что он чуть-чуть не попал в унитаз, но что он готов всё вытереть, если ему дадут тряпку.
Людмила Марковна, подключившаяся к беседе мужа с Пурге-
новым, любезно заметила, что она сама всё уберет и что ему не
следует даже беспокоиться.
- А в ванную, не желаете? Руки помыть? – ещё раз вежливо, но настойчиво спросил профессор.
- Ну, ладно, помою, хотя руки-то, вообще-то сухие, - и Пурге-
нов зашел в ванную, где был тоже сделан не просто евроремонт, а
супперевроремонт.
- Миша, Миша! Ты только посмотри! – вдруг закричала Люд-
мила Марковна, когда зашла в туалет и увидела обоссаные стены, стульчак и пол.
- Милочка, да ты не волнуйся! Всё можно убрать, вымыть… -
неуверенным голосом пытался профессор успокоить свою супругу.
Когда Пургенов вышел из ванной, Людмила Марковна пулей
влетела за ним, чтобы посмотреть – что этот субъект мог натворить
в святая-святых – в ванной.
Уже на кухне, за столом, во время чаепития профессор дели-
катно спросил у Пургенова: 'Ну-с, голубчик, привезли?'
- Ах, да, чёрт возьми! Я и забыл совсем, - с большей, чем
обычно сипотцой и надрывом в голосе отреагировал Пургенов. –
Конечно, сейчас принесу.
И Анатолий Николаевич вышел за своим пакетом в прихо-
жую, где его случайно оставил. Тем временем профессор достал из
холодильника икру, буженину, ветчину, сыр, масло, свежие огурцы
245
с помидорами, редиску, лимон, шпроты и сметану. И только он на-
чал делать бутерброды, как на кухню вернулся Пургенов.
Совершенно спокойно, безо всякого смущения Анатолий Ни-
колаевич, сославшись на свою забывчивость, попросил профессора
принести какую-нибудь ручку.
Профессор был несколько удивлен подобной просьбой. 'Уж
не расписку ли он собирается брать с меня?' – подумал, было, Гла-
зунов, но всё оказалось гораздо банальнее и прозаичнее.
Пургенов достал из своего дранного пакета две тонюсенькие
брошюрки и начал их надписывать своим, как оказалось, корявым
почерком.
Оказывается, Пургенов презентовал профессору ни много, ни
мало, две учебные программы курсов, изданных его институтом
для студентов-заочников, где Анатолий Николаевич был одним из
составителей.
Автор более 20 монографий, более 250 научных статей в ва-
ковских изданиях, научный руководитель более чем 40 кандидатов
и 21 докторов наук, председатель диссертационного совета, учёный
с мировым именем и т.д. и т.п. – вдруг ссутулился и окаменел.
- Что это? – справившись с первым ударом, пролепетал, нако-
нец, профессор.
- Это – Вам, – не без гордости ответил Пургенов. Пожалуйста,
