Бывший правитель Крейда стоял, гордо выпрямив спину, и с кривой ухмылкой поглядывал на рассевшихся у подножия трона друзей принца. Он чувствовал себя значительной, влиятельной фигурой, ведь сам принц оценил и признал его силу. А что касается всяких там целителей, воинов и прочих наложниц и графов - на них ему было просто-напросто плевать. Эти людишки, как бы они не пыжились показать свою близость к принцу, были слабее его во сто крат, поскольку ни один из них не решился бросить ему вызов. 'Да кто они есть? - размышлял граф. - И что смыслят в камийских делах? Одно слово - иномирцы! А Бастиар, вечно озабоченный своей драгоценной долиной, и вовсе убожество! Непонятно, каким ветром занесло его в свиту принца? Надо бы избавиться от него. А то своей кислой рожей всё веселье испортит!' Услышав мысли Кристера, Артём ухмыльнулся и поманил его к себе:
- Не обращай внимания на неучтивость моих друзей, Крис. Они весьма умные и сообразительные ребята, и вскоре примут тебя как родного, потому что им придётся жить в моей Камии бок о бок с тобой.
В руке Артёма возникла чаша с вином, он протянул её графу и провозгласил:
- Выпьем за процветание моего мира, господа!
- Да пусть живёт он и процветает, - откликнулся Валентин, опустошил чашу и ехидно добавил: - Только лучше без нас. Когда мы отправимся в Лайфгарм, Тёма?
- Да! - вскинул голову Ричард. - Найдём Стасю и Нику, заберём из Бэриса Диму, и по коням!
- Не спеши, друг мой. В Камии у нас множество неотложных дел. Да и когда ещё тебе представится возможность побывать в ускользающем мире. Многие маги стремятся попасть в Камию, да напрасно. Мой мир не любит чужаков. А за свой ненаглядный Инмар не волнуйся. Мадам Розалия позаботится о твоей стране. - Принц тепло улыбнулся Кристеру и сообщил: - Наш Ричи не разбойник с большой дороги, а венценосная особа - король большой и страшно воинственной страны. А Маруся его королева. Замечательная женщина - мечта любого мужчины. Да что я тебе рассказываю. Ты ведь близко знаком с ней!
Принц Камии скабрезно хихикнул, а Ричард побагровел, словно свёкла, и, не помня себя от ярости, стал медленно подниматься со ступеней.
- Сядь! - гаркнул Артём. - Кристер не сделал ничего особенного. В Камии так принято: бесхозная наложница - добыча того, кто первым найдёт её.
- Да как ты смеешь? - Инмарец выхватил меч. - Ты же сам выкинул меня в пустыню и…
- Ну да. А Маруся досталась Кристеру. В конце концов, я обещал, что твоя жена не умрёт. И вот она! Сидит с тобой - живая и здоровая!
Ричард в ужасе смотрел на друга, не веря в то, что слышит. Он беззвучно открывал рот, облизывал губы и нервно глотал слюну.
- И тем не менее, Кристер был не прав, - внезапно сказал Бастиар. - Мария не подходит под определение 'бесхозная'. Её хозяин известен, и граф должен был поступить как правитель, а не разбойник. То есть сохранить любимую наложницу до появления законного владельца. Теперь господин Ричард вправе требовать возмещения морального ущерба, нанесённого ему. Либо золотом, либо вызвав графа на поединок.
Пять пар глаз в изумлении уставились на каруйского графа, а тот невозмутимо пожал плечами и добавил:
- Это положение есть в своде камийских законов, написанных самим великим Олефиром.
- Ну ты даёшь, Басти! - нахмурился Артём. - Неужели тебе жить надоело? Не лезь, пожалуйста, на рожон, а? Надо было прибить тебя сразу, как только ты мне перечить стал, а я, дурак, трудов Валентина пожалел. Он ведь такое роскошное проклятие с тебя снял. Сутки, наверное, пыхтел. Так, Солнечный Дружок?
- Так, Тёма, - поддакнул землянин. - И ты прав, мне не хотелось бы терять Бастиара. Он, можно сказать, венец моей целительской практики.
- Ладно, пусть твой протеже живёт. Я многим обязан тебе, Валя. Тогда, у Источника, Дима предал меня, бросившись спасать алкоголика-землянина. И Олефир подобрал меня! Вы все меня бросили! Все! И Дима ответит за своё предательство!
Голос принца задрожал, по щекам потекли слёзы, и Валентин с Марусей тревожно переглянулись: едва уловимый запах безумия усилился, сгустился и облаком окутал принца Камии. Вытерев слёзы рукавом чёрного, как непроглядная ночь, плаща, Артём шмыгнул носом и зло заявил:
- Имей в виду, Басти, я терплю твои выходки до поры до времени. - И внезапно сорвался на крик: - Никогда не смей мне возражать, слышишь?!
- Как скажете, Ваше высочество.
Бастиар учтиво поклонился, а принц вскочил.
- Пошли, Кристер, у нас с тобой работы по горло, не то что у этих пьяниц! - выкрикнул он и, схватив графа за руку, исчез вместе с ним.
В коридоре Артём разжал ладонь и хмуро произнёс:
- Ты несколько лет был хозяином Ёсского замка и правил Крейдом, значит, тебе и карты в руки. Разошли весточки членам моей свиты, восполни потери среди рабов и придворных, убери трупы и всё такое. Короче, хочу видеть замок таким, как при моём великом отце. А мне надо идти. Пока!
Принц Камии исчез, а Кристер довольно хмыкнул и отправился в свой рабочий кабинет, решив начать со сбора свиты…
Массивная, обитая железом дверь камеры с грохотом рухнула, и перед измученным узником предстал долгожданный избавитель. Джомхур поднял голову и просветлённо улыбнулся:
- Свершилось! Вы вернулись, принц! Я счастлив, что Вы не забыли своего верного слугу и пришли избавить его от мучений!
Артём подошёл к работорговцу и помог ему подняться:
- Не говори глупостей, Джомхур. Ты помог мне проснуться, а я не забываю тех, кто был добр ко мне.
Маг положил руку на плечо купца, и вместо пожилого, измождённого пытками и голодом человека, в убогой камере появился молодой, полный сил и здоровья мужчина в богатом харшидском наряде. На пальцах переливались и сверкали драгоценные кольца и перстни, а широкий кожаный пояс оттягивали три пухлых, увесистых кошеля.
Пару мгновений Джомхур стоял, как вкопанный, словно боялся, что малейшее движение нарушит чары, и он вновь превратится в узника, а потом несмело шевельнул рукой, ощупал расшитый золотом халат, взглянул на перстень-печатку, с которой скалилась голова волка, и, обливаясь слезами, рухнул на колени:
- О, величайший, я и надеяться не смел, что твоё милосердие также огромно, как и твоя сила! Ты обратил своё драгоценное внимание на ничтожного раба и вознаградил его по-царски!
- Встань, Джомхур. Отныне ты наместник Харшида.
- О, великий принц, твоя милость подобна бескрайней пустыне! - возликовал купец, воздев мокрые от слёз глаза к потолку.
- Хватит! Встань. Ты - мой друг, а друзья принца Камии не должны стоять на коленях, ни перед кем. Запомни это!
Джомхур вскочил и преданно уставился на своего повелителя:
- Вы никогда не пожалеете, о том, что сделали для меня. Клянусь!
- Знаю, - благодушно кивнул Артём.
- Когда я должен выехать в Бэрис, мой принц?
- Не спеши. Ты - мой гость. Отдыхай и наслаждайся. Я лично доставлю тебя в Харшид, когда придёт время…
В трапезном зале, где на ступенях перед рубиновым троном сидели друзья принца Камии, некоторое время после исчезновения Артёма стояла настороженная тишина, а потом Солнечный Друг грустно подытожил:
- Дело гораздо хуже, чем мне представлялось. - Он наполнил чаши вином и вздохнул. - Хотелось бы выпить за что-нибудь светлое и радостное, но ничего такого на ум не приходит. Даже странно. И куда подевалось моё красноречие?
