приспособление к требованиям взрослой жизни [403] .
Давайте последуем за отцом, вышедшим утром из дома для выполнения своих обязанностей (некоторые из них случайны для его роли отца). Вот он входит в больницу, где работает врачом. И тут же его поведение начинает контролироваться ролью врача (а роль отца существует латентно). В полдень он председательствует на деловом завтраке в «Ротари- клубе», где оказывается лицом к лицу с новыми ролевыми ожиданиями в новой социальной системе. Позже он навещает свою пожилую мать и выполняет свою обычную сыновнюю роль. Для отдыха он присоединяется к своей команде по боулингу и играет роль, соответствующую его членству в этой спортивной организации. Во время ужина он присоединяется к своей семье, и латентная роль отца вновь становится преобладающей.
Таким образом, его жизнь, подобно всем жизням, может рассматриваться как ряд ролей, связывающих индивида с запутанными сериями социальных систем. В нашей культуре количество возможных «структурированных способов и кодов» кажется бесконечным; есть предписанные роли для ученика, соседа, избирателя, владельца машины, секретаря и так далее вдобавок к способам и кодам, назначенным разным возрастам жизни (детству, юности, молодости, среднему возрасту, пенсионному возрасту) и двум полам. Фактически во всех культурах типичные половые роли для мужчин и женщин особенно строги [404] .
Наши многочисленные роли часто конфликтуют. Деловая женщина и одновременно мать маленьких детей находит, что ее роли трудно примирить. Директор школы обнаруживает, что в своей работе сталкивается с сетью часто конфликтующих ролевых отношений. Предположим, нужно заставить слушаться непокорного мальчика. Учителя (чью точку зрения он, как предполагается, представляет) хотят мальчика исключить. Пастор (его духовный наставник) умоляет дать пареньку еще один шанс. Школьный комитет (его официальный босс) рекомендует временное исключение. Общественный совет школы (членом которого он является) обвиняет учителя. И так все перекрещивается. Многочисленные роли толкают директора туда-сюда [405] .
То же явление демонстрирует следующий воображаемый эксперимент. Стоуфер и Тоби задавали разные вопросы большому числу студентов колледжа. В одном спрашивалось, что бы они сделали, если бы, выполняя работу надзирателя на экзамене, обнаружили, что один из их хороших друзей плутует. Сообщат ли они о нечестности декану, как того требуют правила? Или они не сообщат об этом на основании того, что роль друга требует защищать товарища? С помощью этих и других вопросов, содержащих подобный ролевой конфликт, было обнаружено, что некоторые студенты последовательно выбирали «универсальный» стандарт, то есть следовали официальному кодексу справедливости и не делали исключения даже для своих друзей. Однако другие последовательно разрешали ролевой конфликт в пользу кодекса «исключительности», оказывая предпочтение ролевым отношениям дружбы [406] .
Мы достаточно сказали о несомненной важности ролей. Как мы теперь свяжем понятие роли с личностью? Как и в случае с культурой и с ситуацией, мы видим, что некоторые специалисты в социальных науках с таким энтузиазмом относятся к этому понятию, что готовы отводить роли доминирующее место в теории личности. Приведем два примера.
«Человек состоит из ролей, которые он играет» [407] .
«Индивид в течение жизни исполняет множество разных ролей, последовательно или одновременно; синтез всех социальных ролей, которые он когда-либо исполнял с рождения до смерти, образует его социальную личность» [408] .
Прежде чем ответить на наш вопрос, мы должны тщательно развести четыре значения роли (все они законны, но слишком часто их смешивают).
