В городе М. Очерки социальной повседневности советской провинции в 40-50-х гг.

редакции и обкома партии была удовлетворена»¹.

Вопрос «О письме тов. Данилкина» был поставлен под двадцатым номером на обсуждение бюро обкома партии 19 октября 1948 г. Док­ладчиком утвердили секретаря по идеологии Лященко. И формули­ровка, и назначение, и порядок рассмотрения по регламенту не были случайными. Очередность рассмотрения указывала на степень зна­чимости. Должность докладчика — на ведомственную принадлеж­ность. Данилкин — журналист. Тема — слабая реакция на фель­етон, значит, вопрос газетный. Хмелевский одновременно одернул редактора «Звезды», отказавшись обсуждать редакционную статью «Медлительный прокурор и бойкий Дугадко». На пленуме в январе 1950 г. Б. Н. Назаровский пожалуется: что «только в сентябре месяце (на самом деле, в октябре — О. Л.) бюро обкома партии, наконец, ре­шило этот вопрос, но не прямо по выступлению своего органа — га­зеты 'Звезда', а по письму т. Данилкина, которое было переслано из ЦК партии»².

Дискуссия, однако, была бурной и продолжительной. Не считая Лященко, говорили еще 9 человек: первый секретарь Березников-ского горкома, городской прокурор, областной прокурор, директор азотно-тукового завода, редактор «Звезды». Выступили Данилкин и Хмелевский. Речи не протоколировались.

В постановлении бюро было отмечено, «что в фельетоне тов. Да­нилкина 'Дугадко процветает', в редакционной статье 'Медлитель­ный прокурор и бойкий Дугадко' и в письме тов. Данилкина на имя ЦК ВКП(б) правильно