Родят уродцев из хороших слив.127 Одни младенцы слушают урокиДобра и веры, чтоб забыть вполнеИх смысл скорей, чем опушатся щеки.130 Кто, лепеча, о постном помнил дне,Вкушает языком, возросшим в силе,Любую пищу при любой луне.[1797]133 Иной из тех, что, лепеча, любилиИ чтили мать, — владея речью, радЕе увидеть поскорей в могиле.136 И так вот кожу белую чернят,Вняв обольщеньям дочери прекраснойДарующего утро и закат.[1798]139 Размысли, и причина станет ясной:Ведь над землею власть упразднена,[1799]И род людской идет стезей опасной.142 Но раньше, чем январь возьмет веснаПосредством сотой,[1800] вами небреженной,Так хлынет светом горняя страна,145 Что вихрь[1801], уже давно предвозвещенный,Носы туда, где кормы, повернет,Помчав суда дорогой неуклонной;148 И за цветком поспеет добрый плод».ПЕСНЬ ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ1 Когда, скорбя о жизни современнойНесчастных смертных, правду вскрыла мнеТа, что мой дух возносит в рай блаженный, —4 То как, узрев в зеркальной глубинеОгонь свечи, зажженной где-то рядом,Для глаз и дум негаданный вполне,7 И обратясь, чтобы проверить взглядомСогласованье правды и стекла,Мы видим слитность их, как песни с ладом, —10 Так и моя мне память сберегла,Что я так сделал, взоры погружаяВ глаза, где путы мне любовь сплела.13 И я, — невольно зренье обращаяК тому, что можно видеть в сфере той,Ее от края оглянув до края, —16 Увидел Точку[1802], лившую такойОстрейший свет, что вынести нет мочиГлазам, ожженным этой остротой.19 Звезда, чью малость еле видят очи,Казалась бы луной, соседя с ней,Как со звездой звезда в просторах ночи.22 Как невдали обвит кольцом лучейНебесный свет, его изобразивший,Когда несущий пар всего плотней,25 Так Точку обнял круг огня[1803],[1804] кружившийСтоль быстро, что одолевался имБыстрейший бег,[1805] вселенную обвивший.28 А этот опоясан был другим,Тот — третьим, третий в свой черед — четвертым,Четвертый — пятым, пятый, вновь, — шестым.31 Седьмой был вширь уже настоль простертым,Что никогда б его не охватилГонец Юноны[1806] круговым развертом.
