Израиль, на рваческие интересы выродков еврейского народа, невыгодно отсутствие антисемитизма в России (сдерживающее эмиграцию в Израиль, препятствующее льготному статусу 'политических беженцев' для евреев-эмигрантов из СССР), то и признание отсутствия антисемитизма в России расценивается как 'антисемитизм'. Такова казуистика националистического политиканства! Так совершается подлог истинных интересов множества советских евреев, не желающих оплевывать свою русскую родину, поддерживать агрессивные планы Израиля. Так сужается, превратно трактуется, заметим, объективное понятие фашизма, которое нарочито сводится исключительно к 'проявлениям антисемитизма'. Словно бы подлинный, слишком известный со времен Гитлера и Муссолини фашизм ограничивался преследованием лишь одной нации и был нацелен лишь против евреев — и, следовательно, 'не бывает' фашизма, нацизма сионистского толка. Между тем именно последний несет прямую ответственность за многие, в том числе и еврейские, погромы. За 'обрезание сухих ветвей' древа своего же народа — в Овенциме и Дахау, во ЛЬвове и
Вильнюсе.
В связи с расширяющимися вне воли русского народа
дружественными контактами СССР с государством Израиль свободный экспорт сионизма в нашу страну стал грозной реальностью, и опасность его для всех народов страны выдвинулась на первый план. Эта опасность привычно маскирует себя разнообразными, фактическими и идеологическими подлогами. Так, не отличаются ото всех названных выше подлогов и подрывные, сеющие злобу и панику слухи о готовящихся еврейских погромах в Ленинграде, Москве и других городах России. Эти слухи едва ли не ежедневно в последние месяцы транслируются телевидением, раздуваются прессой.
Пожалуй, можно указать на один из источников подобных слухов.
В уже упомянутом еврейском 'Вестнике' сообщается, что среди 'делегатов гостей первого съезда еврейских общин и организаций', который состоялся в Москве, было проведено анкетирование, охватившее 352 еврейских активиста.
'Как вы считаете, — вопрошала анкета, — возможна ли в вашем населенном пункте в ближайшее время вспышка антисемитизма, сопровождаемая актами вандализма, жестокости, насилия?' (разрядка Еврейского научного центра Социологической ассоциации, возглавляемой академиком Заславской).
Откровенная провокационность подобного опроса, его огласки публикации в прессе не нуждаются в комментариях.
Эти социологические игры — под эгидой Академии наук СССР и с одобрения 'гостей' еврейского форума в Москве, среди которых оказались столпы международного сионизма, — состоялись еще в декабре прошлого года, предваряя собой широкую волну панических слухов о 'ближайшей будущности' советских евреев.
А сегодня дело дошло до того, что иные руководящие партийные и советские работники вместо того, чтобы вскрыть источники провокационных измышлений, тревожащих — подчеркнем — отнюдь не одних лишь евреев, и принять меры против мастеров запугивания советских людей, с телеэкрана 'демократически' призывают население к безоглядному доносительству насчет всего, хоть бы и померещившегося по части 'еврейских погромов'.
Ни один другой народ нашей страны, пусть и давно уже втянутый в кровавые межнациональные конфликты, не удостоился подобной заботы со стороны 'бдительных', 'человеколюбивых' и могущественных средств массовой информации.
Впрочем, эта 'забота' все более смахивает, в свою очередь, на едва прикрытую национальную провокацию, все более убеждает, что кто-то из 'сильных мира сего' жаждет погромов и, по сути, готовит их, загодя перекладывая ответственность на непричастных, противоборствующих провокациям лиц: на правление Союза писателей РСФСР, его VI пленум, на целый ряд русских деятелей культуры, патриотические организации России.
Слишком ясна конечная цель ширящейся политической провокации: несомненно, задев как раз неповинных в низком политиканстве евреев, еврейские погромы, насильно призываемые сегодня на русскую землю, стали бы в итоге 'кровавой баней' для русского народа, а затем и других народов РСФСР. 'А что, если не дожидаться погромов?..' — спрашивают уже самые нетерпеливые журналисты.
В этой связи весьма показательно муссирование в прессе вопроса о специфическом, исключительном, защищающем сугубо одну нацию 'законе об антисемитизме'. Уже сама постановка такого, жизненно неактуального и узкого вопроса о преимущественной, выборочной национальной льготе, или особом праве на защиту со стороны государства, свидетельствует о национальной, по сути — националистической, предвзятости многих средств массовой информации. Ведь этот предвзято-законодательный, национально- эгоистический вопрос поднимается в обстановке несчетных человеческих жертв, которые несут сегодня разные народы страны (но отнюдь, все же, не собственно еврейский)!
Нет сомнений, что все народы СССР имеют равное право на законодательную и практическую защиту их национального достоинства и жизненных интересов. И потому мы говорим решительное НЕТ как провокации (и возможному инспирированию) еврейских погромов, так и специфическому законодательству в пользу одного какого-либо народа. Мы говорим решительное НЕТ умышленному расчесыванию ненанесенных ран — культивированию, нагнетанию общественной истерии. В обстановке расчетливо организуемых вспышек братоубийства в стране мы глубоко возмущены ханжеской спекулятивной прессой, впадающей в театральный мелодраматический 'ужас...при виде пролитой крови' — 'там, где она пролилась пока не буквально, а фигурально' ('Известия, 19 февраля с.г.). Ибо, взвинчивая нервы читателей, эта пресса, освящая фигуральные жертвы, жестоко-равнодушна к жертвам натуральным. Она оставляет на обочине своего внимания и русских беженцев из союзных республик, и неисчислимые славянские жертвы Чернобыля, и угрозу самому бытию множества 'забытых' народов РСФСР, Она бесстыдно клеймит 'оккупантами' посланных на заклание в полыхающие костры межнациональных усобиц русских солдат — юность, надежду приговоренной к вымиранию русской нации.
Что же касается вымогаемого средствами массовой информации, группой народных депутатов СССР, рядом 'демократических' фронтов и движений помянутого 'закона об антисемитизме', то, имея в виду все вышеизложенное, этот искусственный закон особенно опасен для русского населения, сполна уже испытавшего на себе его действие в 20—30-е годы. Как известно, по существу это был ЗАКОН О ГЕНОЦИДЕ РУССКОГО НАРОДА.
Не может быть равноправного диалога между народом, шельмуемым, как нация 'рабов' или даже собачья 'нация Шариковых', и представителями 'высшей', привилегированной, 'избранной' для господства и управления силы. Такие исходные принципы 'диалога', восторжествовавшие в годы 'демократической' перестройки, заведомо не предполагают для русских ни моральной, ни материальной, обеспечивающей реальное равенство базы. В этих условиях 'диалог' клонится разве что к смертельному поединку.
Мы требуем положить конец антирусской, антироссийской идеологической кампании в печати, на радио и телевидении. Мы требуем немедленного категорического запрещения всех видов русофобии на всей территории России и других советских социалистических республик. Мы требуем справедливого перераспределения в пользу России печатных средств массовой информации, которое соответствовало бы материально-экономическому вкладу РСФСР в бумажный фонд страны и Действительно бы служило интересам русского народа и других народов, населяющих Российскую Федерацию, и было сообразовано с численностью каждого из них. Мы требуем равноправия РСФСР с другими союзными республиками в объеме теле- и радиовещания. Эти могущественнейшие средства массовой информации, играющие монопольную роль в формировании общественного мнения, идеологического воспитания населения, должны быть в РСФСР всецело повернуты к болям, тревогам, надеждам, национальным идеалам собственно русского народа и других народов нашей Федерации, прочно связавших с ним свою судьбу.
Соотношение 1,5 млн. общего тиража патриотических периодических изданий, выходящих на русском языке, против 60 млн. (не считая моря 'неформальной' газетно-журнальной прессы) тиража русскоязычных, но проповедующих русофобию, оскорбляющих национальное достоинство русского народа, — такое соотношение решительно нетерпимо как разрушительное для России!
Вместе с тем, мы призываем всех русских людей — рабочих, крестьян, национальную интеллигенцию:
несмотря на все беды, угнетение, унижение, которые постигли в XX веке наш народ, всегда помните о национальном достоинстве великороссов, завещанном нам нашими славными предками, тысячелетней
