67 Я, подражая образцу такому,Живописал бы, как ввергался в сон;Но пусть искуснейший опишет дрему.70 А я скажу, как я был пробужденИ полог сна раздрали блеск мгновенныйИ возглас: «Встань же! Чем ты усыплен?»[1147]73 Как, цвет увидев яблони священной,Чьим брачным пиром небеса полныИ чьи плоды бесплотным вожделенны,76 Петр, Иоанн и Яков, сраженыБесчувствием, очнулись от глагола,Который разрушал и глубже сны,79 И видели, что лишена их школаУже и Моисея, и Ильи,И на учителе другая стола,[1148] —82 Так я очнулся, в смутном забытьиУвидев над собой при этом кличеТу, что вдоль струй вела шаги мои.85 В смятенье, я сказал: «Где Беатриче?»И та: «Она воссела у корнейЛиствы, обретшей новое величье.88 Взгляни на круг приблизившихся к ней;Другие ввысь восходят[1149] за Грифоном,И песня их и глубже, и звучней».91 Звенела ль эта речь дальнейшим звоном,Не знаю, ибо мне была виднаТа, что мой слух заставила заслоном.94 Она сидела на земле, одна,Как если б воз, который Зверь двучастныйСвязал с растеньем, стерегла она.97 Окрест нее смыкали круг прекрасныйСемь нимф,[1150] держа огней священный строй,Над коим Австр и Аквилон[1151] не властны.100 «Ты здесь на краткий срок в сени лесной,Дабы затем навек, средь граждан Рима,Где римлянин — Христос, пребыть со мной.103 Для пользы мира, где добро гонимо,Смотри на колесницу и потомВсе опиши, что взору было зримо».[1152]106 Так Беатриче; я же, весь во всемК стопам ее велений преклоненный,Воззрел послушно взором и умом.109 Не падает столь быстро устремленныйОгонь из тучи плотной, чьи пластыСкопились в сфере самой отдаленной,112 Как птица Дия пала с высотыВдоль дерева, кору его терзая,А не одну лишь зелень и цветы,115 И, в колесницу мощно ударяя,Ее качнула; так, с боков хлеща,Раскачивает судно зыбь морская.[1153]118 Потом я видел, как, вскочить ища,Кралась лиса к повозке величавой,Без доброй снеди до костей тоща.121 Но, услыхав, какой постыдной славойЕе моя корила госпожа,Она умчала остов худощавый.[1154]124 Потом, я видел, прежний путь держа,Орел спустился к колеснице снова