– Хорошо. Просто, э-м-м… поскорее возвращайся, ладно? – спросила она, глядя на меня из- под бровей. Я кивнул.
– Я всего на несколько минут, а потом мы что-нибудь съедим, – ответил я. Она улыбнулась, почти с облегчением, и я наклонился, чтобы снова нежно поцеловать ее, стараясь приободрить. Она, наконец, оторвалась от меня, и повернулась к Анжеле, которая улыбнулась ей. Она бросила на меня последний взгляд и передала мне сумку с обувью, а потом ушла.
Христос, она лишь пошла в гребаную дамскую комнату, и я увижу ее уже через пять минут, но смотреть на то, как она уходит от меня, было чертовски трудно. Бен подошел и, смеясь, похлопал меня по спине.
– Каллен, мать его, влюбился, кто бы мог подумать, – весело сказал он. Я замахнулся и ударил его по руке, усмехнувшись.
– Да уж, но ты придержи это дерьмо при себе, потому что мы пытаемся сохранить это в тайне, – сказал я. – Я не совсем уверен, как мой отец воспримет это, поскольку мы, черт побери, вместе живем.
Он кивнул. – Ты же знаешь, что я ничего не скажу. Однако раз уж разговор зашел о твоем отце, я столкнулся с ним вчера в Форксе, и он расспрашивал меня о тебе.
Мои глаза чуть сузились, и я взглянул на Бена. – Что он хотел узнать?
Бен пожал плечами. – Он спросил лишь, не заметил ли я, что ты кажешься счастливым в последнее время. Он также хотел знать, не брал ли ты у меня какое-нибудь жесткое дерьмо в последнее время. Я сказал ему, что не берешь у меня никакого дерьма уже в течение двух месяцев, и что ты вроде немного успокоился, но не считая этого, ты все тот же Каллен.
Я кивнул. – Да уж, я должен завязать с этим дерьмом. В последний раз из-за него у меня было адское кровотечение из носа, – сказал я. Бен кивнул.
– Вот почему сам я никогда не прикасаюсь к нему, – сказал он. Я закатил глаза.
– Но ты, мать твою, продаешь мне его, – сказал я. Он засмеялся.
– Ну, а кто первый продал его мне? – спросил он. Я усмехнулся, покачав головой, потому что, думаю, так или иначе это была моя гребаная вина, что я свел Бена со своим отцом и впутал в это дерьмо. Мы направились в сторону центра, чтобы на стоянке избавиться от пакетов. Я нашел Вольво и открыл багажник, поставил сумки внутрь и закрыл его. Бен припарковался через два ряда от нас и встретился со мной возле моей машины, после чего мы снова направились внутрь.
Декларация независимости ИЛИ Чувства без названия. Глава 35. Продолжение.
Мы пошли на другой конец торгового центра, где находился ресторанный дворик, и как только приблизился, я сразу же увидел ее. Она улыбалась и выглядела искренне счастливой, как обычная гребаная девочка-подросток. Анжела что-то сказала ей, и она посмотрела наверх, ее глаза встретились с моими и сразу же засияли, а ее лицо озарилось. Да, было нетрудно увидеть, что она меня, черт возьми, любила. Я усмехнулся и подошел к ней, заключив в свои объятия. – Mi sei mancata (я скучал по тебе), – пробормотал я. Она улыбнулась и обняла меня в ответ. – Ты готова к приему пищи, tesoro? – Она немного отклонилась назад и кивнула. Мы попрощались с Беном и Анжелой и направились к Ред Робин, где нам сказали, что придется подождать по меньшей мере 45 минут, но после того, как я потребовал поговорить с менеджером и сунул ему немного денег, нас тут же сопроводили к столику.
Мы заказали несколько больших бургеров, и было забавно наблюдать за тем, как старательно она их ест. Также я взял Ядерный холодный чай (рецепт коктейля «Ядерный холодный чай»: смешиваются по 1 унции водки, черного рома Bacardi и джина, с 2 унциями дыневого ликера и с добавлением сока лимона \лайма (по вкусу); подается в стакане Коллинз со льдом), потому что не солгал, когда заявил, что мне потребуется изрядная доза алкоголя, чтобы перенести еще пару часов шопинга. В итоге я заказал два, зная, что это дерьмо уже выветрится, когда мне придет время садиться за руль, как неожиданно для меня Изабелла отпила немного коктейля. Она сделала чертовски смешную рожицу, и я громко засмеялся, наверняка потревожив придурков, которые сидели рядом с нами, но мне было насрать.
– Так вы с Анжелой поладили? – спросил я. Она улыбнулась и кивнула.
