работе относился добросовестно и обеспечивал высокое качество преподавания»2. Заметим также, что университетские проверки, предваренные разоблачительными вердиктами ученого совета и партийного собрания, начались на месяц раньше. И пункт «об усилении контроля» выглядит вписанным задним числом для оправдания поспешных действий ректората.
Настоящий суд над Л. Е. Кертманом состоялся через неделю на заседании партийного бюро университета. 12 марта 1952 г. этот орган, состоящий из семи человек, в присутствии ректора и членов комиссии по проверке заслушивал отчет о работе кафедры всеобщей истории. Докладывал Л. Е. Кертман по правилам, принятым в вузовских учреждениях. Кафедра с выполнением учебного плана справляется. Работники не пропускают занятий. Они организовали две выставки — о Парижской Коммуне и франко-прусской войне, посещали студенческие общежития, читали там лекции. Работает археологический кружок. Далее в протокольной записи появляются фрейдовские обмолвки. «Научная работа кафедры поставлена скверно. Тов. Бадер работает систематически. В этом году заканчивает докторскую диссертацию. Я работаю в области истории. Мне необходимо быть в Москве для ознакомления с литературой, которой нет в г. Молотове. Из-за отсутствия литературы я даю пока незавершенную продукцию. Думаю, докторскую диссертацию закончу в этом году. Тов. Малыгин не возбуждается к научной работе.
2 Справка. 20 06.1953//ГАПО. Ф. р1715. On.
