Полное собрание сочинений в трех томах. Том 1

Меня уже никак не могут удивлять;
Ведь каждый человек среди любви волнений
Испытывает ряд мучительных сомнений.
Порывы ревности в приливе чувств таких
Вполне естественны, я одобряю их.
Но вот что для меня, дон Лопе, очень странно:
Я слышу, будто бы стремитесь неустанно
Вы подозрения у принца пробуждать
И пламя ревности все время разжигать.
Кто любит без ума — естественно, ревнует,
Но вас-то почему все это так волнует?
Откуда эти все старания у вас?
Такое свойство я встречаю в первый раз.

Дон Лопе.

Пусть каждый роль мою как хочет объясняет,
Но верьте: цель свою отлично Лопе знает.
Элиса! Вы любовь отвергнули мою,
И принцу услужить теперь я норовлю.

Элиса.

Но если в ревности своей он закоснеет,
В делах сердечных он едва ли преуспеет.

Дон Лопе.

Видали ль вы, чтоб тот, кто разум не терял,
О пользе своего владыки хлопотал?
Придворный хитрый льстец, раз ловкий он и гибкий,
Не станет исправлять властителя ошибки
И лишь к тому склонять стараться будет речь,
Чтоб пользу для себя возможную извлечь.
Все наши помыслы и наши все стремленья —
К тому, чтоб заслужить к себе расположенье.
А чтобы поскорей нам милость заслужить,
Лишь стоит господам во всем усердно льстить,
И все поступки их превозносить на славу
И не препятствовать их взбалмошному нраву.
Вот истинный секрет всегда угодным быть,
А искренний совет лишь может рассердить,
И ты рискуешь вмиг доверия лишиться,
Чего с таким трудом ты лестью мог добиться.
Ну, словом, наша роль у всех вельмож таких —
Умеючи играть на слабой струнке их,
Их бредням потакать, питать их заблужденья
И не высказывать ненужные сужденья.

Элиса.

Все это хорошо, но только до поры.
Печален может быть исход такой игры.
Ведь и в уме владык на смену ослепленья
Вдруг может заблестеть луч яркий просветленья,
Который отомстит бессовестным льстецам,
Жестоко отомстит, — и горе будет вам.
Да, кроме этого, должна я вам признаться,
Не смело ль слишком вы решились объясняться?
Ведь если это все до принца вдруг дойдет,
Большую пользу вам едва ли принесет.

Дон Лопе.

Во-первых, для меня не будет затрудненья
Мгновенно отвести все эти обвиненья
Пред принцем. А к тому ж Элиса так скромна,
Что разглашать секрет не вздумает она.
Да, в сущности, что я сказал вам здесь такого,
Чего б не знали все от слова и до слова?
Чего же должен я бояться, наконец?
Ведь не изменник я, не хитрый, злобный лжец;
Стараюсь как могу учтивым быть, любезным,
Угодливым слугой, приятным и полезным;
Не замышляю я дурного ничего,
Внимательно слежу за ревностью его;
Живет лишь ею принц, и все мое старанье —
К тому, чтоб ревность та имела оправданье,
И всюду поводы стараюсь я найти,
Чтоб с ним интимную беседу завести.
Ну вот, являюсь я с таинственным докладом,
А он уже готов упиться этим ядом,
И чем сильней его та новость поразит,
Тем он сердечнее меня благодарит,
Тем выпивает он охотнее отраву,
Как будто в ней нашел и почести и славу…
Идет соперник мой! Оставлю вас одних,
И, хоть известен мне конец надежд моих,
Все ж было б тяжко мне увидеть предпочтенье,