- Вы всегда были безупречны, Ваше высочество.
- И всё?
Артём обиженно поджал губы, достал из воздуха белоснежный платок и стал тщательно вытирать руки, давая графу время исправить свою ошибку, но вместо того, чтобы восхищаться его спектаклем, Кристер угрюмо молчал, рассматривая узорчатый каменный пол под ногами. Отбросив платок, принц с раздражением посмотрел на графа:
- Я положил к твоим ногам половину обитателей замка, а ты говоришь, что я всего лишь безупречен? Куда девалось твоё чувство юмора, Крис?
- Умерло вместе с Катариной!
- Ах, да, твоя любимая наложница… Ты зануда, Кристер. Неужели ты так и не понял: я не убивал Катарину!
- Это сделал ты! Я видел тело и узнал твою манеру общения с женщинами!
- Надо же какой тупой у меня приятель… - протянул Артём и заговорил сладким, проникновенным голосом, будто перед ним стоял ученик первого класса УЛИТа: - Как ты думаешь, дорогуша, кто учил меня обращаться с наложницами?
Лицо графа исказилось от изумления и гнева, потом побледнело, и он еле слышно прошептал:
- Великий Олефир.
- Наконец-то дошло! Я твердил тебе, что не убивал Катарину ещё тогда, когда ты примчался в Ёсс в слезах и соплях, но ты не услышал. Ты сбежал в Эльт и заперся в четырёх стенах А я, между прочим, скучал по тебе! Ты был моим любимым зрителем.
Кристер нервно сглотнул:
- Откуда мне знать, что Вы говорите правду, принц?
- А зачем мне врать? Если б я убил Катарину, то непременно бы сообщил тебе об этом. Более того, я заставил бы тебя смотреть на её мучения. Мне нужны зрители, ты знаешь. Магистр приучил меня работать на публику. Ты ведь тоже воспользовался этим, заставляя меня веселить ёсский двор. Вы с магистром в чём-то похожи, хотя тебе далеко до великого Олефира: никто не умел причинять боль так, как он. Я испытал это на себе.
- Отец бил тебя?
- Бил?! - истерично расхохотался принц Камии. - Никакого воображения! Впрочем, причём тут воображение? Вспомни, Крис, ты же видел мои представления. Неужели ты думал, что их сценарии я беру из воздуха?
- Ты делал с другими то, что испытал сам?
Удивлению графа не было предела: он взирал на принца, как на диковинное животное, и нервно переступал с ноги на ногу.
- Разница в одном - мне не давали умереть. Великий магистр считал, что я должен познать обе стороны процесса, чтобы стать Смертью.
- Теперь я понимаю, почему ты убил отца… - в ужасе прошептал Кристер, вытер вспотевшие ладони о камзол и шумно выдохнул.
Улыбка сползла с лица принца, глаза сверкнули серебром:
- Меня заставили убить великого Олефира. Я любил его. Именно он сделал меня настоящим магом, когда остальные бросили меня. И, клянусь, я отомщу! Ты увидишь смерть подлинного убийцы моего любимого магистра! - Лицо Артёма разгладилось и вновь стало добродушным. - А, что касается Катарины, так это не я. Магистр любил смотреть, как я развлекаюсь, но сам предпочитал забавляться в уединении, если, конечно, дело не касалось моего обучения. Именно поэтому твою любимую наложницу нашли в лесу, вдали от людей. Я всегда симпатизировал тебе, граф, и рад, что не ошибся. Ты отчаянный малый, раз посмел сделать рабом самого принца Камии. Я уважаю силу, и дарую тебе жизнь!
Задыхаясь от счастья, бывший правитель Крейда опустился на колени и покаянно произнёс:
- Убейте меня, повелитель. Я не достоин быть даже Вашим рабом, и не смею молить о прощении.
- И всё-таки я простил тебя. Ты - мой друг, а принц Камии не убивает друзей. Ты останешься рядом со мной. Я унижал, меня унижали - всё это не имеет значения, - задумчиво произнёс Артём и, встрепенувшись, добавил: - В конце концов, должны же быть у меня придворные! Идём, Крис, я познакомлю тебя с очень интересными людьми, а потом ты соберёшь мою прежнюю свиту. Чувствую, ребята соскучились по развлечениям! Найди их всех, Крис, и пригласи в Ёсс.
В руках Артёма возникла серебряная пряжка в виде волчьей головы, он протянул её Кристеру, и тот с благоговением принял знак принадлежности к свите принца.
- Я сейчас же отправлюсь выполнять Ваш приказ, мой господин.
Граф поднялся с колен и хотел было уйти, но Артём удержал его:
- Подожди, сначала я представлю тебя друзьям. Они должны знать, что теперь ты тоже мой друг и убивать тебя нельзя.
Принц Камии взял графа под руку, переместился в трапезный зал и, оглядевшись, довольно присвистнул:
- Спасибо, Солнечный Дружок, ты сделал всё, как я люблю - красиво! - Артём плюхнулся на трон, в руке появилась чаша, а на губах - лукавая улыбка: - Налей и мне. С удовольствием выпью с друзьями, если, конечно, Ричи не возражает.
- Тебе, пожалуй, возразишь, - буркнул инмарец, настороженно взглянув на друга, и прижал к себе жену.
Принц Камии весело расхохотался, а, отсмеявшись, выпил чашу до дна и произнёс:
- Не волнуйся, друг мой. Я не собираюсь делать Марусю своей наложницей. Она - твоя!
- Спасибо, Ваше камийское величество, - с сарказмом проговорил Ричард и покосился на Кристера. - Зачем ты привёл этого урода? Думаешь, что после всех его выходок, я сяду распивать с ним вино?
- А почему нет? Граф вёл себя как сильный человек…
- Не мели ерунды! Для того, чтобы сделать тяжелобольного человека рабом, сила не нужна! Он подло воспользовался твоим состоянием и просто вымещал на тебе злость. Вот, если б он сейчас вызвал тебя на поединок и победил, тогда я назвал бы его сильным.
- Поединок больше не нужен, - зло и жестко ответил принц Камии. - Кристер осознал ошибку, и будет служить мне верой и правдой.
- Н-да… - протянул Валентин. - Ну и подданные у тебя, Тёма. Чуть зазеваешься, либо кинжал в спину воткнут, либо яда в бокал подсыплют - сила так и бьёт!
- Да что вы на него окрысились?! Я простил графа, и точка! Так что, будьте любезны уважать его. Он мой друг!
- А мы кто? - в один голос воскликнули Валя и Ричард.
- Я твоего графа давно бы прибил, не избери ты его заменой любимому магистру! - в сердцах выпалил Солнечный Друг и сплюнул. - Надо же! Нашёл себе хозяина!
Инмарец согласно кивнул, а Маруся вздохнула:
- Мы все надеялись, что ты убьёшь его.
Артём обвёл глазами недовольные лица друзей и обратился к Бастиару:
- Ты тоже надеялся?
- Это было бы логично, мой принц. Кристер дважды предал Вас. Сначала, сбежав в Эльт, а затем, вместо того, чтобы принять Вас с должным почтением, сделал шутом и стал изводить.
Каруйский граф встал, почтительно склонил голову, и Артём поморщился:
- Общение с моими дорогими друзьями плохо сказывается на тебе, Басти. Раньше ты ни за что не позволил бы себе возражать принцу Камии. Впрочем, ты и раньше не жаловал Кристера, но, что поделаешь, придётся вам подружиться!
В голосе Артёма прозвенел металл, и Бастиар не стал спорить. Молча поклонился и сел на ступени рядом с Валентином, который снизу вверх испытывающе рассматривал временного мага. Мысли целителя занимало его состояние: запах безумия почти исчез, и Артём выглядел вполне вменяемым. 'И всё равно, даже будучи нормальным, он должен был убить Кристера. Это же не любимый магистр, в конце концов! Похоже, граф ему зачем-то нужен. Но зачем?' Ответа на этот вопрос он не нашел и, глотнув вина, перевёл взгляд на Кристера.
