Кёртиса, расхотелось уже окончательно. Лишь для очистки совести он задал еще один вопрос:
– Но как же с ними справляются? Кехелус, ты же должен знать?
Владыка Волшебных земель был, как всегда, немногословен:
– Я их просто уничтожал, – коротко сообщил он Волшебных земель. – И забирал себе их магию.
– Благодарение небесам, что феи посадили чудище на цепь и оно не может летать, – не слушая его, проговорил Кёртис. – Иначе бы оно непременно напало нас с воздуха.
Повисла пауза, во время которой Дарин пытался представить себе нападающего с воздуха драконида: зрелище получалось очень впечатляющим.
Молчание нарушил Кёртис.
– Придется разделиться, – сказал он, после раздумий. – Двое остаются с драконидом. Говорите с ним не умолкая, хвалите и льстите – пока он это слышит, он ни что другое и внимания не обратит. А еще двое обойдут пещеру со всех сторон и поищут другой вход.
Хотя, как знать, может, вместо входа там еще один драконид на цепи обнаружится… но попробовать можно..
Кехелус сузил глаза.
– Я с ним беседовать не собираюсь, – отчеканил он.
– Так я и думал, – вздохнул Дарин. – Значит, придется мне с Басияндой соловьем заливаться…
Кёртис прислушался.
– У него хорошо получается. Помни, главное – не замолкать и не злить драконида. Не выводить его из себя!
– Да я-то не выведу, – нервничая, сказал Дарин. – А вот некоторые коронованные особы… низложенные монархи… вот от них-то чего угодно ожидать можно! Брякнет опять что-нибудь и…
Он повернулся к королю-демону.
– Кехелус, дай слово, что ты не будешь наезжать на драконида! А то снова все испортишь.
– Наезжать?!
– Тьфу, ты, блин! Просто дай слово, что не станешь к нему цепляться. Ну?
Владыка Волшебных земель несколько минут испепелял драконида взглядом.
– Хорошо, – сквозь зубы нехотя процедил Кехелус. – Не стану.
Дарин посмотрел на него с сомнением, потом пожал плечами и направился к Басиянде. Тот как раз отвешивал чудовищу очередной поклон.
– Э… приветствую, – обратился к дракониду Дарин. – И желаю, как говорится, процветания, о, могучий… гм… господин. Послушай… э… гм… а как тебя зовут?
Драконид прищурил глаза.
– Зовут? Зачем ты хочешь узнать мое имя? – вкрадчиво спросил он. – Для чего оно тебе?
– Да так просто, – Дарин вспомнил о том, что драконида лучше не сердить, тут же пошел на попятный. – Хотел узнать, как к тебе обращаться, вот и все!
– А, – понимающе протянул драконид. – Хочешь меня перехитрить? Но я не так прост, я не скажу свое имя!
– Но почему?
– Потому что истинное имя даст тебе власть надо мной. Вот почему драконы никогда не называют своих имен!
Дарин развел руками.
– Никакого подвоха, о… э… о, грозный господин! Всего лишь спросил, из вежливости! Даст власть? Но ведь всем известны имена Фиренца и Риоха… или это не настоящие их имена?
Драконид оскалил желтые зубы.
– Настоящие, – недовольно бросил он. – Но эти драконы – Фиренц и Риох, сильны и могущественны настолько, что никто не может причинить им вред, даже зная их настоящие имена. Я тоже могущественен, – немедленно добавил он. – Но не назову тебе моего имени! Из предосторожности: возможно, ты маг или странствующий чародей и, узнав имя, попробуешь покорить меня?
– Не хочешь, не надо! Я и спросил-то из вежливости, – Дарин поймал на себе укоризненный взгляд раба и поспешно добавил:
– О, великий господин!
Драконид шевельнул хвостом, утыканным костяными шипами.
– Великий! Именно так я и подумал в тот самый момент, когда впервые узрел тебя, о, зеленый господин! – восторженно подхватил Басиянда. – Никогда прежде еще не доводилось мне, ничтожному рабу, встречать такого могущества, такого великолепия!
– М-да, – довольно проурчал драконид, забывая про Дарина. – Обратил внимание, какие у меня крылья? А хвост? Хвост – это поистине грозное оружие драконов!
– Конечно, господин дракон, обратил!
Дарин тоже обратил внимание, что Басиняда смело повысил драконида в чине, но чудовище с
