Оформляющиеся модификации событийности не позволяют рассматривать конкретную конфигурацию событий, наделяемых в рамках этой конфигурации определенным смыслом, в качестве результата предшествующих состояний событийности и их трансформаций: с точки зрения прежнего смысла, становящаяся конфигурация смысла вообще не имеет, лишена оснований и воспринимается как нонсенс. В этом плане смысл и нонсенс как две различные, но равно необходимые грани бытия соотносятся, по Делезу, таким же образом, как линейные и нелинейные 'участки процесса' у И.Пригожина, т.е. взаимно исключая ('не-со-возможные серии событий' в 'Логике смысла') и одновременно дополняя (входя в 'со-присуствие') друг друга (см. Событийность). Однако, в целом, классический идеал необходимости, царящей в разумно (упорядоченно) организованном мире, сменяется идеалом царящей в хаотическом мире случайности, - и философия постмодернизма выступает тем концептуальным полем, где эта смена идеалов находит свое выражение. Таким образом, современная культурная ситуация может расцениваться как транзитивная с точки зрения осуществляющегося в ней перехода от линейных представлений о детерминационных отношениях - к нелинейным; данный переход обнаруживает себя как в естественнонаучной, так и в гуманитарной проекциях, - синергетика и постмодернизм являются наиболее последовательными выразителями этого перехода - соответственно - в сферах науки и философии. Обобщая установки современной философии и современного естествознания, можно утверждать, что, в отличие от парадигмы линейного детерминизма, характерной для предшествующей стадии развития культуры, парадигма детерминизма нелинейного типа опирается на следующие презумпции:
1) процесс развития мыслится не в качестве преемственно последовательного перехода от одной стадии (состояния) системы к другой, а как непредсказуемая смена состояний системы, каждое из которых не является ни следствием по отношению к предшествующему, ни причиной по отношению к последующему состояниям: в естествознании - идея бифуркационных переходов (см. Синергетика); в философии - идея ветвления событийных серий, концепция 'слова- бумажника' (см. Событийность, 'Слова-бумажники');
2) нелинейная динамика не позволяет интерпретировать то или иное состояние системы как результат прогресса или регресса ее исходного состояния, что означает отказ от идеи филиации и невозможность трактовки процесса в качестве эволюционного: понимание исходного состояния системы в качестве хаотической 'среды' - в естествознании; презумпция 'пустого знака', 'тела без органов', необузданности-'хюбрис' как исходного состояния рассматриваемой предметности - в современной философии (см. Пустой знак, Тело без органов, Хюбрис);
3) нелинейный тип детерминизма не предполагает фиксации внешнего по отношению к рассматриваемой системе объекта в качестве причины ее трансформаций, что означает отказ от идеи принудительной каузальности и интерпретацию трансформационного процесса как самоорганизационного;
4) претерпевающий трансформацию объект рассматривается как открытая система, - в противоположность выделяемым линейным детерминизмом изолированным причинно-следственным цепочкам: в естествознании - презумпция энергообмена системы со средой; в постмодернистской философии - презумпция интертекстуальности, трактовка 'складки' как складывания внешнего, концепция поверхности, ризомы и др. (см. Интертекстуальность, Номадология, Ризома, Складка, Складывание);
5) фактор случайности, мыслимый в рамках линейного детерминизма в качестве внешней по отношению к рассматриваемому процессу помехи, которой можно пренебречь без ощутимых гносеологических потерь, переосмысливается и обретает статус фундаментального в механизме осуществления детерминации нелинейного типа: в естествознании - идея флуктуации параметров системы; в постмодернизме - идеи 'вдруг-события', игрового 'броска' и т.п. (см. Событийность, Эон);
6) нелинейность процесса исключает возможность любого невероятностного прогноза относительно будущих состояний системы: в науке - презумпция вероятностного характера прогноза; в философии постмодернизма - фундаментальная фигура трансгрессии как перехода к 'невозможному' с точки зрения наличного состояния, концепции 'нонсенса' и 'абсурда' как смыслов, выходящих за пределы линейной логики и др. (см. Абсурд, Нонсенс, Невомозможность, Трансгрессия). Незавершенная процессуальность ныне (непосредственно в present continus) осуществляющегося перехода к нелинейной трактовке детерминизма обусловливает то обстоятельство, что используемые как естествознанием, так и философией постмодернизма понятийные средства для фиксации этого перехода еще находятся в стадии своего становления, в силу чего обнаруживают себя такие феномены, как:
а) наличие ряда параллельных понятийных систем для фиксации феномена нелинейности: например, текстологический и социоисторический в постмодернизме, распадающийся каждый, в свою очередь, на несколько авторских понятийных версий: бартовскую, делезовскую и т.п. - при очевидной интенции к унификации и синтезу за счет взаимной адаптации терминологии (в этом отношении показательна судьба термина Кристевой 'означивание' или термина 'диспозитив' у Фуко);
