тяжело вздохнул.
Запас терпения повелителя Волшебных земель, и без того не особенно большой, стремительно таял.
– Сколько еще я должен стоять перед входом? – недовольно осведомился он, бросая жадные взгляды в глубь пещеры.
– Драконида видишь? – вопросом на вопрос ответил Дарин.
– Вижу. Нужно уничтожить эту тварь!
Кёртис еле заметно усмехнулся.
– Давай, посмотрю я, как это у тебя получится.
– Да я…
– Кехелус, ты – смертный, понял? – принялся втолковывать Дарин королю-демону. – Блин, когда же это до тебя дойдет?! Смертный!
– Когда я верну свое могущество…
– Вот и про свое могущество тоже… – Дарин покосился на драконида, занятого беседой с Басияндой. – Не сообщал бы ты каждому встречному-поперечному, а? Ты же всех уничтожить собираешься, а после такого заявления на теплый прием рассчитывать нечего!
Владыка Волшебных земель повел плечами.
– Вы его боитесь?! – он небрежно кивнул на чудовище.
Кёртис выплюнул травинку.
– Послать бы тебя куда подальше вместе с твоим могуществом, – пробормотал он. – Да уж очень хочется глянуть, что там, в гроте чудовище охраняет!
Он добавил уже погромче:
– А тебе известно, что дракониды – порождение темной магии?
– Это все знают, – бросил Кехелус, по-прежнему не отводя глаз от входа.
– Не скажи. Вот он, например, – Кёртис кивнул на Дарина. – Только что услышал об этом в первый раз.
– И что? – высокомерно поинтересовался владыка Кехелус.
– А то, что если ты и вправду король-демон, то должен знать: убить драконида не так-то просто. Эти твари, – Кёртис указал взглядом на чудовище. – Почти бессмертны.
Дарин, пожив в Лутаке почти год, о бессмертных существах, конечно же, знал: и Тохта, и волшебное зеркало рассказывали иной раз самые удивительные вещи о драконах и феях, о гоблинах и троллях. Кто-то из них действительно был бессмертен, а кто-то просто имел жизнь намного длинней человеческой и потому люди считали их вечными.
– Бессмертны?! По-настоящему?
– Они практически неуязвимы, – продолжал Кёртис. – Могут обходиться без еды и пищи, не нуждаются в сне и отдыхе, невосприимчивы к болезням, а самое главное, проклятые твари обладают прекрасной сопротивляемостью к чужой магии!
Король-демон нетерпеливо передернул плечами.
– Против моей магии не устоит ни один…
Дарин тяжело вздохнул.
– Снова-здорово… опять он про магию!
– А еще у них ядовитая слюна, – сообщил Кёртис. – Я как-то видел, как дракониды перед боем лижут свое оружие, делая его отравленным.
Он задумчиво посмотрел на стража пещеры.
– Но самое-то интересное не это…
– А что?
– А то, что убивать его нельзя ни в коем случае, вот что…
Кехелус скрестил руки на груди и смерил драконида оценивающим взглядом.
– Но я их убивал, – негромко проговорил владыка Волшебных земель – И не не раз!
Кёртис хотел что-то сказать, но сдержался и лишь поинтересовался:
– А не был ли ты при этом демоном?
Дарин снова посмотрел на Басиянду, на драконида и спросил:
– А убить-то его почему нельзя?
– Когда драконид погибает, магическая энергия вырывается из его тела и сметает все на своем пути. Уничтожает любого, кто окажется рядом. Поэтому, если мы сейчас его и убьем, – Кёртис указал взглядом на драконида. – В чем я лично очень сомневаюсь… в живых никому не остаться. Даже ему, – он указал глазами на Кехелуса. – Вы как хотите, а я с этой тварью связываться не хочу!
Странное дело, но в этот момент Дарин вдруг понял, что полностью согласен с черным контрабандистом: связывать с драконидом ему и раньше не хотелось, а теперь, после краткой лекции
