он этого не сделал. Только скрипнул зубами и сказал: «У меня нет отца, милорд. Вы получили королевское слово: война окончена. Вы подчинитесь этому приказу?»
Дентос умолк. Взгляд у него сделался отсутствующий.
– Брат! – окликнул его Каэнис. – В чем дело?
– Владыка битв сказал, что не нуждается в советах, как служить королю. И прежде, чем он поведет королевскую стражу домой через эти земли неверных, он свершит правосудие над теми, кто поднял оружие против короны.
– Он намеревался все же казнить пленных, – сказал Ваэлин. Он вспомнил Норту после возвращения из Мартише, усталость и отчаяние в его глазах, когда он пил, чтобы приглушить боль в сердце. «Мы им всем принесем Веру, этим ублюдкам-отрицателям».
– Ага, – Дентос вздохнул. – Норта сказал ему, что так нельзя. Что это противоречит королевскому слову. Владыка битв расхохотался и сказал, что в королевском послании ничего не говорится о том, как лучше обойтись с пленными мерзавцами-отрицателями. Сказал Норте, чтобы он убирался прочь, а не то он отошлет его Вовне вслед за папашей-изменником и не поглядит, что он брат.
Ваэлин зажмурился и заставил себя спросить:
– Сильно ли ранен владыка битв?
– Ну-у… – протянул Дентос. – Задницу ему отныне придется вытирать левой рукой.
– О Вера! – выдохнул Каэнис.
– Вот жопа! – сказал Баркус.
– Почему он его не прикончил? – спросил Ваэлин.
– Ну, так я его остановил, чо, – сказал Дентос. – Сумел заблокировать его второй удар. Уж как я его умолял, как уговаривал отдать меч! Он меня, по-моему, даже не слышал. Норта просто был не в своем уме, я это по глазам его видел, он был как взбесившийся пес, так и норовил добраться до владыки битв. Этот засранец упал на колени и только смотрел на обрубок, где была рука, и как оттуда кровь хлещет. А мы с Нортой сцепились.
Дентос потер синяк на скуле.
– Он меня одолел. Владыке битв свезло: его стража зашла поглядеть, что тут за шум. Двоих Норта убил, остальных ранил. Сбежались еще. Он убил еще парочку и бросился к своему коню. Сумел проскакать через весь лагерь: в конце концов, кто бы мог подумать, что этот брат только что отрубил руку владыке битв? Ну и я под шумок смылся. Подумал, что, когда пыль уляжется, тут и мне несдобровать. Пару дней прятался по лесам, потом рванул в крепость. По дороге слышал слухи о безумном брате, и что теперь его половина королевской стражи разыскивает. Говорят, в последний раз его видели, когда он ехал на запад.
– То есть на самом деле он может направляться куда угодно, – сказал Баркус. – Им его нипочем не поймать.
– Плохо дело, брат, – сказал принц Мальций Ваэлину. Лицо у него посуровело. – Орден, конечно, защищает своих братьев до последнего, но это…
Он покачал головой.
– У короля не будет выхода, придется вынести смертный приговор.
– Тогда будем надеяться, что наш брат сумеет быстро найти путь в более безопасные земли, – сказал Каэнис. – Он, пожалуй, лучший наездник во всем ордене, и в глуши выживать умеет превосходно. Королевской страже не так-то просто будет его поймать.
– Королевская стража и не будет его ловить, – сказал Ваэлин. Он подошел к столу, на котором лежал его меч, проворно пристегнул его к перевязи, подтянул ремни и накинул на плечи плащ. Он чувствовал, что Шерин следит за ним, но не смог заставить себя посмотреть на нее. – Брат Каэнис, полк остается на тебя. Отправишь гонца к аспекту Арлину, сообщишь ему, что я отправляюсь в погоню за братом Нортой, дабы привести его на суд. Полк остается здесь, ждать королевского приказа.
– Ты едешь за ним? – Баркус был ошеломлен. – Но ты же слышал, что сказал принц. Если ты его привезешь, его повесят. А он наш брат…
