В подвигах непревзойденный, В добродетелях великий! Пред тобой в тоске и горе Злополучная Звезда. Жизни блеск ее затмился, Точно страшной черной тучей, Темным трауром печали. Я молю о правосудье, Но чтоб суд не ты свершил, А по древнему закону Мне бы в руки отдал месть; Горьких слез не осушая, Чтобы в них я утопала И могла тебе поведать Все отчаянье мое. Я любила нежно брата, Что в святой юдоли скорби, Там, в лазоревых чертогах, Попирает ныне звезды. Он любил меня, как брат, Как отца, его я чтила И во всем повиновалась. Я жила при нем счастливой, Он не допускал и солнцу Обижать меня, и были От его лучей жестоких Окна заперты мои. Нам дивилась вся Севилья, И в глазах у всех мы были — Брат с сестрой — одним светилом. Но охотник беспощадный Поразил стрелою брата, И удар его смертельный Наше счастье поразил: Я лишилась сразу брата И любимого супруга, И одна теперь я в жизни За себя стоять должна. Отказать ты мне не можешь, Чтоб не заслужить упрека, Что не пожелал исполнить Долг священный короля. По кастильскому закону Мне отдай убийцу в руки, Чтоб его судила я. Король
Прекрасная! Свой правый гнев смягчи, Чтоб мой дворец огнем ты не зажгла. Ведь звезды — слезы солнца, их лучи Вокруг себя все могут сжечь дотла. Заре прекрасной лучше их вручи, Пусть загорятся в небе без числа. Там место им пылать огнем и жаром — Здесь, на земле, не расточай их даром! Вот перстень мой, иди же с ним в тюрьму, И все в тюрьме преклонятся пред ним, И выдадут по слову твоему Преступника, и будет он твоим. Отмсти врагу, как хочешь, своему. Я знаю, что твой гнев неумолим, Но будем помнить: даже зверь и птица Порой добры — у них бы нам учиться. Эстрелья
Здесь скупостью была бы доброта. Сеньор! Живу я мыслию одной, — Я только нашей честью занята. Один Табера умер — жив другой. Коль красота моя всему виной, То пусть погибнет эта красота. Собственноручно я расправлюсь с нею — Обезобразить я себя сумею. Уходят все, кроме короля.
Король один.
Король
Боюсь, свершит она над ним свой суд, Она убьет его своей рукою. Как может дивной красоты сосуд Наполнен быть жестокостью такою? И вот к чему ошибки нас ведут! Спасу его. Ведь я всему виною.
